— Вы сначала расскажите, а я потом её скорректирую.
— Скорректируешь? — не сдержала своего удивления Нина.
— Ну да, — небрежно ответила Таня. — Для ребят. Ладно, давайте рассказывайте, не томите душу, — сказала она, вновь обращаясь к Степану.
— Ну хорошо, эту легенду рассказывают здешние старожилы, — улыбнулся Степан. — Она о том, что где-то под селом находится озеро, дно которого покрывает не один слой жемчуга и адамантов. Отыскать это озеро, правда, ещё пока никому не удалось, потому что хозяйка его, как поговаривают, девица, хоть и весьма красивая, но в то же время своенравная, не хочет его никому показывать. Охотников найти это озеро уже было немало, но все их попытки заканчивались неудачей: то в лесу потеряются, то памяти лишатся, а то вдруг очутятся в совершенно другом месте, за много километров отсюда.
— Кому же охота богатством делиться, — засмеялся Андрей, — тем более адамантами.
— Говорят, красавица прячет своё добро от трёхногой колдуньи. Правда, третья нога у неё уродливая и сухая.
— Н-да, — процедила сквозь зубы Таня. — Баба-яга костяная нога.
По выражению её лица Эля поняла, что Таня была настроена услышать историю с более драматичным сюжетом.
«Интересно, как она эту небылицу будет корректировать?» — подумала Эля.
— Между прочим, в каждой легенде всегда лежит какая-нибудь реальная история, — заметила Лиля. — Может быть, где-нибудь в глубине здешних лесов действительно есть озеро, до которого трудно добраться.
— А без прекрасной девицы и злой колдуньи не обходится ни одна сказка, — произнёс Вадим.
— А что известно об усадьбе? — неожиданно спросила Таня. — По-моему, эта легенда с ней никак не связана.
— У этой усадьбы длинная история, — сказал Степан. — Земля, на которой она была построена, сначала принадлежала Голицыным, затем её приобрёл князь Долгоруков — он-то и начал строить эту прекрасную церковь, в которой мы сегодня побывали. Строительство продолжили его сын и внук. Затем усадьба несколько раз перепродавалась, пока её не купил граф Тормасов, благодаря которому был заново выстроен господский дом и приведён в порядок парк. Тормасов, как и Долгоруков, был страстным поклонником всего итальянского, поэтому-то он и купил эту усадьбу. И немудрено. Всё детство и юность он провёл с родителями на Апеннинском полуострове. Но и Тормасов, несмотря на значительные переделки и усовершенствования, впоследствии потерял интерес к своему приобретению и навсегда уехал за границу. После революции усадьбу реквизировали. Сначала в ней был открыт дом отдыха, затем её передали эвакуированным детдомовцам. В шестидесятых годах детский дом закрыли, и усадьба начала ветшать. В общем, дорогая Танюша, никакими громкими преступлениями это поместье так и не успело отметиться.
— Ну да, — усмехнулась Таня, — в любой усадьбе, даже самой захудалой, всегда что-нибудь да происходило. Особенно в старинных особняках. У каждой семьи имелся свой шкаф со скелетами.
— Судя по состоянию флигеля, вряд ли в его стенах обнаружится даже самый обычный шкаф, — насмешливо заметила Эля.
— Посмотрим! — воинственно произнесла Таня. — Может, там тоже живёт какое-нибудь привидение, просто оно ещё никому не являлось.
— Что за глупости ты несёшь! — поморщилась Лиля, глядя на сестру.
— И вовсе не глупости! — обидевшись, произнесла Таня и исподлобья посмотрела на Лилю.
— Давайте не будем спорить из-за привидений, а лучше потанцуем, — произнёс Вадим и включил плеер.
Степан поднялся, подошёл к Эле и пригласил её на танец.
— Как я вчера и говорил, ужинаем мы вместе, — улыбнувшись, произнёс он.
— Всего лишь стечение обстоятельств, — пожала плечами Эля.
Степан покачал головой:
— Судьба!
— Не люблю громких слов, — промолвила Эля.
— Я тоже, — кивнул Степан. — Лиля сказала, что вы не захватили с собой книги. В деревне имеется превосходная библиотека, но сейчас она закрыта: заведующая библиотекой заболела. Я могу предложить вам свои книги.
— «Лиля сказала»? — Эля сделала вид, что удивлена. — Должно быть, она ошиблась.
— Ошиблась? — в свою очередь удивился Степан, но его удивление, в отличие от Элиного, было искренним.
— Дело в том, что я плохо читаю, — произнесла Эля. — Что поделать: я ведь институтов не оканчивала, в моей образовательной копилке только школа седьмого вида.
— Школа седьмого вида. Не слышал о таких, — удивился Степан.
— Это школа для детей с трудностями в обучении, — пояснила Эля. — Для тех, кто отстает в развитии.
— Ну, тогда мои книги действительно вряд ли подойдут тебе для чтения.
В это время слева от них вдоль берега вспыхнул ряд огоньков.
— Что это? — удивилась Эля, глядя на огоньки.
— Здесь, кроме нас, ещё одна компания отдыхает, — объяснил Степан.
Глава 5
Утром Эля встала в семь часов, чтобы проводить Андрея. Прощаясь с ней, он похлопал себя по карманам рубашки и брюк, проверяя, все ли вещи на месте, и вынул небольшой лист бумаги, сложенный вдвое.
— Чуть не забыл, — сказал он, протянув бумажку сестре. — Возьми на всякий случай.
— Что это? — удивилась Эля.
— Расписание катера и автобуса.
— Катера?
— Да, от села до райцентра ходит катер. — Андрей вздохнул. — Надеюсь, пока меня здесь не будет, с вами ничего не случится.
— Как знать, как знать, — покачала головой Эля и показала глазами на двери гостиной, где спала Таня.
— Ну да, — усмехнулся Андрей. — Кстати, ты знаешь, где она встречала свой день рождения? На кладбище.
— Было бы странно, если бы она встретила его в каком-нибудь привычном для людей месте.
— Кто-то ей сказал, что на каком-то старом городском кладбище, где уже давно не хоронят, обитает привидение молодой девушки, которая плачет и просит о помощи, вот они туда и отправились всей компанией сразу после того, как посидели в ресторане для слепых.
— В ресторане для слепых? — удивилась Эля. — Она же зрячая.
— Как и её друзья. Просто это было сделано для большего антуража. Призрак, слава богу, так и не появился и о помощи их не попросил, несмотря на то, что они пробыли на кладбище почти до утра. Господи! Лишь бы только она не мешала Лиле.
— Не беспокойся, я посоветую ей поискать покойников где-нибудь в другом месте, — улыбнулась Эля.
Когда Андрей уехал, Эля, закрыв за ним ворота, присела на ступеньку крыльца, чтобы посмотреть расписание, оставленное братом. Первый рейс катера в Неренск уходил в половине девятого утра. Что ж, сегодня надо будет доделать кое-какие дела по дому, а вот завтра… завтра можно отправиться в райцентр, чтобы совершить набег на какой-нибудь книжный магазин, а заодно встретиться с Машей Кутузовой, которая живёт как раз в Неренске. Маша была одной из немногих аспиранток родителей, кто нравился Эле.
Эля вернулась к себе в комнату — досыпать.
Второй раз она проснулась уже в десять часов. В доме по-прежнему было очень тихо. Накинув халат, Эля вышла из комнаты, подошла к Лилиной двери, чуть приоткрыла её и увидела, что жена брата спит, уткнувшись в подушку. Стараясь не шуметь, Эля спустилась на первый этаж. В гостиной таким же крепким сном спала Таня. Без своего привычного макияжа в тёмных тонах она была похожа на обычную девушку-подростка семнадцати лет. «Вот что, оказывается, делает с людьми деревенский воздух», — улыбнулась Эля и направилась в кухню, чтобы поставить чайник.
Она допивала кофе, когда в кухню, потягиваясь, вошла Таня.
— Как ты рано встала, — сказала она.
— Да нет, обычно я встаю раньше, — пожала плечами Эля. — Как спалось на новом месте? Надеюсь, привидения не мучили?
— Не-а, — ответила Таня, ещё раз потянувшись, а затем присела напротив Эли. — Чем сегодня займёмся?
У Эли от изумления округлились глаза.
— Мне нужно сходить в магазин, а ты можешь заниматься, чем угодно.
— Я пойду с тобой, — неожиданно произнесла Таня.
— Это ещё зачем? — насторожилась Эля.
— Хочу внимательно осмотреть усадьбу.
— Только без меня, — предупредила Эля.
Таня пожала плечами.
— Какие же вы все скучные и предсказуемые, — презрительно произнесла она. — Ни капли воображения, ни капли интереса к отечественной истории!
— Подожди-подожди, — прервала её Эля, — скажи, пожалуйста, а как отечественная история связана со здешней усадьбой?
— Да очень просто! — презрительно воскликнула Таня. — Сколько людей здесь жило! Голицын, Долгоруков, этот, как его, Тормасов. Ты думаешь, им нечего было скрывать?
— Так-так, — усмехнулась Эля, — вот только не надо мне рассказывать про скелеты в шкафу. Тебе Степан ещё вчера сообщил, что здесь ничего такого не было!
— Тоже мне пророк Илия нашёлся! — усмехнулась Таня.
Через полчаса Эля, переодевшись и прихватив с собой хозяйственную сумку, вышла на крыльцо. Солнышко уже хорошо припекало. День опять обещал быть жарким. Эля посмотрела вокруг. Как же всё-таки хорошо, что Андрей снял именно этот дом! Неожиданно чья-то холодная рука легла ей на плечо. Эля вздрогнула и медленно повернулась: перед ней стояло существо, одетое в длинный чёрный балахон с капюшоном, наброшенным на голову, с ужасающе белым, цвета извести, лицом и с бельмом на каждом глазу.
— Что это? — прошептала Эля, от увиденного у неё перехватило дыхание.
— Это мамин грим, — довольным голосом произнесла Таня.
— Я тебя сейчас убью, — рассердилась Эля.
— А вот и не убьёшь. Если убьёшь — в тюрьму сядешь, и тогда прощай Лилькина диссертация. Её же к защите тогда не допустят. Впрочем, может, это и хорошо, что не допустят. Как ты думаешь? — спросила она и тут же покачала головой. — Нет, Лилька тогда совсем с катушек съедет.
— Немедленно убери со своего лица эту гадость, — сказала Эля, — и… и переоденься.
— «Гадость» уберу, но не всю, — ответила Таня.
По дороге в магазин Таня вдруг достала из кармана сарафана, отданного вчера сестрой, какой-то странный предмет, сделанный из проволоки, и потребовала, чтобы они ещё раз взглянули на усадебный флигель: ей необходимо было проверить наличие геопатогенных зон.