ельно звучит попыталась склеить отмазку я. — У тебя на бедре щит воина, на сундуке я видел кольчугу и кинжалы, но у тебя нет на ладонях мозолей от оружия а на теле следов от кольчуги. Значит ты не воин, но зачем то встала на дорогу войны. — Кольчуга понравилась как на мне сидит, а кинжалы в подарок к ней получила, я уже откровенно нервничала. Орк резко перевернул меня на живот и спросил — От каких злых духов охраняет этот хранитель, и ткнул пальцем в Барда Симпсона на ягодице. — Оберег от нетрадиционного секса, пискнула я и сделала попытку перевернутся назад. Но он мне не давал это сделать и как завороженный стал кончиками пальцев повторять контуры моих крыльев. Потрахалась называется, что толку то теперь ворочаться как тюлень, если уже спалилась, ядовито прошипел инстинкт самосохранения. Я лежала и материла сама себя, а он все трогал мои крылья. Надо сказать что они и вправду были хороши. Это были ни какие то там крылья как у купидоничка, и не банальные перья орла с герба пендосов. Это были крылья кентцаля, точно такие же как у бога древних майя Кулькана или как еще его называли Кетцалькоатля. Причем это была не банальная татушка, а выпуклая. Подобную я увидела у одного брутального мужика и до жути захотела себе такую же. Правда у него Кулькан был целиком выколот на спине, а мне хватило денег только на крылья. Мастер, а по совместительству мой бывший одноклассник долго отказывался, ссылался на то что такое никогда не делал и что не факт что крылья получатся выпуклыми, но я пригрозила ему что выйду за него замуж и он согласился, но предупредил что за последствия не отвечает. Крылья вышли даже лучше чем я надеялась, а вот наколотый к ним в довесок щит, получился хотя и жутко красивым, но обычным. Царившая в комнате тишина давила мне на затылок больше, чем рука орка на шее. Наконец он убрал руку и перевернув меня с надеждой в голосе спросил "Ты Избранная?". А то страное существо, поющие непонятные песни твой священный зверь? Глядя в его пылающие надеждой глаза врать мне почему то сразу расхотелось, да и не поверил бы он, слишком я выпадала из образа местной. — Избранная, но если ты сейчас вскочишь и с диким воплем понесешься по городу с воплем — Радуйтесь люди и нелюди, к нам пришла Избранная, она живая и я только что ее трахал, то как бы этого не хотелось, но мне придется научится пользоваться кинжалом. Я им не умею правда пользоваться, но с помощью твоего горла, быстро восполню пробелы в моем образовании. Он быстро вскочил и начал лихорадочно одеваться. — Во как торопится растаять в тумане, может галстук и носки забыть одеть и жена задаст ненужные вопросы. — Вот мужики пошли, то не выпрешь, то собрался как в армии по побудке, съехидничал внутренний голос. — Почему ты не сказала мне сразу, закончив одеваться с детской обидой спросил мой совсем недавний любовник. Я встала, и неторопливо достала из сундука новую майку. Надеюсь он на мне ее не порвет, а то мужиков много а вот чистых маек у тебя больше нет, некстати напомнила о себе экономность. — А что должна была? Кивок. — И как ты себе это представляешь? — Привет, я Избранная, но ты мне так понравился, что пошли скорей в постель. — Зачем ты так, укоризненно качая головой ответил он, а я начала закипать. — Что бы изменилось если бы ты сразу узнал кто я, отказал бы мне в доступе к своему телу? — Да, отказал бы, но тебе, а себе. Ты для нас священна. Привет психоз, поздоровались нервы и отпустили вожжи, а меня понесло. — Я не священная корова, и не святая, и уж как ты понял отнюдь не монашка, я женщина, понимаешь живая женщина, со всеми своими желаниями. — Когда я увидела тебя, то захотела и мне было плевать на свою избранность, и на то что я могу сдохнуть в любой момент, мне на все было плевать в этом момент, и что я для кого то священна и неприкасаема понимаешь? — Я вообще не хотела что бы ты узнал кто я, но тебе обязательно надо было рвать на мне вещи, а потом рассматривать мои татуировки. — Почему ты скрываешь что ты Избранная, каждый кто узнает в тебе ее, сочтет за честь воевать под твоими знаменами. — Вот поэтому я и скрываю что я Избранная, у меня нет никаких знамен, кроме носовых платков, и того кого ты принял за священного свирепого зверя, всего лишь мое домашнее животное. — И мы с ним совершено не хотим собирать команду самоубийц и начать движение на Темную сторону. — Почему, я не понимаю, все орки с радостью пойдут с тобой. — Ты наверное не понял, я ни хочу чтобы кто то с радостью шел за мной, это только моя партизанская война, я хочу чтобы как можно дольше никто не узнал что я пришла в этот мир. — Поэтому ты сейчас уйдешь отсюда и забудешь что видел меня. Этот идиот покачал головой и окончательно сформировал во мне желание начать учится владеть холодным оружием. — Если ты хочешь, я сейчас уйду, но я поеду к Предводителю и скажу что бы он начал готовится к походу, а когда придет время ты позовешь нас. — Возьми этот кинжал, ты можешь не говоря никакому орку кто ты, показать его рассчитывать на помощь. Проговорив все это он шагнул в окно. — Хришеньке привет, крикнула я на прощание. Этот паразит повернулся и весело подмигнув сказал — Обязательно передам, ты будешь ему отличной женой и спрыгнул. Я высунулась из окна и заорала в вдогонку — Я в гарем даже любимой женой не пойду, так что обломится твой Повелитель. — Он пока не женат, раздался ответ и все стихло.
Ух какой хлопотный денек и бурная ночка выдалась, подвел итог мозг и я с ним полностью согласилась, вытягиваясь на кровати. Но не успела я удобно устроится, как из открывшейся бесшумно двери материализовался дроу и встал напротив меня. — Мать ты сегодня на редкость популярна, съехидничала я про себя. — Что то ты припозднился, пару минут назад и ты мог меня скомпрометировать в глазах общественности. — Дал тебе время насладится последними минутами на этой земле, прошипел он и достал нож. — Но ты можешь попытаться меня убедить оставив свои никчемную жизнь, если будешь так же себя вести как с этим грязным орком. — Подглядывал значит, ай-ай-ай, и не стыдно тебе, большой мальчик, давно пора с девушками общаться, а ты все в замочные скважины подглядываешь, а еще авторитета из себя корчишь, фраерок. — Все вали отсюда, приемные часы кончились, все претензии в письменном виде моему секретарю когда он проспится. Дроу одним движением перетек на кровать и замахнулся на меня ножом. Вместо испуга в глазах и криков о пощаде мой потенциальный убийца услышал — Не играй с ножом, а то убьешь ненароком Избранную и будешь потом себе волосья на жопе рвать. — Врешь тварь, ты никакая не Избранная, а простая шлюха которая пытается отсрочить свою смерть. — Могу крылья показать, доверчивый ты мой. Дроу отшатнулся и кивком головы показал что я могу встать с постели и показать ему знак Избранной. Я неторопливо встала, стянула майку и повернулась к нему спиной. Через секунду почувствовав как острый коготь начал трогать мою спину, возмутилась моя чистоплотность — Ты смотри аккуратнее там своими когтями не поцарапай, не известно где ты там ими ковырялся, и хорошо что если только в носу. Дроу тяжело сопел, видимо осознавал, что только что чуть не пришил надежду своего мира, а потом не нашел ничего лучше как брякнуть — А почему они не раскрываются? — У тебя член всегда стоит или в определенные моменты, огрызнулась я и натянул майку повернулась к нему и застала потрясающую картину. Тот кто еще минуту назад был готов меня убить, сейчас стоял на коленях, опираясь на одну руку, а второй рукой протягивал мне свой нож, рукояткой вперед. — Это тебе за шлюху, я от души вмазала ему по уху кулаком. — А теперь вставай, сама не люблю в колено-локтевой стоять, говорить будем.
Глава 12
Дроу отрицательно покачал головой и продолжал стоять в позе дачнике на прополке тещиного огорода. — Я посмел поднять руку на ту, которую наш мир ждет много лет и недостоин за это жизни, убей меня, любезно предложило это красноглазое чмо. Заманчивое предложение, мечтательно поджала губы курьей жопкой моя мстительность, заодно и кинжалы в деле опробуешь, главное чтоб он не вырывался, пока ты ему голову будешь отпиливать. Как бы не хотелось мне воспользоваться предложением и грохнуть этого дерьмушника, но здравый смысл напомнил, что убивать живых существ, не считая насекомых, мне как то не приходилось, посему грамотно пришить его не получится. Вместо торжественной казни, я могу скатиться до банальной пытки, и что самое поганое убить то не убью, даже до смерти не замучаю, только зазря в кровище вся перепачкаюсь без всякого удовольствия для себя. Да и потом у меня были свои далеко идущие планы на этого дона Карлионе уездного масштаба. Правда, когда он только ввалился ко мне в комнату, я рассчитывала на продуктивный для меня разговор, но, в данный момент, кандидат в покойники молчал, ожидая, когда моя избранность красивым росчерком железного пера перережет ему горло и чтоб не оставлять следов, оближет орудие убийства. А после расправит свои крылья и его стекленеющий взор запечатлеет его ожившую мечту по их лицезрению в боевой готовности. Но реальность была такова, что смерть к нему не спешила, а я вместо того что бы выуживать ценные сведения, кусала от досады себе губы глядя на его обречено скрючившуюся фигуру. Тут еще как назло резко захотелось в туалет, а эта пародия на 'Мыслителя' Родена собралась тут отсвечивать пока в Детском мире деревянная лошадка не описается. Мочевой пузырь просимафорил, что если я в ближайшее время не придумаю как сделать из товарища Ваньку-Встаньку, то он расслабится прям в присутствие посторонних и ему плевать на остатки моего стыда. Последний зашелся в истерики и от испуга выдал сведения о клятвах долга и прочих пожизненных обязательствах провинившейся стороны. Идея показалась мне здравой. — Послушай, а может ты мне принесешь какой-нибудь обет верности или дашь торжественное обещание юного пионера? — А еще лучше, давай отложим твое аутодафе на потом, с мукой в голосе спросила я, уж больно не хотелось позорится перед местным братком. На мое счастье в его застывшем теле наметилось движение. — Есть, вскинул голову враз отмерший мафиози, скроил торжественную рожу и судя по расправленным плечам, приготовился коротенько, минут так 40 зачитывать свои имена, фамилии, титулы, подпольные клички, оперативные псевдонимы и клясться всеми частями тела оберегать мои крылья. Я мысленно взвыла, и упала ниц перед мочеиспускательным каналом, упрашивая его немножко потерпеть, и сжав покрепче для подстраховки ноги, приготовилась внимать откровениям. В течении нескольких минут, показавшихся мне вечностью, этот садист не только вспомнил всех своих предков, воспроизвел свое имя длинною в километр, но и чуть не поименно пообещал казнить в мою честь половину местного населения. Наконец этот черт закончил клясться на крови, всунул мне в руку очередной кинжал, поднялся и отвесив поклон учтиво спросил — Могу я узнать имя Избранной? — Дариа, присела в книксене я и стала продвигаться в сторону двери. Но завершить этот маневр мне не дал внезапно обретенный должник. — Теперь, когда мы официально знакомы, ты можешь меня называть сокращенным именем, известным только самым близким. — Трындец подкрался незаметно. Ни его полное ни его сокращенное, ни даже ласковое детское прозвище не удержались в моей голове, забитой только одной мыслью как бы дотерпеть до сортира. Переспрашивать как оно звучит, я н