о подумать кому продать патент на изготовление нормальных зеркал напомнил о себе мой практицизм) девушка была нереально божественно фантастически красива. Ее казавшуюся хрупкой фигурку, нежно-розовым облаком окутывало воздушное платье. Длинные, сияющие, каштановые волосы (благодаря воздействию настоек травницы я наконец то вспомнила их родной цвет, а приведенная Коко с собой светлая волшебница, оказывается могла ускорить их рост. — Надо не забыть взять ее в штат парикмахерской, сделала зарубку в памяти моя коммерческая жилка) были забраны в замысловатую прическу. На ставшим вдруг беззащитным лице, мерцали огромные серые глаза в обрамлении пушистых ресничек, а пухлыми губки, капризно кривились. Глядя на такую красавицу, мужчинам тут же бы захотелось взять ее в содержанки, ведь как известно на женах экономят всегда, а на любовницах — никогда, и запереть это эфемерное создание в комнату с мягкими стенками, чтобы она не дай Бог не поломала себе перламутровый ноготок. Я даже заглянула себе за спину в поисках ангельских крыльев, но вместо их увидела кокетливый бантик, пикантно обозначавший начало моей попы. Это неземное существо было кем угодно, но только не мной. Видя женщину в таком платье, и с таким лицом, никто из мужчин не захочет выслушивать ее деловые предложения, потому что все их мысли будут направлены только на то, как поскорее придать ей горизонтальное положение в своей спальне, даже на минуту не задумываясь что в ее хорошенькой головке могут таиться умные мысли. Для моих целей требовалась женщина-вамп, стерва, по щелчку которой любой самец захочет кинуть ей под ноги весь мир. Меня должны были хотеть не только трахнуть, но и выслушать и стать готовыми воплотить в действительность все мои задумки. А вместо этого…вместо этого я получила образ и наряд, которые подошли бы для первого бала юной выпускницы пансиона для благородных девиц, но никак для женщины собравшийся в гости к двум дроу. Я развернулась и глядя в восторженные глаза собравшихся, с сожалением разведя руки, виновато произнесла — Девочки, все конечно замечательно, но это не мое. Комната наполнилась причитаниями, вздохами, сетованиями на мою безвкусицу, в которую ворвался командный призыв Сосискина — Слушайте что она говорит, в вашей обертке только с директором конфетно-буфетного заведения разговаривать, а не с Хозяином подлунной Столицы и Правителем дроу. И пока все переваривали услышанное я решительно отрезала — Ларды тащите свои баночки-скляночки, Сосискин метнись за моей косметичкой, и надеюсь, ты Коко, успела раскроить тот наряд, о котором я тебе говорила. В глазах привратника, открывшего дверь в дом Правителя дроу отразилась его ожившая эротическая мечта, в улучшенном варианте. Цвета вороньего крыла, отливающие в синеву, разбавленные красными прядями волосы, были заплетены в африканские косички и стянуты в высокий хвост. Миндалевидные, подведенными черным глаза, сверкавшие дурным блеском, затягивали в пучину безумия. (-Ох погорячилась парикмахер плетя тебе косички, эта прическа обеспечить тебе головную боль, посетовал мозг. — Зато разрез глаз почти как у японки и сердито шикнуло на него желание нравиться мужчинам). Кроваво-красные рот, подчеркнутый черной мушкой над верхней губой, обещал райское наслаждение, смельчаку, осмелившимся сорвать поцелуй. Разноцветные сережки тихо позвякивали 'А ты осмелишься нас снять и прикоснуться своими страждущими губами к этому розовому ушку? Нежный румянец оттенял высокие скулы. (Хорошо что обошлось румянами, а то драть тебе задние зубы как Марлен Дитрих, подчеркнуло тщеславие) Когда он увидел, как с полуобнаженных плеч Богини соскользнул плащ, несчастный прикрыл глаза и прикусил себе язык чтобы не застонать от переполнявших его желаний и стал уповать на то, что бы взбунтовавшийся член не порвал гульфик. Аппетитную грудь вздымал вверх, плотно облегавший расшитый мелким жемчугом и алмазами, лиф белого цвета. (Тилана все же заставила меня одеть под лиф пыточное устройство под названием 'корсет', и теперь мои сиськи норовили выколоть всем мужикам глаза, а мои многострадальные ребра угрожали пробить легкие). Никакие бретельки, рукава и прочие преграды, не скрывали покатых плеч. Какой то забывчивый портной, забыл к лифу пришить юбку, не оставив простора для воображения. На бедрах, чудом держалась черная замысловатая юбка, которая плотно стянув бедра, ниже талии на ладонь, расширялась и превращалась в длинный струящийся шлейф. И в этот переливающийся серебристыми нитями шлейф, оказались вшиты по бокам обтягивающие, как вторая кожа, брюки. (Этот наряд уже много лет бередил мою душу, но ходить в таком прикиде в Москве, мне рядовой гражданке, было абсолютно некуда. Правда в оригинале должен был быть черный корсет, но я пожалела чьи то нервы и решила идя на официальное мероприятие последовать классическому варианту 'Белый низ — черный верх). Между лифом и юбкой, притягивала внимание к плоскому живот и вводила в транс, знаменитая на все Империи золотая змея дроу. Элегантные туфли на высоких каблуках возносили ноги красавицы на заоблачную высоту, а изящные золотые браслеты-цепочки подчеркивали тонкость лодыжек. Как он мечтал оказаться в шкуре экзотического зверя, чья лоснящаяся шкура вспыхивала разноцветными искорками и оказаться у этих ног… (Сволочуга Сосискин заставил вымазать на себя мой любимый блеск для губ с блесками). А когда эта Сирена, низким, сексуальным голосом с ленивой хрипотцой попросила проводить ее к хозяину, дроу забыл все инструкции начальника караула и прохрипел 'Как Вас представить'. Властительница его желаний засмеялась волнующим смехом и предложила 'А представьте меня голой'. После этих слов, из его головы вылетели остатки здравого смысла и он на деревянных ногах последовал по освещаемому свечами коридору Пока дроу шел, он не переставал посылать демонов на голову своей благоверной, которая вот уже второй месяц гостила у мамы в самом дальнем поместье, и молился богам, что бы у всех продажных девок Столицы сегодня одновременно не настали красные дни календаря. Пока этот эрогирущий товарищ грезил наяву, я злобно шипела на Сосискина. — Мог бы и чуток подгрызть каблуки, я на этих ходулях сейчас себе все ноги переломаю. — Терпи коза, а то мамой будешь. — Туфельки зашибись, да и вообще глядя на тебя даже у меня кое какие мыслишки шевелиться начинают. — Сосискин, в притворном ужасе возмутилось мое стойкое отвращение к всяким извращенцам, ты что такое несешь? — Тьху дура, выругался пес, я имею в виду что мысли бродят колечко тебе купить или шубку на плечи накинуть, правильно говорят 'Голодной куме — все одно на уме'. — Успокойся, развеяла все сомнения на озабоченность моя добродетель, у меня критические дни, так что разврат не случится. — Ну слава те Осподя, нарочито вздохнул пес, можно быть спокойным что сегодня, по крайнем мере, два мужика не будут зверски затраханы похотливой теткой. Нашу дружескую перепалку прервал дроу, приоткрывший массивные двери и сделавший нам приглашающий жест входить. Обдав его экзотическим запахом духов, красавица кинула ему на руки плащ, и волнующей походкой направилась в кабинет Правителя. На ее голой спине были гордо раскинуты разноцветные крылья. Уже в дверях она повернулась, заговорщицким жестом прижала наманикюренный пальчик к его губам и голосом, продирающим до печенок сказала — Будешь болтать без спросу о том, что сейчас увидел, язык вырву и скользнула за дверь. Из ступора его вывела боль от укуса в ноге и сердитый голос — А я — яйца. Ну здравствуй, праправнучка, раздался трескучий старческий голос и из темноты вышел, опираясь на трость, закутанный в какой то плед, плешивый, весь в старческих пятнах, скрюченный радикулитом древний как мамонт дроу. Но ни его изуродованные артритом пальцы, не сгорбленные под тяжестью прожитых лет плечи, не могли меня обмануть. Это был матерый хищник, у которого еще вполне хватает сил перерезать мне глотку. Весь его облик вопил об опасности. А еще его глаза, абсолютно молодые глаза. В этих глазах сиял голодный блеск молодого, полного сил мужчины, и никакие набрякшие веки и глубокие морщины, не могли его спрятать от меня. — Эта акула на пенсии сожрет нас и не подавиться, разделил со мной свои опасения оробевший Сосискин. Я уняла стук бешено бьющегося сердца чуть дрожавшим голосом сказала — А с чего Вы решили, что я пришла к Вам родственники набиваться?! — Ну как же, каркающим голосом отозвался жуткий старик, мой юный друг (длинное имя Кролика) писал мне о тебе, в руках я вижу (хрена себе у дедули зрение и без очков)ты держись письмо от него же, да и священный знак Правящего дома сам говорит за себя. Мне нужно было время собраться с мыслями, или врать этой живой мумии о своей змейке, или говорить правду, ошибка может стоить нам жизни. — Может вы предложите ларде сесть? заметалась в попытках потянуть время моя интуиция. — Конечно, прости внучка старика, я стал забывать о хороших манерах, проскрипел он и направился к вычурному дивану, не сколько не заботясь иду я за ним или нет. Куда б я делась с подводной лодки. Мое дрожащее как лист на ветру тело, послушно следовало за ним, а мозг лихорадочно анализировал сложившуюся ситуацию. — Нам никто не говорил, что Правитель дроу маньяк на заслуженном отдыхе, тихо впадал в истерику Сосискин, надо было невинной овечкой притворяться, может тогда живыми бы ушли. Старик грузно осел, прокашлялся и глядя как я сажусь на кресло напротив него, завел свой монолог. — Много приходило моих найденных родствениц, каждая из них рассказывала интересную историю, но еще никогда ко мне не приходила Избранная и не говорила что она моя по крови. Мозг закончил обрабатывать информацию и дал мне команду 'Старт'. — А я не говорю что ваша родственица, это ваш друг решили что я птенец, случайно выпавший из вашего гнезда, а я не спешила разубеждать его. Дед иронично изогнул кустистую бровь. — На моей родине, если бы увидели дроу, то в былые времена его как демона сожгли бы на костре, а в настоящее время распотрошили как лягушку, чтобы узнать что у него внутри, поспешила заверить его в своей непричастности к их семейке Адамс, мое опасение за свою жизнь. На мое счастье, старик выглядел заинтересованным, и я воодушевившись тем, что меня еще не убили, продолжила. — Как бы вам не хотелось, но я никак не могу быть вашим далеким потомком. — В моем роду были только чистокровные люди, а эту священную для вас змею я купила в обычной лавке, торгующей золотыми побрякушками. — И то что я Избранная, не имеет никакого отношения к проблеме нашего родства. — Если ты утверждаешь что ты не моя родня, так зачем же ты пришла ко мне, почему ты сразу не сказала (опять настоящее имя Кролика) что не имеешь никакого отношения к дроу, сурово нахмурился Правитель. Я наклонилась поближе, так что бы моя грудь стала видна в выгодном ракурсе, и облизнув пересохшие от волнения губы прошептала — Мой дедушка, очень любил рассказывать о том, что почти всегда за спиной любого Императора стоит серый кардинал, человек в чьих руках сосредоточена реальная власть. — И пока Император играет в войну, развлекается на балах, волочится за каждой юбкой, кардинал правит и принимает решения о судьбе Империи. Дроу весь подобрался как кобра перед броском и пригвоздя меня взглядом, вынудил продолжить. — Случается так, что у Империи нет кардинала, Император правит сам как может и как считает нуж