– А я уж решила – ты в секте!
– Я что, похож на идиота? Антон в порядке! Между прочим, он философский окончил.
– Вот и познакомил бы нас нормально, без этих тайн мадридского двора! – облегченно засмеялась Катя и шутя толкнула Гошу.
– Но-но, меня трогать нельзя! А то старшего брата позову, он знаешь какой здоровый!
Последовали объятия и поцелуи, а потом Гоша ушел, а Катя осталась в библиотеке – счастливая и довольная.
В таком состоянии и застала ее Маша, без лишних предисловий продемонстрировав только что полученные фотографии.
Катя пришла в ужас:
– Но ничего не было, Маш! Реально – ничего не было! Это подстава какая-то.
– То есть вы не целовались, это фотожаба? – сухо спросила Маша.
– Ну, целовались, но не в этом смысле! В смысле – просто по-дружески. Где ты взяла эти фотки?
– Кто-то прислал мне их.
Катю осенила ужасная мысль: она ведь только что помирилась с Гошей. И что будет, если он увидит эти фотки?!
– Надеюсь, только тебе, – испугалась она. – А то разнесут по гимназии. Ни мне, ни Леониду Борисычу такой пиар не нужен, их надо срочно удалить! Ведь ты удалишь их, да?
Катя с надеждой смотрела на Машу, но та не спешила с ответом. Она думала о Дэне, погроме в квартире Леонида и о том, как эту ситуацию можно разрулить. И Маша медленно покачала головой:
– Послушай, эти фотки – единственный шанс заставить Борисыча снять обвинение против Дэна. Иначе Дэна выгонят из гимназии. Я… не буду их удалять.
– Ты шутишь? Скажи, что ты шутишь! – Катя беспомощно подняла брови.
– Ты понимаешь, что завтра Борисыч подаст заявление в полицию?!
– А ты понимаешь, что будет, если их увидит Гоша?!
– Прости, Кать, – Маша поднялась. – Я должна помочь Дэну.
– Дэну?! – Катя тоже вскочила и стала швырять свои вещи в сумку. – Я не понимаю, что с тобой происходит. Когда ты стала такой… гадиной?!
Павел без особых разъяснений понял, что за «счастливый билет» преподнесла ему секретарша. Бюро добрых услуг, грязная работа. Колебался он ровно до того момента, когда услышал, как отец предлагает Софье вернуться и принять бразды управления фабрикой.
Вот тогда-то любящий братец и позвонил по номеру с черной визитки.
– Э-э, у меня проблемы с сестрой, – осторожно начал Павел, когда нагловатый молодой человек, назвавшийся Феликсом, явился к нему в кабинет и уселся, закинув ноги на стол. Он молчал, выжидая, и Павел, не сумев сформулировать просьбу, просто сунул ему пачку денег: – Это аванс… задаток… Пересчитайте.
Феликс жестом циркового фокусника раскрыл купюры веером и удовлетворенно кивнул:
– Люблю ответственных людей. Как убивать будем? По стандартной схеме или желаете экзотики?
– В смысле?.. – обалдел Павел.
– Можете выбрать по каталогу: удавление, утопление, отрубание головы, отравление, сжигание. Есть винтаж – четвертование, забивание камнями, заедание собаками, крысами, муравьями. А может, вам новую коллекцию? Есть, например, биосюрпризы – палочка Эбола… Смотрится очень эффектно, но… не советую, – Феликс задушевно подмигнул. – Долго, скучно и результат не всегда стопроцентный.
Павел смотрел на него совершенно безумными глазами:
– Мне все равно…
– Я так и думал, – разочарованно протянул Феликс. – А что касается предсмертных мучений? С мучениями дороже, но поскольку вы обратились после шести, то у нас скидка…
– Не надо… мучений, – промямлил Павел. – Когда я должен принести вторую половину денег?
– Я не тороплюсь, созвонимся, – покладисто ответил Феликс. – Можно по частям. Вы мне части денег, я вам – части сестры.
Вечерело. Уроки уже закончились, ученики разошлись, в гимназии было тихо. Леонид Борисович сидел один в пустом кабинете, задумчиво проверяя тетради. Вдруг распахнулась дверь, в класс резким шагом вошла Маша Аверина и остановилась перед учителем.
– Что случилось, Аверина?
– Леонид Борисович, я хочу поговорить с вами о Дэне.
– Тут не о чем разговаривать, Маша. Этот парень псих, и держалась бы ты от него подальше. Все, извини, мне некогда.
Маша не двинулась с места, глядя на него с вызовом. Учитель снова поднял голову от тетради:
– Что-то еще, Аверина?
– Вчера весь вечер Дэн был со мной, – жестко сказала Маша. – Он никак не мог разгромить вашу квартиру.
Учитель посмотрел на нее долгим взглядом, саркастически кивнул и снова принялся за тетради.
И тогда Маша вынула из сумки диск и положила перед ним на стол.
– Что это?
– Посмотрите на досуге, – язвительно ответила Маша. – Прислали с незнакомого номера. Надеюсь, только мне. Сначала я хотела использовать это против вас, но… Не могу. Копии я удалила.
Леонид взял диск, с тревогой глядя на Машу.
– Может быть, тогда вы поймете, что некоторые вещи совсем не таковы, какими кажутся, – добавила девушка, круто развернулась и зашагала к выходу. У двери оглянулась: – Вчера вечером Дэн был со мной, а не у вас дома.
Вечером, когда Маша уже готовилась ко сну, неожиданно зазвонил телефон.
– Привет! – услышала девушка веселый голос Дэна. – А мне сейчас звонила директриса, представляешь? Я, наверное, большой человек – кому еще поздним вечером директрисы звонят?
– И что сказала Алла?!
– Борисыч снял все обвинения! Сказал, что стопроцентно не уверен, и все такое. И пока не доказано обратное, я ни в чем не виноват. Честно говоря, я не слишком понимаю, что происходит.
– А я говорила, что все будет хорошо, – весело ответила Маша, садясь на кровать.
– Ты как-то не очень удивлена, – подозрительно заметил Дэн. – Скажи, ты ничего не делала?.. Алло, Маш? Ты на связи?!
Маша не отвечала. Веселая улыбка медленно сползла с ее лица. Потому что Книга, замерцав золотым тиснением, шлепнулась перед ней на пол и раскрылась. На белом листе проступил карандашный рисунок – лежащая на земле мертвая женщина с пулевым ранением между глаз. Маша узнала Софью.
– Только этого не хватало…Тем временем Софья шла по темному безлюдному цеху. Внезапный шорох заставил ее вздрогнуть.
– Паша?..
Из ниши в стене важно выступил Феликс:
– Сюрприз!
Софья метнулась назад, тревожно заозиралась, но вокруг не было ни души.
– Что тебе здесь нужно?!
– Вижу, ты мне совсем не рада, Соня, – вальяжно ответил демон. – Это неприлично, так не встречают гостей!
Он поднял руку с пистолетом и задумчиво почесал подбородок.Кира украдкой заглянула в спальню шефа. Петр Евгеньевич уже дремал на своей половине широкой двуспальной кровати. Вторая половина со дня смерти супруги пустовала.
Неслышно ступая, Кира подошла к кровати и легла на эту половину. Петр сквозь дремоту что-то почувствовал, обернулся…
…и увидел рядом Лидию. Милые, родные глаза смотрели на Петра с тревогой и любовью.
– Лида! – слезы затуманили зрение Петра. – Я знал, что еще увижу тебя. Если б только ты была со мной…
– Я всегда с тобой, – ответила Лидия.
– Лида, мне так тяжело… Но я постарался быть справедливым. Скажи, я все сделал правильно?
– Ты должен был выбрать между нашими детьми и фабрикой, – сухо изрекла Лидия. – И выбрал работу. Ты все сделал неправильно.
– Что ты говоришь?!
– Ты слышал, мой милый, – голос жены звучал как приговор. – Наши дети стали врагами из-за тебя и твоей фабрики. Ты пробудил в них самое худшее!
Петр Евгеньевич вскочил. На второй половине постели никого не было. А в распахнутых дверях стояла секретарша Наталья, только теперь на ней был черный кожаный костюм и броский хищный макияж.
– Наталья? Ты что здесь делаешь?
– Я пришла, чтоб раскрыть вам глаза, Петр Евгеньевич, – с недоброй усмешкой ответила Кира.Павел торопливо вбежал в цех. Увидев Феликса, подскочил к нему:
– Ну, ты разобрался с ней?
Но тот лишь глумливо ухмыльнулся и указал пистолетом на перепуганную Софью, стоявшую в тени станка.
– Паша?! – она не поверила своим глазам.
– Это что такое?! – возмутился Павел.
– А это мой маленький подарок вам, – шутовским тоном пояснил Феликс, вынул второй пистолет и направил один на Павла, другой на Софью. – У любой задачи есть два решения – можно решать, а можно не решать. А вы еще больше усложнили задачу – каждый из вас предложил мне убить другого. И я даже не знаю, кого убивать… первым.
– Не слушай его! – закричала Софья. – Я не…
– Ты – не? – передразнил Феликс. – А о чем мы договаривались в баре? Она любит виски, – повернулся он к Павлу. – Мужской вкус. У вас в семье мальчик – она?
– Это не так, он врет! – снова заорала Софья. – Паша, я не просила его убивать тебя! Я ничего не платила!
– Это снова совпадение, – развел руками Феликс, обращаясь к Павлу. – Как много в жизни совпадений, не чудо ли? Ну, если ты не платила, то кто ж тогда платил? Какой-нибудь другой брат?
– Не слушай его, Паша! Посмотри на меня!
– О да, посмотри на нее, – паясничал Феликс. – У нее в жизни все хорошо, есть одна проблема – ты. И как же решить нашу маленькую проблему?
– Я удваиваю сумму! – жестко сказал Павел.
– Вот это мужской разговор! – одобрил Феликс и повернул оба пистолета в сторону Софьи. – Это я понимаю. Ну потерпи чуть-чуть, милая. Представь, что ты летишь в Лондон.
– Нет, не надо! Пожалуйста! Паша! – завизжала женщина, пытаясь прикрыться руками. Павел молчал, с напряжением и страхом ожидая выстрела…
Но его не последовало. Феликс опустил пистолеты и сказал:
– Хотя… Договор был на одну сумму. Сейчас все на ходу меняется. Бизнесмены так не поступают. Не быть тебе директором, Паша. Почему бы вам раз в жизни не договориться? О том, кто умрет первым? Вы так хотите убить друг друга – надо дать вам шанс.
И он бросил пистолеты на пол и толкнул ногой – один в сторону Павла, другой – к Софье.
Павел тут же схватил свой пистолет и нацелил на сестру.
– Пока один-ноль, – прокомментировал Феликс. – Готов поставить на малыша Павлика.