песнь, но не могут спеть ее.
Это повисло в воздухе, и на мгновение каждый погрузился в свои мысли.
Раздался громкий стук в дверь, возвращая всех в реальность, в которой не осталось места настоящей магии. Открыл находившийся ближе всех ко входу Майки. Заказ принесла уже знакомая Белла, которая с любопытством заглядывала в комнату, стараясь рассмотреть ее посетителей. Столкнувшись взглядом с Майки, она, казалось, узнала его. Тут же на ее лице появилась улыбка, Белла явно ожидала, что может заработать пару лишних монет, как и в прошлый раз.
– Спасибо большое, – произнес Майки, игнорируя внимание девушки и забирая из ее рук поднос с едой. Ему было явно неудобно, но все же Майк изловчился и одной рукой сумел прикрыть дверь, оставив недовольную официантку по ту сторону.
– Это, кстати, Белла, – он кивнул в сторону двери, поясняя Николь. Она слабо улыбнулась.
Крис тоже хмыкнул, поднимаясь с места. Он вполне успеет помыться, пока Майк будет раскладывать принесенный ужин.
– Так, что тут у нас? – спросил Майки, потирая руки и ставя поднос на импровизированный стол, который Николь создала из двух стульев. Оставшуюся часть разговора Крис уже не слышал, скрывшись в отдельной комнате.
Условия были далеки от идеальных, но здесь была горячая вода, и это самое главное. Крис не был любителем долгих водных процедур. Он ценил практичность, поэтому уже через пятнадцать минут появился в комнате совершенно чистый и в свежей одежде, хоть это было трудно заметить, ведь он носил исключительно черное. Он наспех расчесал волосы, по привычке убрав их назад. Этой простой укладки хватит ненадолго, совсем скоро его светлые волосы высохнут, и на голове появится художественный беспорядок, которого Крис добивался.
Прошло не так много времени, но Майки этого хватило, чтобы съесть свою порцию и даже стащить кусок мяса из тарелки Криса. Николь сидела, забравшись с ногами на кровать и держа в руках кружку горячего чая. Ее порция тушеного мяса была почти нетронутой, но пару кусочков она все же съела.
– Очень мило, что вы меня дождались, и мне не придется ужинать в одиночестве, – поддел их Крис, отталкивая ноги Майки и присаживаясь на кровать.
– Ты же никогда не настаиваешь на компании, – пожал плечами Майк, нисколько не раскаявшись.
– И почему я все еще с тобой общаюсь? – покачал головой Кристиан, намеренно громко вздыхая.
– Потому что больше никто не сможет терпеть твою кислую мину столько лет, – предположил Майки, растягивая губы в наглой улыбке. Крис закатил глаза и принялся за почти остывший ужин.
Усталость от поездки сказывалась на каждом из них. Она отражалась в глазах Николь, которые та с трудом держала открытыми. Майки зевал так громко, что Крис морщился и недовольно косился на друга. Он и сам был готов уснуть сидя, поэтому согласие Майки дежурить первым было настоящим подарком.
Кристиан лег на одноместную кровать, оставив Николь ту, что стояла у левой стены и занимала почти половину комнаты. Майки оттащил старое кресло к единственному в комнате окну и установил его так, чтобы можно было смотреть на звезды. Николь забралась под покрывало, сворачиваясь клубочком. Она была такой хрупкой и маленькой, что не занимала и половины кровати.
Наконец комната погрузилась в темноту, а Крис в свои мысли. Лишь бы эта ночь прошла без происшествий, а завтра вечером они уже будут в столице. Продавец радости получит свою дочь, они с Майки – кругленькую сумму золотых, и все будут счастливы. «Или почти все», – подумал Кристиан, вспоминая недовольный вид Николь.
Какое-то время мысли мешали заснуть, но Крис привык ограждать свое сознание от всего, что мешало ему полноценно отдохнуть. Вскоре он крепко заснул и спал несколько часов без сновидений.
Как обычно, в середине ночи его разбудил Майк. Кристиан чувствовал себя отдохнувшим. Он тут же поднялся, уступая место другу, а сам решил немного подышать свежим воздухом. Комната была самой большой и дорогой в заведении, поэтому имела небольшой балкончик. Погода стояла прекрасная, словно извинялась за вчерашние проливные дожди. Кристиан развернул кресло, в котором до этого сидел Майк, чтобы прохладный ветерок с улицы обдувал его. Он уселся и расслабленно закинул руки за голову. Через пару часов наступит рассвет, на который с его наблюдательного поста откроется чудесный вид.
За окном постепенно светлело, небо окрашивалось в предрассветные краски. В это время на Острове царит тот покой, каким ты заряжаешься, наслаждаясь тишиной и красотой природы. Совсем скоро появятся маленькие шустрые птицы, которые наполнят все вокруг звуком. Но сейчас раздался совершенно другой шум.
Кристиан повернул голову, осматривая комнату. Он заметил, что Николь проснулась и как-то странно на него смотрела. Понять эмоции, которые она сейчас испытывала, было крайне сложно. Глаза еще сонные, но широко открыты. Губы плотно сжаты, точно так же, как и ее кулаки. Легкий румянец, покрывший щеки, и несколько непослушных прядей, упавших на лицо, делали ее похожей на рассерженную кошку.
– Что случилось? – тихо спросил Кристиан, настороженно наблюдая, как она встала с кровати и медленно приближалась.
– Я тут подумала, – так же тихо ответила Николь и под изумленный взгляд Криса присела к нему на колени. – Это моя последняя ночь на свободе. Завтра отец снова запрет меня в поместье.
– Что ты делаешь? – спросил Крис, напряженно замирая в кресле.
– Как насчет того, чтобы я сделала хорошо тебе, а ты мне? – прошептала Николь, ласково касаясь щеки Криса кончиками холодных как лед пальцев. Ее слова, произнесенные почти шепотом, звучали на грани приличия и явно давали понять, чего именно она хотела. Он сидел неподвижно, его руки лежали на подлокотниках, но лицо девушки было так близко, что он мог рассмотреть каждую черточку: небольшую родинку над верхней губой и ямочку на левой щеке. Она провела ладонью по плечу Криса и посмотрела ему в глаза. – Если дело только в деньгах, то я заплачу вам больше.
Это зашло слишком далеко. Кристиан уже хотел ответить Николь, куда он готов отправить ее вместе с предложением, но она неожиданно коснулась его губ своими. Привычно слегка повернув лицо в сторону, Крис подставил шею для ласк девушки, но она все же успела украсть его поцелуй. Он очень редко целовал в губы. Наверное, повлияло то, что он был к такому совершенно не готов, поэтому позволил ей это сделать. Николь обняла его за шею, запуская одну руку Кристиану в волосы. Инстинктивно его руки оказались на ее талии. Девушка приняла это за хороший знак, покрывая поцелуями его шею и прижимаясь еще ближе. Прошло невыносимо долгое мгновение, прежде чем Кристиан опомнился и отодвинул от себя Николь. Она выглядела расстроенной и попыталась снова приблизиться к его губам. Кристиан не позволил, практически сразу догадавшись, чего именно добивалась девчонка. К вечеру они будут в столице, у нее остался последний шанс освободиться. Видимо, полная безысходность толкнула девушку действовать таким способом.
– Мы можем это продолжить, Николь, – с наглой улыбкой прошептал Кристиан. Он держал ее за запястья, не позволяя прикасаться к себе. Притянув ее ближе, от чего глаза Николь расширились, а губы чуть приоткрылись, Крис произнес тихим голосом: – Но только вечером ты все равно окажешься дома.
Николь зашипела, поднявшись с его колен. Она раскраснелась, злость исказила мягкие черты ее лица. Глаза лихорадочно блестели, и казалось, что из них готовы брызнуть слезы.
– Ты даже не понимаешь, какую ошибку совершаешь!
– Ну, куда уж мне, – развел руки Кристиан, не до конца уверенный, что именно она имела в виду. Он должен сожалеть, что не отпустил ее или что не переспал с ней?
Николь резко развернулась и скрылась за дверью отдельной комнаты. Ее перепады настроения могут свести с ума. Кристиан тяжело вздохнул и поднялся, решая проверить Майки – его, к счастью, было невероятно сложно вырвать из мира грез, поэтому он мирно спал.
Чем раньше они вернут эту девчонку, тем лучше. Крис сам не мог понять, с чем это связано, но его не отпускало неприятное предчувствие с того дня, когда он согласился взяться за это дело.
Глава 6
Здесь счастье и горе, любовь и страдание.
Боясь дышать, не открывая глаз,
Ты лишь тихо просишь, затаив дыхание:
Спой ее для меня. Спой в последний раз.
Кристиан
Утро последнего дня их совместного путешествия началось довольно рано. Крис с Майки решили поскорей вернуть дочь Продавцу радости. Завтракали они под недовольный взгляд официантки, которая буквально швыряла тарелки перед ними на стол. Майки с аппетитом поглощал двойную порцию яичницы, а Николь к своему завтраку не притронулась вовсе.
Кристиан вышел первым, чтобы привести коней. Он с наслаждением вдохнул прохладный чистый воздух и улыбнулся. Скоро все это закончится, жизнь потянется своим чередом, и в ней не будет места ни для Николь, ни для ее отца.
Возвращаясь к таверне, Крис застал жаркое прощание Майки и официантки Беллы, которой тот явно приглянулся. Девушка буквально висла на его шее, пытаясь поцеловать напоследок. Появление Кристиана Майк воспринял как спасение, тут же вырываясь из цепких девичьих рук. Он быстро подбежал, буквально вырывая у Кристиана поводья Корицы. Николь молча приняла поводья своего коня, без лишних слов забираясь в седло. Они покидали Сентлею привычным строем: Майк шел первым, Крис последним, Николь в центре.
Чем ближе был Артон, тем более подавленной выглядела Николь. Крис старался не придавать этому значения, но замечал, как поникли ее плечи, а глаза наполнились печалью. Конечно, Продавец радости приложит много сил, чтобы выведать, каким образом его дочь исчезла из самого охраняемого дома Острова.
– Как только вернемся в город, то тут же отправлюсь в бар, – мечтательно произнес Майк, поворачивая голову. Прошло не больше часа, а он уже успел заскучать, поэтому решил завести разговор. – Нет, Крис, не пить.