— Внешне она, конечно, стала куда приятнее, но на вкусе ее это никак не отразилось. Хотя что взять с провинциалок? Они все по сравнению с нами выглядят, как серые мыши. Смотреть больно.
Брюнетка захихикала, и остальные дамы из своры Маррги немедленно подхватили ее смех. Эльма побледнела, не осмеливаясь и глаз поднять от носков своих туфелек. Кирмунд же сделал вид, что не заметил реплики проклятой дикарки. Видать, не посчитал это таким уж оскорблением. Но такое вот его невмешательство развязало руки только и ждущим, пока бросят кость, придворным. Теперь от насмешек и пренебрежения Эльму вряд ли что-то спасет.
Ну нет, я не намерена такое спускать этой стерве. Не обращая внимания на предостерегающий взгляд Ретольфа, верно разгадавшего выражение моего лица, выступила вперед и громко произнесла:
— Если при королевском дворе дамы больше напоминают уличных девок, то лучше уж выглядеть серой мышью.
Воцарилась тишина — теперь уже в центре всеобщего внимания оказалась я. Кирмунд повернул голову в мою сторону, и я смело встретила его взгляд, готовясь стойко выдержать гнев. Но с удивлением увидела на лице короля одобрительную улыбку. Он подмигнул мне и немного ироничным тоном проговорил:
— Позвольте представить вам и главную фрейлину королевы — леди Эльму Нифарин. Прошу любить и жаловать.
Маррга шумно втянула ртом воздух, уставившись на меня таким взглядом, что по спине пробежал холодок. Но я не собиралась пасовать перед этой тварью.
— Похоже, главной фрейлине не помешало бы изучить правила этикета, — едко заявила волчица. — И научиться знать свое место.
— Леди Маррга, я полагаю? — с самой приторной улыбочкой спросила я, подходя ближе и становясь рядом с перепуганной Эльмой. — И какое же место, по-вашему, я должна знать? Уж простите, в те правила этикета, которым меня учили, как благородную леди, не входило пресмыкаться перед безродными дикарками, подобранными в лесу.
По толпе придворных пробежал взволнованный шепоток. Во взглядах явственно читалось изумление, смешанное с восхищением. Никто из них не посмел бы говорить подобным образом с жестокой и коварной королевской фавориткой, славящейся мстительным характером. Я и сама прекрасно понимала, что перешла черту. Но уж слишком ненавидела эту тварь, возомнившую себя некоронованной королевой. Да и лучше пусть переключит свою неприязнь на меня, чем дальше донимает Эльму. Уж я-то найду, что ей противопоставить.
— Ах ты, провинциальная сучка, — волчица уже почти не соображала, где находится. В потемневших кошачьих глазах, чьи зрачки приняли вертикальную форму, виднелось одно желание — растерзать. Еще мгновение — и просто кинется на меня.
— Маррга, уймись, — ленивый окрик короля хлестнул женщину, словно удар плети, и она перевела непонимающий взгляд на него.
— Эта тварь меня оскорбила, — взвизгнула волчица.
— Она всего лишь защищала свою королеву, — резонно заметил Кирмунд, — к которой именно ты проявила непочтительность. Так что в следующий раз думай, что говоришь.
С этими словами, не обращая больше внимания на возмущенную и разъяренную женщину, он подал руку Эльме и направился вместе с ней ко дворцу. Следом двинулись придворные, на ходу возбужденно обговаривающие случившееся. Лорд Маранас мигом оказался рядом со мной и поспешил увести, пока застывшая столбом Маррга не набросилась на меня, невзирая на слова короля.
— Вы были неосторожны, моя леди, — шепнул он на ухо, ведя за собой.
— Я не боюсь эту тварь, — тоже внутренне кипя от гнева, заявила я.
— А стоило бы, — Ретольф покачал головой. — Эта женщина опасна. И король предпочитает закрывать глаза на многие ее действия, в память о былых заслугах.
— Плевать на то, что думает король, — процедила я.
Лорд Маранас лишь покачал головой.
— Сейчас именно от его благосклонности к вам многое зависит. Так что не стоит давать волю эмоциям. Обещаю, что однажды Маррга получит по заслугам. Но всему свое время.
— Хорошо, постараюсь быть более сдержанной, — с трудом сказала я. — Но если она снова позволит себе издеваться над Эльмой, я за себя не отвечаю.
— Думаю, после сегодняшнего объектом ее козней будет вовсе не Эльма, — сухо проговорил Ретольф. — И я очень надеюсь, что у короля хватит ума не объявлять вас все же официальной любовницей. Это может толкнуть Марргу на крайние меры.
— Мы с ним договорились, что не станем афишировать наши отношения, — хмуро возразила я.
— Сильно сомневаюсь, что вам удастся их скрыть, — вздохнул лорд Маранас. — Да стоит Кирмунду взглянуть на вас, и все становится очевидным. То, какой интерес вы у него вызываете. Он даже вступился за вас прилюдно, осадив Марргу, чего никогда прежде не было. Раньше король считал ниже своего достоинства вмешиваться в женские разборки.
— Я справилась бы и без его заступничества, — процедила я.
— Не сомневаюсь, — губы Ретольфа тронула легкая улыбка. — Но все же повторюсь: будьте осторожны с этой женщиной. Она может спутать нам все карты. Кстати, она сама метила на роль главной фрейлины, убеждая короля отдать ей эту должность. Кирмунд изначально был против, прекрасно понимая, что Маррга лишь искала повод поиздеваться над королевой. Но дела это не меняет. То, что вы заняли место, на которое метила она, еще один повод считать вас врагом.
— Тем лучше. Не нужно будет притворяться, — усмехнулась я. — Я тоже считаю ее врагом и не собираюсь это скрывать. А теперь извините, лорд Маранас, но мне нужно приступать к своим обязанностям.
И я решительно сократила расстояние между мной и Эльмой, двигаясь теперь сразу за королевской четой. Что самое удивительное — никто не посмел как-то помешать или выразить недовольство. Видимо, моя несдержанность сослужила и хорошую службу. Показала, что со мной следует считаться.
Едва мы переступили порог дворца, я выцепила взглядом дворецкого, который в числе остальных слуг приветствовал правителя, и самым уверенным тоном, давая понять, что имею на это право, заявила:
— Надеюсь, покои для королевы уже готовы? Я бы хотела осмотреть их и убедиться, что ее разместят с подобающим комфортом. Также соизвольте приготовить комнату и для меня, как главной фрейлины.
Дворецкий несколько обескуражено посмотрел сначала на меня, потом перевел взгляд на Кирмунда, с любопытством наблюдающего за мной. Тот кивнул, подтверждая, что слуга должен выполнить мои распоряжения, и перевел на меня задумчивый взгляд. Я поблагодарила короля церемонным кивком и двинулась за дворецким. По дороге отдавала необходимые распоряжения насчет того, что может понадобиться Эльме. Сказала, что лично выберу прислугу из той, что есть в штате. Велела найти лучших портних, которые в кратчайшие сроки должны будут снабдить королеву и меня подобающим гардеробом. Дворецкий, немного опешивший от моего напора, почтительно соглашался с каждым требованием и явно желал поскорее отделаться от столь ретивой фрейлины. Я же получила возможность выпустить пар и успокоиться, радуясь, что на какое-то время избавлена от необходимости находиться в обществе придворных.
Но с облегчением смогла вздохнуть лишь тогда, когда со всеми формальностями было покончено и мы с Эльмой оказались предоставлены сами себе. Подруга бродила по своим роскошным покоям, состоящим из четырех огромных комнат, и выглядела растерянной. Она явно чувствовала себя не в своей тарелке, оказавшись в новом для себя положении.
— Не знаю, чтобы я делала, если бы тебя не было рядом, — наконец, со вздохом сказала она, опускаясь в кресло в гостиной и откидываясь на его спинку.
— Но я рядом, — улыбнулась я. — К тому же это из-за меня ты оказалась втянута во все это.
— Король сказал, что через два дня собирается устроить бал в мою честь, — с паническими нотками в голосе сообщила Эльма. — Что мне делать? Как себя там вести?
— Ты королева, — напомнила я. — Просто почувствуй себя ею на самом деле. Даже если совершишь какой-то промах, не подавай виду, что смущена. Держись уверенно.
— Если бы я могла это делать так, как ты… — она опять вздохнула. — Никогда не смогла бы так держаться.
— Смогла бы, — спокойно возразила я. — Если бы тебя учили этому с детства, как меня. Кстати, пока меня не было рядом, эта стерва тебя не донимала?
— Нет, — Эльма чуть смутилась. — Она была занята обсуждением со своими прихлебательницами того, как ты дурно воспитана и прочим в том же роде.
— Тем лучше, — я беспечно отмахнулась. — Пусть лучше на меня переключится. Я найду, что ей ответить.
— Король еще сказал, что я должна буду выбрать себе фрейлин из числа придворных дам.
— Этим займусь я, — успокоила я подругу. — Постараюсь выбрать более-менее вменяемых. И уж точно не из свиты Маррги.
Некоторое время мы с Эльмой молчали. Я подошла к окну, откуда открывался великолепный вид на парк, где неспешно прогуливались придворные. Решила, что было бы неплохо тоже отправиться туда с подругой и немного расслабиться после треволнений дня.
— Мне жаль, что Ретольф теперь не сможет находиться с нами так часто, как раньше, — услышала грустный голос Эльмы и невольно улыбнулась.
Кто о чем, а подруга — о своем обожаемом лорде Маранасе. Хотя от нее трудно было ожидать иного. Особенно учитывая то, что во время пути Ретольф уделял ей так много внимания, пользуясь тем, что Кирмунд целиком был занят мной. Эльма с лордом Маранасом вели долгие беседы, и им явно нравилось общество друг друга. Я была рада за них обоих и очень надеялась, что когда все закончится, у их отношений будет продолжение. Если, конечно, Ретольф не полный идиот. Где он еще найдет такое сокровище, как Эльма? Женщину, которая так сильно любит, что готова на все ради него. Но кто знает, нужно ли это лорду Маранасу. Понять, что делается в его голове, не представляется возможным.
— Лорд Маранас — доверенное лицо Кирмунда, так что, уверена, появляться во дворце будет часто, — попыталась я ее утешить. — Кроме того, у него есть повод лично встречаться с нами. Он все-таки моей опекун. Так что не переживай, мы найдем повод видеться с ним так часто, как только захочешь.