Король вышел из меня и отодвинул в сторону. Потом довольно потянулся и вылез из ванной. А я смотрела на то, как он вытирает свое роскошное сильное тело и ощущала, как к горлу подкатывает болезненный спазм. И собственные мысли сейчас обескуражили. Я бы желала, чтобы между нами все было по-другому. Чтобы не было того, что разделяет. Чтобы я имела полное право называть этого мужчину своим. Проклятье, неужели я все еще люблю его? Нет, это не может быть правдой. Та глупая наивная влюбленность исчезла без следа. Но чем тогда было то чувство, что переполняло сейчас? Неистовое, сокрушительное, вызывающее почти болезненное щемящее чувство. Жажду постоянного обладания, которую не могли заглушить никакие доводы рассудка. Я знала одно — постараюсь никогда не показывать Кирмунду того, что испытываю к нему на самом деле.
— Вода уже остыла, — угрюмо сказал король, уже полностью одетый, но почему-то не спешащий уходить. — Тебе стоит вылезти оттуда, а то еще заболеешь.
— Обязательно вылезу, как только вы уберетесь отсюда, — процедила я, обхватив плечи руками. Меня и правда уже начинало трясти от прохладной воды и собственных смущающих эмоций.
Кирмунд сцепил челюсти, потом бесцеремонно схватил меня и сам вытащил из ванной. Завернул в полотенце и начал вытирать — по его резким движениям было понятно, что злится.
— Ты сама провоцируешь меня на грубость, — неожиданно буркнул он, словно пытаясь оправдаться.
— Я уже привыкла к вашей грубости, — процедила в ответ. — Главное, избавить от подобного Адалу. Так что готова потерпеть.
Кирмунд так крепко стиснул мои плечи, что я не удержалась от вскрика.
— Не пытайся меня убедить, что согласилась стать моей только ради подруги, — прошипел он.
— Если вы тешите себя иллюзиями, что это не так, разубеждать не буду, — я издевательски улыбнулась.
Король так резко отпустил, что я едва не упала. Потом, не говоря ни слова, вышел из ванной, больше не глядя на меня. А я мысленно зааплодировала себе за то, что все же сумела не показать настоящих чувств. Хотя почему-то к этому злорадному удовольствию примешивались и нотки горечи. Возможно, из-за того, что обманывать саму себя гораздо труднее, чем обманывать Кирмунда.
Запретив себе думать о чувствах, когда на кону куда более важные вещи, я двинулась следом. Понять, где именно находится потайной ход, через который проник сюда король, может быть очень полезно впоследствии. Успела увидеть спину Кирмунда, исчезающую в открытом проеме стены гостиной, и удовлетворенно улыбнулась. Правда, потом ушло не меньше десяти минут, чтобы выяснить, где спрятан потайной механизм, открывающий проход. Я решила, что когда-нибудь улучу время, чтобы исследовать тайный ход и понять, куда можно через него добраться. Это заодно поможет меньше думать о Кирмунде и моем притяжении к нему.
И все же, как ни запрещала себе даже мысли об этом мужчине, ночью, когда он так и не пришел, это раздосадовало. Я долго лежала без сна, ворочаясь на роскошной большой кровати, и прислушивалась, не раздадутся ли снаружи знакомые шаги. Напрасно. А потом и вовсе возникла почему-то сильно взбесившая мысль: что если Кирмунд решил провести ночь с кем-нибудь другим. Вполне возможно даже, что с проклятой волчицей. Еще бы. Уж она наверняка считает за счастье ублажать его любыми возможными способами. Бегает за ним, как собачонка. А королю наверняка это льстит: то, что такая дикая и своевольная женщина податлива, словно воск, когда речь заходит о нем.
Некоторое время я продолжала ворочаться, пытаясь убедить себя, что мне нет никакого дела до того, с кем проведет сегодня ночь Кирмунд. Но ничего не помогало. Я должна знать точно, чего стоит ждать от этого мужчины и насколько велика его заинтересованность во мне. В конце концов, это может помочь вернее построить стратегию поведения с ним. Убедив себя, что есть веская причина знать правду, я поднялась с постели и поверх ночной сорочки накинула халат. Потом решительно зажгла канделябр и проследовала к потайному ходу.
Лишь приблизительно представляя себе расположение коридоров, я оставляла на стенах восковой след от свечи, чтобы в случае чего найти дорогу обратно. Бродила так довольно долго, прислушиваясь к иногда раздающимся голосам и звукам, когда оказывалась рядом с выходом в какие-то другие помещения. Заглядывая через потайные глазки, убеждалась, что попала не туда, и следовала дальше. Не знаю, сколько бродила так, уже досадуя на саму себя, что вообще все это затеяла. Но в какой-то момент ощутила знакомый запах. Меня будто под дых ударило и потащило туда с такой силой, что перешла на бег. Зверь внутри возбужденно скреб когтями и подстегивал к действию, усиливая нетерпение. В конце концов, я оказалась перед одним из выходов и приникла к глазку.
Зрелище Кирмунда, в одиночку напивающегося у камина в своей гостиной, пролилось бальзамом на душу. Помимо воли на лицо наползла довольная улыбка. Он вовсе не спит с Марргой или кем-либо еще, как я предполагала. И сердце приятно грел тот факт, что король явно не в духе из-за нашей размолвки. Одна пустая бутылка валялась на полу у стола, другая — наполовину полная — стояла перед ним. Кирмунд задумчиво гладил одной рукой громадную черную собаку, лежащую у его ног, а другой подносил к губам чашу с вином.
Я уже хотела незаметненько уйти обратно, когда псина вскинула голову и устремила взгляд в мою сторону. Из ее горла вырвалось приглушенное рычание. Проклятье. Неужели пес меня почуял? Не дожидаясь подтверждения или опровержения этой догадки, опрометью ринулась вглубь потайного хода. Если Кирмунд меня здесь увидит, трудно представить, как отреагирует. Но еще хуже будет, если подумает, что я пришла к нему, потому что захотела увидеть. Последнего точно не желала допускать.
Звук отъехавшей позади стены сорвал с моих губ сдавленное ругательство. Король все-таки верно разгадал поведение собаки. Убежать от Кирмунда я не сумела, что и неудивительно. Не прошло и нескольких секунд, как меня догнали, сгребли в охапку и потащили обратно, несмотря на яростное сопротивление. Оказавшись снова в гостиной, король швырнул меня в кресло, где только что сидел сам, и навис надо мной, уперев руки поверх моих плеч и глядя с легкой насмешкой.
— Можно поинтересоваться, с какой целью ты за мной следила? Соскучилась?
— Вот еще, — пунцовая от стыда, я постаралась принять невозмутимую позу и вскинула подбородок. — Просто решила немного исследовать потайной ход. Случайно забрела к выходу в ваши покои.
— А заблудиться не боялась? — иронично поинтересовался Кирмунд, выпрямляясь. — Хотя о чем я говорю? Вряд ли ты вообще чего-нибудь боишься. Смелая и дерзкая девчонка.
— Раз с этим разобрались, то может, позволите мне уйти? — стараясь держаться как можно увереннее, сухо сказала я.
— Нет уж. Раз уж сама пришла, теперь так просто избежать моего общества не удастся, — с сарказмом откликнулся он. — Выпьешь со мной? — он кивнул в сторону бутылки и устроился в кресле напротив.
— Как я понимаю, вопрос был риторический? — хмуро спросила я.
— Именно.
Кирмунд взял еще одну чашу и заполнил вином до краев.
— В потайных помещениях довольно холодно, так что вино точно не повредит, — протягивая мне чашу, заявил король.
С этим я не могла не согласиться, поскольку и правда продрогла. Откинувшись на спинку кресла, стала неспешно отхлебывать вино, исподлобья наблюдая за мужчиной. Он делал то же самое, окидывая чуть насмешливым изучающим взглядом. Что если нисколько не поверил в то, что я пробралась к его покоям чисто случайно? Чтобы скрыть смущение из-за подобных мыслей, я первая нарушила воцарившееся молчание:
— Вы часто так напиваетесь в одиночку?
— Ну, если не находится более интересного занятия, почему бы не скоротать вечерок за бокалом хорошего вина? — протянул король, пропустив мимо ушей мою очередную дерзость.
— Если честно, удивлена, что у вас не нашлось, с кем скоротать вечер, помимо собаки, — все больше наглея, заявила я.
Приятное тепло от выпитого вина согревало кровь, и язык поневоле развязывался. Наверняка уже скоро пожалею о своих словах, но просто не могла удержаться от этой реплики. Сама не знаю, что хотела услышать в ответ. Может, желала, чтобы разозлился и прогнал прочь. Хотя что-то подсказывало, что дело не в этом. Мне и правда было важно понять, почему он сейчас один, а не в обществе какой-то развратной девицы.
— Дракон не самая худшая компания, — пожал плечами король, снова почему-то не разозлившись. — По крайней мере, в его мотивах я могу быть точно уверен.
Я невольно замерла, осознав то, что осталось недосказанным. Неужели Кирмунда и правда настолько зацепили мои недавние слова?
— Значит, его зовут Дракон? — попыталась я свернуть на более безопасную тему. — Ему подходит, — усмехнулась, оценив размеры собаки. — Его можно погладить? — уже протягивая руку к улегшемуся у ног хозяина псу, спросила я.
— Не советую, — предостерегающе сказал Кирмунд. — Последний, кто попытался это сделать, едва не лишился руки.
Собака лениво вскинула голову, и я невольно отшатнулась, убирая руку. Король усмехнулся.
— Вот поэтому я и предпочитаю общество Дракона. В его преданности сомневаться не стоит…
Он осекся, заметив, как Дракон поднялся на лапы и, внимательно оглядев меня, двинулся к моему креслу, а потом положил голову мне на колени. Я сидела ни жива ни мертва после услышанной характеристики в адрес пса. Но поведение собаки не выглядело враждебным и я все же решилась осторожно провести ладонью по густой и жесткой шерсти. Пес и не подумал кусаться в ответ, благосклонно принимая ласку. Кирмунд неверяще смотрел на нас обоих, по-видимому, пораженный до глубины души.
— Дракон ни с кем еще не вел себя так раньше, — наконец, проговорил, качая головой, потом криво усмехнулся. — Похоже, ты и его приворожила.
— Приворожила? — я удивленно вскинула брови. — Я не ведьма, чтобы привораживать.
— Иногда я сильно сомневаюсь в этом, — пробормотал король, пристально глядя на меня. — Скажи правду, — прищурившись, спросил он, — почему ты на самом деле пришла сюда?