– Мы готовы вас слушать, – спокойно объявила я и села.
Остальные члены «экспериментального курса» (а эта формулировка – официальная; данный факт мы выяснили после партизанской вылазки в кабинет ректора… во время его отсутствия, разумеется) сидели ровно, сдерживая готовые сорваться смешки.
О! Мы сегодня были просто непередаваемо хороши! Все в отглаженной форме (нашей собственной – взятой из закромов нехитрого скарба, прихваченного с собой, и подобранной на глаз, чтобы хоть как-то сочетаться друг с другом), причесанные, с тетрадочками (взятыми напрокат из общего склада на территории академии… взятыми, конечно, без спроса).
Короче – любо-дорого посмотреть, и прямо глаз от нас не оторвать!
Профессор Гейтис, невысокий и полноватый, испуганно заерзал на месте, не зная, как относиться к нашему присутствию на лекции, но – к его чести – все же поборол желание сорваться со стула и сбежать из аудитории. Быстро сообразил, что целесообразнее остаться на месте и не рисковать, чем позорно удирать, возможно, даже преследуемым неадекватными адептами.
В итоге он взял себя в руки и даже попытался начать лекцию. Правда, его голос был так тих, что единственное, что мы слышали, – это невнятное бурчание. К тому же профессор стоял к нам спиной и делал вид, что пишет на доске, однако размеры написанного подходили скорее для проверки зрения в специальном кабинете здоровья, чем для чтения на лекции.
– Профессор, мы вас не слышим, – заметила я самым вежливым голосом, на который была способна.
– Что? А… Да?.. Что ж… – Профессор побледнел и начал читать с листка чуть громче.
Вот только я не уверена, что на этом листке был текст нашей лекции. Скорее бедняга прятал глаза, не желая смотреть на нас. Мы решили не заострять на этом внимание и записывали под его диктовку важные даты. В итоге к концу лекции профессор был настолько измотан душевно (переживал, болезный), что, как только закончился положенный час, он сиганул из кабинета, забыв попрощаться.
– Неужели мы такие страшные? – Тата закинула ноги на стол и впервые открыто усмехнулась.
– Думаю, дело в том, что профессор Гейтис не обладает магией, – пояснила Нани, прилежно изображавшая из себя правильную девочку, и поправила оборочку на черной блузке.
Да, мы все были в черном… Вот даже не знаю – почему!
– Он боялся, что мы нападем на него? – хмыкнул Грог, затем покачал головой. – Академия идиотов.
– Следующая лекция здесь же. Не расслабляйтесь, – только и успела сказать я, как дверь в аудиторию открылась, впуская внутрь поток адептов.
Адептов, застывших тут же, стоило им увидеть нас. Я покосилась на Тату – кажется, та успела вернуть ноги на пол.
– Это что значит? – негромко спросила одна из адепток у своих однокурсников.
– Что они здесь делают? – зашептала вторая.
– Я не хочу сидеть с ними! – довольно громко сообщила третья.
Мы продолжали сидеть ровно и спокойно смотрели на огненных, дожидаясь, когда их «первое впечатление» наконец подойдет к концу.
– Я – староста курса, – вышел вперед паренек с рыжими волосами. – С кем я могу поговорить?
– Ну со мной, – все так же спокойно отозвалась я, не вставая с места.
– «Ну с тобой»? – передразнил меня парень, поднимая брови. – Ну хорошо, Ну-С-Тобой. У меня вопрос простой: что вы здесь забыли?
– Знания, – ответила, ничуть не реагируя на провокацию. Мой голос звучал ровно, если не равнодушно.
– Знания?! – Староста огненных посмотрел на меня как на умалишенную. – С чего бы они вам понадобились?
– Может, стоит задать этот вопрос нашему императору? – вежливо поинтересовалась я, склоняя голову.
– Ты прекрасно поняла, что я имею в виду, – сухо произнес парень.
– Нет, не поняла, – так же сухо ответила я.
– Что это за цирк?! – не выдержав, рявкнул он, – Сидели себе неделю в своей башне и тут решили выползти?!
– Да нет, спокойненько себе дошли на своих двоих, – мило улыбаясь, парировала я.
– Ты меня достала… – процедил рыжий и сформировал на ладони огненный шар. А в следующее мгновение рядом с его шеей в воздухе завис кинжал, ледяная игла, острый отросток, выросший из деревянного стола, и два ножа в руках братьев.
Сказать, что это был всеобщий шок, – ничего не сказать. Адепты даже вздохнуть не успели, как их лидер подвергся смертельной опасности буквально со всех сторон.
Я медленно поднялась, не сводя с парня внимательных глаз.
– Вы нехорошо себя ведете, – нежным певучим голосом произнес Пузачо, становясь рядом со мной.
– Это кто? Что за красавчик?! Я не помню! Что он делает вместе с этими?! – понеслось с разных сторон, и тут я, конечно, не смогла скрыть гордости в глазах.
Пузачо был великолепен. Высокий, светлокудрый красавец с широкой грудью (спасибо природе), узкой талией (спасибо корсету) и буграми мышц на руках (тут нам меньше всего пришлось работать: сын пекаря с детства таскал тяжелые противни из печи).
Да, когда тобой занимается маг воды, ты хочешь не хочешь, а будешь сбрасывать по несколько килограммов за день. А когда тобой занимается энергомаг – ты просто обречен найти общий язык со своим телом (ибо получать зарядом за лень – очень больно).
Мы с Грогом сделали из сына пекаря настоящего мачо, умотавшись вместе с ним на тренировках вусмерть. Что говорить? Мы настолько уставали, что я ни разу за неделю не увидела во сне узника башни – вырубалась моментально, как только голова касалась подушки! Настолько к концу дня я была обессилена…
К слову, результат оправдал все ожидания.
Еще бы над голосом поработать – но это уже мелочи.
– Вы что себе позволяете?! – взвизгнула темноволосая девица, с ужасом глядя на своего старосту, окруженного смертельным оружием. – Да мы вас…
Мой красноречивый взгляд на потолок заставил ее замолчать, поднять голову и замолкнуть, сглотнув.
Прямо над учениками первого курса факультета огня завис огненный шар воистину пугающих размеров.
И вновь я с гордостью посмотрела на Пузачо: его таланты в искусстве магии огня не могли не поражать. Впрочем, за эту неделю меня удивили все мои однокурсники…
Кто бы мог подумать, что слова ректора так сильно заденут гордость изгоев? А Тата передала все его высказывания по поводу нас дословно.
– Мы будем учиться здесь – хотите вы этого или нет, – твердо произнесла я. – Более того, нам плевать, что вы по этому поводу думаете. Но все попытки помешать нашему образованию будут заканчиваться так, – указала в сторону их старосты. – Надеюсь, мы разобрались в ситуации?
Рыжий лидер огненных напряженно кивнул, стараясь сильно не опускать задранный подбородок, и все колюще-режущие предметы неспешно отлетели от его шеи. Последними отстранились два ножа в руках братьев-полукровок – парочка наемников еще некоторое время посмотрела на старосту первокурсников, а затем, медленно отойдя, заняла места за партой первого ряда.
В итоге, когда магистр Клевин (преподаватель древних рун) зашел в аудиторию, мы продолжали сидеть за первыми партами, а целый курс огненных в количестве двадцати человек ютился на задворках, у самой стены, напряженно глядя на наши спины. Вообще, положение стратегически не самое удачное, но от необдуманных поступков первокурсников стихии огня уберегали два пристальных взгляда: братья сидели спинами к доске, оседлав свои стулья, и следили за поведением наших соседей по аудитории.
– Так это правда… – пробормотал, увидев нас, магистр Клевин, худой нескладный мужчина с абсолютно седой головой.
Неоспоримым достоинством этого преподавателя было то, что он спокойно прошел на свое место, больше не акцентируя внимания на новых адептах.
– Староста вашего курса?.. – Он сделал паузу и вопросительно посмотрел на нас.
Я поднялась.
– Будьте добры, подайте мне список ваших имен, – ровно попросил магистр Клевин.
А старичок достоин уважения.
Я отнесла ему заготовленный листок. Магистр некоторое время с недоумением читал его содержание, а затем перевел еще более недоуменный взгляд на меня, успевшую вернуться к парте.
– Что это такое? Что это за «Нани», «Тата», «Братья-близнецы» и «Пузачо»?! – спросил он.
С задних рядов послышались смешки, но быстро затихли. Скорее всего, юмористы не выдержали столкновения взглядов с наемниками…
– Это имена членов нашего курса, – спокойно пояснила я, решив не вдаваться в подробности, что на самом деле это не имена, а прозвища. Зачем ему лишняя информация?
– Предположим, – стараясь сохранять лицо, согласился магистр. – Но где ваши фамилии?
– У обитателей улицы обычно нет фамилий.
– И вы предлагаете звать мне вас… вот так? – Магистр Клевин протянул листок, демонстрируя мне мой же почерк.
– Ну да, – спокойно кивнула я, не видя никакой проблемы.
– И братьев-близнецов тоже называть «братьями-близнецами»? – Он поднял брови.
– Да, – подтвердила я, – только они не разговаривают, так что лучше к ним не обращаться… А вообще, насколько я знаю, у вас должен быть список наших имен.
– Кажется, он затерялся где-то на моем столе. Вы не были на моих лекциях с момента появления в академии, – заметил этот бесстрашный и безусловно вызывающий уважение человек. – Как я могу обращаться к вам?
– Меня зовут Кайра, – представилась я.
– Вы можете присесть, Кайра. – Магистр указал на мое место, и я послушно опустилась на стул. – Итак, мой предмет – «Древние руны». И для того чтобы начать объяснять вам теорию, а затем переходить к практике, мне нужно понять уровень ваших…
Он вдруг замолк и перевел взгляд на дверь.
Собственно, все присутствующие в аудитории уставились туда, поскольку из коридора начал доноситься какой-то шум. Затем шум стих, остался только звук приближающихся шагов. Дверь распахнулась…
И на пороге аудитории появился староста некромантов собственной персоной.
Леон быстро нашел меня глазами и так же быстро скрыл эмоции, на миг блеснувшие в этих самых глазах. Только что это было, кто мне объяснит? Радость от встречи? Предвкушение вкусного обеда?..