— Аристократам-то это зачем?
— Ты это сейчас серьёзно? Деньги и статус, зачем же ещё? Кто-то желает выслужиться перед императором, кто-то хочет усилить Род новыми артефактами, ну а кто-то — поправить собственное финансовое положение.
— А как же армия? — спросил я.
— Армия, — фыркнул Дмитрий. — Армия занимается тем, чем её и положено. Охраняет границы и сдерживает флот Микадо. Через них, конечно, тоже что-то идёт, но это вторичное.
— Постой, ты меня совсем запутал. Получается, добыча артефактов поставлена на поток?
— Ты как будто с луны свалился. Естественно.
— Но кто их покупает в таких количествах и зачем? — удивился я, прикинув масштабы.
— Мишель, ты меня пугаешь. Государство, конечно же. В основном для военных же нужд. Что попроще идёт для промышленности. Есть особые медицинские артефакты. Остальное расходится среди кустарей и дальше, на широкого потребителя. Артефакты из Диких Земель — основа могущества Российской Империи.
Концовка прозвучала немного пафосно.
— То есть ты хочешь сказать, что военно-экономическая мощь страны завязана на магические безделушки? — задал я новый вопрос и наткнулся на недоумевающий взгляд Менделеева. — Чего?
— Ты как себя чувствуешь? — осторожно поинтересовался Дмитрий.
— Нормально, а почему спрашиваешь?
— Просто ты сейчас городишь одну глупость на другую, я даже подумал, что бредишь, — ответил он и неожиданно выставил растопыренную пятерню перед моим лицом. — Сколько пальцев видишь?
Похоже я и в самом деле расслабился. Спрашиваю о вещах, про которые здесь даже дети знают, вот он и насторожился. Снова, кстати, насторожился, а это лишнее. Непонимание зачастую ведёт к неприязни, а мне это совсем ни к чему.
— Пять пальцев, пять, — усмехнулся я, оттолкнув его руку, после чего принял смущённый вид и добавил: — Нормально всё со мной, Дим. Просто…
Менделеев не перебивал, продолжая внимательно смотреть на меня.
— Мне крайне неловко… — продолжил я после секундной паузы и снова замялся. — помнишь, я тебе говорил про неудачную инициацию? Ну, когда мне магию выжгло?
Менделеев кивнул.
— Так вот, после того случая у меня частичные провалы в памяти. Тут помню, тут не помню, тут рыбу заворачивали…
— Какую рыбу? — опешил он.
— Вот видишь, ещё и заговариваюсь, — печально вздохнул я. — И на аристократа я не похож по той же причине. Элементарно, не помню уроков хороших манер. Ну, и других уроков тоже. Не помню даже, чего именно не помню. Просто не хотел тебе говорить… Так что ты имей в виду, если что.
Здесь я внутренне приготовился к включению Мишеньки. Он просто обязан задвинуть за манеры, подробно разъяснить, чья магия и ткнуть меня носом в низкое происхождение. Но он промолчал. Что было странно. Но сразу найти причины подобного поведения я не смог, а потом запамятовал. Отвлёкся на тему беседы.
А разговор, тем временем продолжался.
— Ну что ты, надо было сразу сказать, — в голосе Дмирия прозвучало участие и облегчение с долей неловкости. — Я бы понял… Ничего постыдного в этом нет…
Стук в дверь поставил точку в непростом разговоре.
— А вот и ваш чаёк господа!
В купе боком протиснулся проводник с подносом в руках и поочерёдно составил на стол стаканы в серебряных подстаканниках, розетку с колотым сахаром, блюдце с лимонными дольками и тарелочку с мятными пряниками. Пожелал приятного аппетита и удалился.
А мы продолжили уже под чаёк.
— На чем мы остановились? — уточнил я, кинув в стакан лимончик и два куска сахара, вспомнил и повторил свой вопрос дословно: — То есть ты хочешь сказать, что военно-экономическая мощь страны завязана на магические безделушки?
— Я бы не назвал это безделушками, но с некоторыми оговорками, получается так, — важно кивнул Менделеев, дублируя мои действия. — Артефакты играют основополагающую роль, наряду с углём, металлургией и машиностроением. Или ты думаешь, мы с япошками за бесплодные земли бодаемся? Они тоже хотят наложить лапу на артефакты, которые на Сахалинском архипелаге.
Он сейчас производил впечатление учителя для слабоумных детей и заботливого старшего брата одновременно, но я не стал об этом говорить. Сдержал улыбку и продолжил беседу:
— Хорошо, допустим. Но почему тогда тому же правительству не организовать артели специальных добытчиков и не ввести монополию на промысел артефактов?
— Вот ты чудак-человек, а вольные охотники тебе кто? Как раз те самые артели и есть, только называются по-другому. И сдают добычу они уполномоченным имперским приёмщикам.
— В жизни не поверю, чтобы только им. Наверняка есть левые конторы.
— Какие? Левые?
— Ну нелегальные, контрабандные. Завязанные на чёрный рынок, — попытался объяснить я другими словами.
— Ах, это, — с ухмылкой принял объяснение Дмитрий, позвякивая ложкой в стакане. — Конечно есть, как без них? Но за сдачу артефактов в обход имперских каналов предусмотрено уголовное наказание. За некоторые — даже смертная казнь. Кстати, за них же можно получить дворянское звание или очень приличное денежное вознаграждение на выбор. На что, я, собственно, и рассчитываю.
— Например? — с интересом прищурился я и сделал глоток ароматного кисло-сладкого чая.
— Например: Сердце Старшего Демона, или Газовая Железа Красного Дракона, или Глаз Глубоководного Кошмара, — перечислил он, взял с тарелочки пряник и добавил, прежде чем откусить: — Там длинный список. Я наизусть всё не помню, но за эти три точно дадут.
Дадут-то, может оно и дадут, вот только во что это встанет? Одни названия сами за себя говорят. Я почему-то уверен, что Глубоководный Кошмар сам кого хочешь глаза лишит. А если не лишит, то натянет. Да и Старший Демон с Красным Драконом не отдадут добровольно свои жизненно-важные органы. Впрочем, что будет легко — никто не обещал.
— Ладно, будем считать, убедил, — кивнул я. — Теперь давай вернёмся к твоему человеку. Кто такой, как на него вышел, почему должен помочь?
— Я прямо как на допрос к жандармам попал, — усмехнулся он.
— А попадал?
— Упаси господь.
— Тогда ближе к делу, — предложил я, попробовал пряник и отложил его в сторону. Не понравился. Слишком много мяты, на мой вкус.
— Хорошо, ближе так ближе, — сосредоточился Менделеев. — Прохор по прозвищу Меченый, отчества и фамилии скажу. Узнал о нем от сведущих людей…
— Со сведущими людьми лично знаком? Как давно? — перебил я, закинув в рот кусок сахара. Есть хотелось по-прежнему.
— Вообще не знаком, — признался Дмитрий, дожевав второй пряник. — Свели по величайшему блату. Это что-то меняет?
«Информация непроверенная», — подумал я, но не стал прививать свою паранойю товарищу. — Да нет, продолжай.
— Так вот, Прохор Меченый. Самый удачливый капитан вольных охотников. Большая ватага, обученные бойцы, лучшая экипировка. Богатая добыча и справедливый делёж.
Прозвучало, как дешёвый рекламный слоган. Дмитрий явно кого-то цитировал.
— А теперь вопрос на миллион, — скептически ухмыльнулся я, — Назови хотя бы одну причину, по которой в большую ватагу обученных бойцов возьмут двух бестолковых салаг на равную долю?
— И назову! — с вызовом парировал Дмитрий и, достав из внутреннего кармана пиджака конверт, бросил его на стол. — Рекомендательное письмо! Съел⁈
— Аргумент, — согласился я и покрутил конверт в пальцах. — Запечатанное. Без адресата. Читал?
— За кого ты меня принимаешь? — притворно оскорбился Дмитрий. — Я хоть пока и не дворянин, но до чтения чужих писем не опускаюсь.
— В конкретном случае зря, — возразил я и сделал движение, чтобы сломать сургучную блямбу с оттиском двухголового змея.
— Ты что делаешь⁈ Как перед людьми будем выглядеть⁈ — испуганно воскликнул Дмитрий, отобрал у меня конверт, спрятал обратно, а когда немного успокоился, спросил: — Ну, что скажешь? Как тебе план?
— Мне надо подумать.
— Думай, — разрешил он. — У нас вся ночь впереди. Я пряники доем?
— Ешь, — разрешил я и погрузился в размышления.
В целом разговором я остался доволен. Особенно первой частью.
Как минимум появилась ясная цель. Не абстрактная, типа попасть в Дикие Земли и там совершить некий беспримерный подвиг, но вполне себе чёткий алгоритм. Империи нужны артефакты, охотники их выдают на-гора, значит мне нужно в охотники. Осталось получить список необходимых артефактов с расценками и выяснить, как именно, их добывать. Но это уже рабочий момент. Думаю, разобраться, особого труда не составит.
Помимо прочего, я понял, что чуть не совершил большую ошибку. Не роковую, но можно сказать, судьбоносную. Подписал бы сейчас армейский контракт и сидел бы на вышке сторожем-наблюдателем. Лупал бы глазами по сторонам и дожидался момента, когда себя проявить.
Эта мысль меня позабавила.
Получалось, генерал Кутайсов оказал мне услугу, а я его отжиматься, вместо спасибо… Да и хрен с ним, ему только на пользу, в другой раз не поведёт себя, как скотина. Извиняться точно не буду.
Я выкинул из головы генерала Кутайсова и принялся анализировать вторую часть разговора. Ту, что касалась мутной рекомендации и прочего.
В принципе, рассказ Дмитрия выглядел логично-последовательным. По меньшей мере, он сам верил в то, про что говорил. Через знакомых вышел на нужных людей. Те согласились помочь, расщедрились на рекомендацию и направили к нужному человеку — Прохору по прозвищу Меченый.
Как раз с этого момента история переставала мне нравиться.
С одной стороны, Меченый — вполне себе позывной для капитана вольных охотников. Фантазия тут же рисует образ бравого воина со шрамом на половину лица. Но у меня в голове крутилось другое сочетание: Прошка Рваный и портрет матёрого уголовника. В профиль и фас. Тогда всё меняется кардинально.
И потом, чтобы нас вот так запросто подпустили к деньгам? Причём к большим, по заверениям Дмитрия. Мне как-то верится слабо. Там или шансы выжить предельно малы, или, как новичкам, долю выделят малую, или Менделеева тупо разводят. Я склонялся к последнему. Правда, не понял пока, в чём конкретная выгода потенциальных мошенников. Информации, что ни говори, кот наплакал.