В первые годы движения, которое впоследствии окрестят Восстанием, разрозненные ячейки сопротивления практически не поддерживали связи друг с другом, однако уже тогда все прекрасно понимали, что для борьбы с Империей нужны боевые и транспортные корабли. Но похвастаться повстанцам пока было нечем — тут грузовик, вооруженный остатками того, что еще можно было снять с обломков кораблей сепаратистов; здесь — пиратский корвет, подаренный преступником, сочувствующим нашему делу; там — горстка истребителей, угнанных при нападении на имперскую базу.
Но когда эти ячейки начали активно сотрудничать и делиться ресурсами, возникла новая проблема. Все СИД-истребители практически идентичны — заменить деталь или посадить нового пилота не составляет труда. Другое дело — скопление разномастных повстанческих кораблей. Комплектовать экипажи и поддерживать флот в надлежащем состоянии — такая задача была по плечу только высококлассному специалисту (конечно, речь не обо мне!).
Командующие повстанцев предложили решать эту проблему в три этапа. Прежде всего, нужно было организовать нелегальную сеть поставок жизненно важных запчастей, доступную и официальным продавцам, и контрабандистам. Для нормальной работы она должна была стать весомым конкурентом крупнейшим корпорациям. Помощь бывших информаторов сепаратистов в этом деле была бы неоценимой.
Далее, пилотам предстояло налаживать взаимодействие между собой, обмениваться опытом и учиться летать на всех доступных симуляторах и реальных кораблях. Полученные навыки позволяли бы им пересаживаться на новые суда в случае гибели собственных и пригодились бы в крупных боях. Как сказал адмирал Раддус: «Никто не любит летать строем с незнакомыми пилотами».
Наконец, руководство повстанцев должно было задействовать все доступные ресурсы для формирования новых эскадрилий. Это стоило денег и крови, но не будем вдаваться в подробности. В любом случае доступ к Х-истребителям — одно из ярких подтверждений нашего успеха.
Восстание постепенно крепло, и появлялись новые возможности. Прибытие мон-каламарианских кораблей-городов стало невероятным (и, возможно, незаслуженным, учитывая, сколь малые плоды принесла наша борьба с оккупацией Мон-Калы) подарком. Это событие подчеркнуло, что важнее всего для Альянса — завоевать сердца простых жителей Галактики.
Время шло, и командиры, подобные Раддусу и генералу Меррику, совершив настоящий подвиг, создали из подобия пиратской армады полноценный боевой флот. Мы уже давно знаем, что наши пилоты, экипажи и офицеры в мастерстве и отваге не уступят имперцам. Осталось лишь проверить, как себя покажут наши суда в полномасштабном бою и смогут ли одержать победу над противником, на чьей стороне явное техническое превосходство.
Надеюсь, подобное испытание не понадобится. Но если такой день все же настанет, я верю, что победа будет за нами.
ГЛАВА 18
Бодхи Рука должны были мучить угрызения совести. Он наблюдал из рубки челнока SW-0608, как с полудесятка посадочных площадок поднимается черный, густой, словно кровь, дым — так обычно чадит разбитый грузовик или горящий спидер. Ему доводилось видеть результаты работы подрывников Со Герреры. Черные фигуры, похожие на прежнего Бодхи, бежали к площадкам, чтобы тушить огонь, или прятались за спины штурмовиков.
Рук никогда не считал себя солдатом или убийцей. Он должен ощущать вину за содеянное. Но когда Гален Эрсо рассказал, какие преступления творятся, пока Бодхи стоит в сторонке, тот сделал свой выбор. Последние сомнения сгорели в пламени, поглотившем столицу Джеды.
— Идут! — крикнул капрал Тонк. Его голос донесся с посадочной площадки снизу. — Враг слева!
Бодхи услышал топот сапог по палубе — пятеро повстанцев, охранявших челнок, поспешили укрыться внутри. В иллюминаторе показался отряд противника. Штурмовики пробежали по посадочной площадке, огибая по пути грузовые контейнеры и пульты управления. Ни один даже голову не повернул в сторону челнока.
Значит, можно еще хоть немного посидеть в укрытии.
Тонк лез вверх по лестнице в рубку, приклад свисавшей с его плеча винтовки бился о каждую ступеньку. Бод- хи попытался прикинуться бывалым бойцом — большую часть полета до Скарифа Тонк донимал его расспросами, пока наконец не согласился охранять челнок. Пилот до сих пор не знал наверняка, что капрал о нем думает.
Повстанец хлопнул Бодхи по спине, прямо между лопаток. Следом раздалось ворчливое:
— Как наши дела?
От удара пилот пошатнулся.
— Похоже, они посадили все небоевые суда, но челноки продолжают летать. Честно говоря, не знаю, что происходит…
Он неуверенно указал на иллюминатор и поднимающийся дым. У него на глазах вдруг вспыхнул алым огнем далекий бластерный выстрел, но посадочные площадки, бункеры и казармы, расположенные ближе к «Цитадели», скрывали деревья.
— Бой — вот что происходит, — отчеканил Тонк. — «Следопыты» для вас стараются.
Бодхи занимался настройками, склонившись над панелью управления. Но уважение, прозвучавшее в голосе капрала, удивило его.
— Мне казалось, ты тоже «Следопыт». Разве нет?
— Я не умею и половины того, на что способны эти ребята из спецназа, — усмехнулся Тонк. — Но когда услышал, что капитан Андор ищет добровольцев, не раздумывал ни секунды. И стреляю я получше, чем ты, — грубо добавил он.
В этом Бодхи как раз не сомневался.
Вдруг пульт связи защелкал, и кто-то торопливо, со злобой в голосе крикнул:
— Двенадцатая площадка! На перехват!
Пилот от радости даже хлопнул себя по бокам.
— Я нашел основной канал службы безопасности! Теперь мы сможем отслеживать передвижения имперцев.
Тонк кивнул, поджав губы. Эфир был забит, передачи прерывали друг друга: «Цитадель» запрашивала состояние позиций и данные о численности повстанцев, штурмовики вызывали подкрепление. Раздался чей-то вопль: «Повстанцы повсюду!», и Бодхи не смог скрыть улыбку.
— Так и будешь сидеть тут, раздувшись от гордости? Или, может, наконец поможешь нашим? — язвительно спросил капрал.
Бодхи обиделся, хотя Тонк скорее подзадоривал, чем пытался уязвить его. Пилот повернулся обратно к пульту связи и застыл, закусив губу.
Бейз и Чиррут были где-то там, снаружи. Наверняка вели бой вместе с другими повстанцами. А Кассиан, Джин и К-2 уже в «Цитадели». Даже если все пойдет как по маслу, не всем суждено вернуться.
Он не мог назвать их друзьями. Они не пили с Бодхи, когда его уволили после крушения на Бамаяре, и не помогали собирать астромеханика, когда пилот на спор разобрал дроида по винтику. Но они спасли его от Со Герреры и, в отличие от того же Герреры, поверили ему. Ни разу не надевали наручники. А на Иду никто даже не пытался отрицать, что Рук был им нужен.
Они хотят остановить «Звезду Смерти».
Они не заслуживали страданий.
Бодхи должна бы мучить совесть.
«Но мне не в чем себя винить».
Пилот нажал на кнопку, открывая канал связи, и заорал в микрофон:
— Вторая площадка! Это вторая площадка! Сорок повстанцев бегут на запад от второй площадки!
Затем отключил связь и дрожащей рукой сменил настройки. Он ощущал внутри прилив энергии, это пугало и воодушевляло одновременно. Микрофон перешел к Тонну.
— Скажи им, что повстанцы зажали вас на пятой.
Капрал с широкой улыбкой взял микрофон.
— Кому нужен этот спецназ? Мы и сами отлично справимся!
На мгновение Бодхи поверил, что Тонк прав. Но все же он был рад, что сражается не в одиночку.
Страхи, одолевавшие Джин, множились. В ярком, доходящем до самых глубин сознания сиянии пещеры они открывались перед ней один за другим. Страх за соратников и боязнь опасности, в которой все они оказались. Страх того, что она может их подвести или бросить. Страх будущего, в котором «Звезда Смерти» останется неуязвимой. Страх не обрести искупления, которого искал отец.
Именно страх заставил ее схватиться за бластер, когда они вместе с Кассианом и К-2 шли по небольшому проходу «Цитадели» и впереди откуда ни возьмись появились тридцать штурмовиков, бежавших им навстречу. Тот же самый страх пробудил в ней жажду боя, желание обратить затаившийся внутри ужас в оружие, стрелять и крушить ребра без всякой жалости.
Иду и Джеда, с их бесконечными марш-бросками, жестокими штормами и дневным холодом, подарили ей спокойствие, похожее на отрешенность. Но мягкий климат Скарифа вновь пробудил в голове Джин бурю мыслей. И когда взвод штурмовиков, в ногу стуча сапогами, пробежал мимо по направлению к главному входу в «Цитадель», девушка ощутила горькое разочарование.
— Похоже, наш трюк сработал, — шепнул Кассиан.
Его спутница усилием воли заставила себя согласиться.
Да, план был хорош.
Они не получали сообщений от Мелыни и прочих солдат Альянса с тех пор, как сработали детонаторы. Но узнай повстанцы что-то важное для Джин или Кассиана, они обязательно вышли бы на связь.
Конечно, если кто-то еще остался в живых.
«Джин, сосредоточься».
Она попыталась вспомнить, как хранила молчание в эфире во время заданий Со. Как умудрялась дожидаться на базе соратников, например Маю или Стейвена. Туманные обрывки воспоминаний пробудили лишь боль. Но Бодхи, хранители и Кассиан были для нее важнее товарищей из прошлого — благодаря им она думала о деле, а не только о собственной шкуре.
«Сосредоточься и выполняй свое проклятое задание».
— Инженерный архив — там, — сообщил К-2.
Они двигались быстро, но так, чтобы не привлекать внимания. Коридоры вокруг пустели — офицеры направлялись на посты, штурмовики спешили к периметру базы. Наконец путь им преградила тяжелая взрывозащитная дверь.
— Сюда, — указал К-2.
Дверь открылась без всякого кода.
Техники в вестибюле архива, как и в остальном здании, было по минимуму. За панелью управления скорчился одинокий лейтенант, охранявший вход в ярко освещенный туннель, окольцованный устройствами неизвестного Джин назначения.
— Чем могу помочь? — обратился к ним имперец.