Изгоняющий дьявола. Знамение. Дэмьен — страница 54 из 59

— Кто бы это мог быть?

Дэмьен пожал плечами:

— Пойду открою,—бросил он и направился к входной двери.

На пороге стоял Чарльз Уоррен. Он насквозь продрог и весь был запорошен снегом. В руках он сжимал конверт с бумагами Бугенгагена. Ученый дрожал, но не от холода. Только что он прочел нечто такое, что до смерти напугало его.

Когда дверь открылась и Уоррен увидел перед собой Дэ­мьена, он чуть не задохнулся от неожиданности. Чарльз по­пытался улыбнуться, но улыбка получилась какая-то вымучен­ная, и Дэмьен мгновенно уловил эту перемену. Он момен­тально насторожился.

— Хэллоу, доктор Уоррен,—чеканя слова, произнес мальчик.

— Привет, Дэмьен,—Чарльз пытался говорить как мож­но естественней.—Ты не передашь папе, что мне необходи­мо повидать его?

— А он вас ждет? —вопрос Дэмьена прозвучал сухо и официально. Мальчик даже не пригласил ученого в дом.

— Пожалуйста, передай ему, что я здесь,—произнес Уоррен, и в его голосе зазвенели стальные нотки.

Дэмьен на секунду заколебался, потом проговорил:

— Входите.

Уоррен шагнул в холл, и мальчик прикрыл за ним дверь.

— Я передам ему, что вы здесь,—сказал он и направился в комнату.

Уоррен стряхнул с куртки^снег.

— Там доктор Уоррен,—сообщил отцу Дэмьен.—Он хо­чет видеть тебя.

— Чарльз? — Ричард обрадовался, но удивился.—Отлич­но! Так веди же его!

Но Уоррен, не вытерпев, уже сам входил следом за маль­чиком.

— Попроси маму слепить еще один сэндвич для доктора Уоррена,—велел Ричард Дэмьену, который молча вышел из комнаты, плотно закрыв за собой дверь.

Оставшись в одиночестве, Дэмьен дал волю своему бе­шенству. - Ему не требовалось никакого объяснения, зачем здесь Уоррен и какова причина столь странного взгляда, ка­ким ученый окинул в дверях мальчика. Но он ничего не мог сделать — пока. Дэмьен поспешил на кухню заказать еще один бутерброд, как ему было велено.

Пока Ричард наполнял коньяком два бокала, Уоррен раз­мышлял, с чего ему начать.

Торн совершенно забыл о Марке, который все еще про­должал перематывать пленку. Мальчик находился в будке, откуда было слышно каждое слово беседы доктора Уоррена с отцом.

Чарльз взял предложенный Ричардом бокал с коньяком и отхлебнул такой большой глоток, что хозяин удивленно взглянул на него.

Алкоголь придал Уоррену храбрости, и он решил спро­сить Торна напрямик.

— Ричард,—начал он,—можно я спрошу тебя об одном очень деликатном деле?

— Чарльз, мы же друзья,—подбодрил приятеля Торн. — Продолжай.

Уоррен глубоко вздохнул и поинтересовался:

— Ты не мог бы мне сказать, что на самом деле произо­шло в Лондоне с твоим братом?

Голос и поведение Ричарда резко изменились, в них поя­вилась та холодная твердость, которая пресекала все разгово­ры на подобную тему.

— Почему ты задал этот вопрос? — наконец выдавил из себя Ричард.

— Накануне я распечатал прелюбопытнейший сундучок, который нашел в Эйкре. Принадлежал он Бугенгагену. В этом сундучке содержались личные вещи археолога. А на­шли его рядом со скелетом Бугенгагена.

— Ну и что? — выпалил Торн. В его голосе начинало зву­чать нетерпение.

— Знал ли ты, что именно Бугенгаген вручил твоему бра­ту кинжалы? Те самые, которыми Роберт пытался заколоть Дэмьена?

Торн резко оборвал друга:

— Что ты такое несешь, черт подери?

В проекционной будке Марк, холодея, вслушивался в раз­говор.

— Семь лет назад Бугенгаген написал тебе письмо, — про­должал Уоррен.

— Письмо? Мне? —Торн принялся взад-вперед ходить по комнате.—Я не получал никакого письма.

— Он не успел его отослать. Письмо находилось в сун­дучке.

— И ты его прочел? — произнес Торн обвиняющим тоном.

Уоррен как-то весь сжался.

— Ричард,—умоляюще вымолвил он.—Ты же знаешь меня. Я человек рациональный. Но то, что я хочу тебе сейчас сказать, прозвучит наверняка совсем по-иному.

— Ну давай же, Уоррен, выкладывай все поскорее, ради Бога!

— Бугенгаген утверждает, что Дэмьен...—Уоррен судо­рожно сглотнул,—что Дэмьен... орудие Дьявола. Антихрист!

Торн уставился на Уоррена так, будто тот сошел с ума. А в проекционной будке у Марка перехватило дыхание. Уоррен тем временем продолжал:

— Он не человек, Ричард. Я понимаю, все это выглядит сумасшествием, но Бугенгаген утверждает, что Дэ­мьен — порождение шакала!

Торн рассмеялся.

— И ты не преминул тут же выложить мне все это? —Он мотнул головой и собрался уйти.

Уоррен осушил бокал и поставил его на стол.

— Твой брат все понял,—заговорил он, следуя за Тор­ном.— Он приехал к Бугенгагену в отчаянии, не зная, что ему делать. Старик поведал Роберту, как покончить с мальчиком.

Торн с грохотом опустил на столик стакан и повернулся к Уоррену.

— Мой брат был болен,—ледяным тоном произнес он.—Болен психически. Смерть его жены...

— ...вызвал Дэмьен!— закончил за Ричарда Чарльз.—И все остальные смерти... пять необъяснимых случаев. Кажется, это лишь часть тех предначертаний, что записаны в «Открове­нии Иоанна Богослова».—Уоррен понимал, что вступил на опасный путь, но продолжал, не обращая внимания на раз­дражение Торна.—Бугенгаген...

— Который, очевидно, свихнулся,—перебил Чарльза хо­зяин.

Уоррен в изнеможении покачал головой. Страх вновь овладел ученым.

— Я знаю, все это звучит безумно...—признался он.

— Но ты этому веришь,—возразил Ричард.

Уоррен вытащил из кармана письмо Бугенгагена и швыр­нул его на стол.

— Вот это письмо. Прочти его сам.

— Нет.

— Если Бугенгаген прав,—настаивал Чарльз,—то все мы в опасности. Ты, Анна, Марк — все мы. Вспомни-ка, что слу­чилось с Джоан Харт —она знала.

Торн оставался несокрушим.

— Я не намерен читать бредни старого маразмати­ка! — произнес он.

— Ричард,—умолял Уоррен,—я знал Бугенгагена. Он не был старым маразматиком. Неужели ты не испытываешь ни малейшего подозрения? Неужели ничего странного...

— Нет! — заорал Торн.

Уоррену вдруг показалось, что Ричард его сейчас ударит, но он настойчиво продолжал:

— Ты не замечал ничего такого, что показалось бы тебе странным? Ни в словах, ни в поведении мальчика?

— Я хочу, чтобы ты сейчас же ушел, Чарльз...

— Смерть уже не раз посетила нас...

— Убирайся! — Торна затрясло от ярости.

Но Уоррен уже не мог остановиться.

— Знаки слишком очевидны, Ричард. Да и совпадения что-то уж больно участились. Куда уж дальше! Почитай Би­блию — «Откровение Иоанна Богослова»,—там все сказано! Нам придется испить чашу до дна!

— До какого дна?

— Стена Игаэля,—выдохнул Уоррен тяжело дыша.—В письме Бугенгаген сообщает, что эта стена явилась послед­ним доказательством, убедившим его. Сейчас стена Игаэля на пути в Нью-Йорк. И будет там со дня на день.

— Ты уже закопался в прошлом,—язвительно произнес Торн,—и превратился в религиозного маньяка, как и твоя приятельница Джоан Харт. Нет уж, я в этом не участвую. Сам поезжай и смотри, на что хочешь!

— Я поеду,—мягко промолвил Чарльз и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

Ричард, подавленный и оглушенный, опустился на стул. Он ощущал в словах Уоррена долю правды, но Торна обеску­раживало, что Чарльз вообще обладал этими сведениями.

Что касается всего остального... Ричард удрученно покачал го­ловой. Он чувствовал, что потерял близкого друга, а поче­му—Ричард не понял.

В проекционной будке Марк дрожал, как осиновый лист. Он дотянулся до заслонки отверстия и осторожно задви­нул ее.

Тем временем на кухне Дэмьен помогал Анне лепить сэндвичи. Услышав, как хлопнула входная дверь, затем завел­ся мотор и по дороге заскрипели шины, они взглянули друг на друга, а потом на вновь слепленные бутерброды.

— Ну, ладно, так уж и быть,—бойко затараторил Дэ­мьен.—Придется, как видно, съесть их мне.

Глава одиннадцатая

Сон Дэмьена был таким безмятежным, каким и полага­лось быть сну тринадцатилетнего мальчика.

Анна тоже мирно спала.

Но Ричард Торн не смыкал глаз, точно так же бодрство­вал и Марк.

Занимался рассвет.

Торн, усталый и изможденный, сидел за письменным сто­лом в своем кабинете. Обхватив голову руками, он пытался сообразить, что же ему делать. Перед Ричардом лежало пись­мо Бугенгагена, адресованное ему. Ричард несколько раз пе­речитал его. Намеки были слишком очевидны и невероятны, так что Торну требовалось некоторое время, чтобы все это переварить.

Ричард собрал странички письма и запер их в столе. По­том встал и потянулся. Подошел к окну. Солнце едва-едва вытягивало свои лучи за далекими, покрытыми снегом хол­мами.

’ «Все это не может быть правдой,—прошептал себе Торн.—Такая штука, как Дьявол, существует лишь в люд­ском воображении».

Он повернулся и зашагал наверх, в спальню, надеясь при­лечь и уснуть хотя бы на пару часов.

Ричард не мог предположить, что сегодня не спал и Марк. Мальчик сделал вид, что спит, а когда все в доме стихло, выскользнул из постели и пробрался вниз, в библио­теку. Там он снял с полки большую семейную библию и при­нялся читать «Откровение Иоанна Богослова».

Сумеречный утренний свет проникал в окно библиотеки, когда Марк наконец оторвался от книги. Он чувствовал себя смертельно уставшим. Но самым страшным было то ужаса­ющее знание, которое он только что почерпнул из Библии.

Ибо Марк, не задумываясь, сразу уверовал, что Дэмьен плоть от плоти Дьявола.

Он поднялся и поставил Библию на место. Потом тихонь­ко, на цыпочках, выбрался в холл, стащил с вешалки свое тя­желое зимнее пальто, облачился в него и незаметно высколь­знул на улицу. Ему необходимо было уйти отсюда и поду­мать, что делать...

— Кто-кто? Кто — Дэмьен?! — воскликнула Анна, отрыва­ясь от плиты, где она жарила яичницу.—И ты этому ве - ришь, Ричард...

— Я не говорил, что верю этому, Анна,—возразил муж, стоящий в дверях кухни с письмом Бугенгагена в руках.— Я тебе просто пересказываю то, что наболтал тут Чарльз и что написано в этом послании.