— То есть… Просто мерзавцы? Тебе не повезло? Банально не повезло на них наткнуться?!
— Не совсем, Лиль. Да, они не профессионалы, обычные мерзавцы, промышляющие воровством. Водятся в дурной компании. Но нельзя сказать, что мне просто не повезло. Они следили за мной на протяжении нескольких дней, искали подходящий момент… Их кое-кто попросил следить за мной и сделать так, чтобы я оказался в очень плохом состоянии.
Матвей? Но если Семен отрицает… То кто же это мог быть?
— Семен, я сейчас хочу кое-что сделать.
— Треснуть, чтобы не тянул интригу? — посмеивается Семен.
Оказывается, он испытывает мое терпение и подшучивает?! Вот же…
— Было бы глупо грозить тебе расправой в таком состоянии. Нет, я бы хотела тебя поцеловать, но если ты не спешишь рассказать…
Я тоже пускаюсь на флирт, сердце сладко дрожит в груди. У Семена мгновенно меняется дыхание.
— Это была мать Матвея, — говорит он. — Теперь я жду свой поцелуй и надеюсь, он будет горячим.
Мои губы горят так, словно мы уже целуемся.
Но это лишь фантазии о близости, и я даже представить себе боюсь, какой пожар страсти возникнет между нами, когда мы окажемся наедине без всяких запретов и ограничений.
Но кое-что отрезвляет.
Слова Семена…
— Мать Матвея? Моя свекровь?! — ахаю. — Вот это да! Ты уверен… Боже, как такое возможно!
— Дураков взяли, когда они пытались сбыть украденные часы. Дружков задержали. Тот, который вышел недавно, не испытывает ни малейшего желания снова сидеть большой срок, поэтому рассказал все и даже показал переписку. Свекровь отправила ему мое фото…
— Старая карга! Ведьма… Никогда бы не подумала, что свекровь имеет связи с каким-то криминалом. Надо же!
Семен смеется. У него отличное настроение, несмотря ни на что, и это заряжает ответным позитивом.
— Все немного проще, Лиль, — нежно говорит он. — Сын подруги твоей свекрови — и есть тот балбес, который недавно вышел из тюрьмы. Свекровь, разумеется, была в курсе, что после отсидки у мужчины имеются сложности. На работу бывшего зека берут неохотно. Она попросила, мол, пусть твой парень поможет мне кое-что перевезти и наедине предложила тому иной вариант подзаработать. Щедро заплатила… Она хотела навредить тебе, но опасалась делать это из-за чересчур пристального внимания к вашему скандальному разводу с Матвеем. Подозрения сразу упали бы на него. Тогда она решила сымпровизировать…
— Она считает меня предательницей, — вздыхаю я.
Все-таки та встреча была не случайной, свекровь едва ли не плевалась ядом и все ее намеки были неприятными. Она злорадствовала и считала, что скоро я перестану быть такой счастливой, лишившись мужчины, с которым у меня завязались отношения.
Свекровь чувствует себя несчастной: ее сын парализован наполовину, ей никогда не стать бабушкой, никогда не понянчить внуков. Желая отомстить, она хотела и меня лишить счастья.
Типично женская месть… Хотя она скорее бы назвала это местью обманутой матери, ведь я для нее навсегда останусь той, которая бросила ее сына в момент сложностей…
Ничего не доказать. Никакими словами.
Она любит Матвея слепо и не изменит своего мнения.
— Ее осудят за это?
— Полиция уже занимается этим. Я считаю, пусть они делают свою работу. И помни, ты заслуживаешь счастья, Лиля. Как никто другой.
— Ты — тоже, — отвечаю шепотом. — И насчет твоей просьбы о фото… у меня есть идея получше. Дождешься меня? Завтра я буду у тебя.
***
Я долго выбирала модель платья которая подходило бы под мою задумку. Не так-то просто оказалось это осуществить.
Я нервничала, впервые идя на подобное безумство…
Все ноги сбила, пока нашла то самое платье, которое сидело идеально.
Окрыленная своей идеей, я направляюсь в больницу к Семену.
Войдя в палату, я предусмотрительно закрываю дверь изнутри.
— Привет!
Семен приподнимается, насколько позволяет его состояние. Подойдя к нему вплотную, я первым делом снимаю больничный халат, повесив его на спинку стула, а потом… медленно развязываю пояс платья.
— Охренеть! — выдыхает Семен, пялясь на меня во все глаза.
Я не надела лифчик под тонкое платье на запах, но оставила на теле красивые, маленькие трусики. Ноги в чулках, туфли на тонком каблуке.
Боже, я так волнуюсь… Но взгляд Семена компенсирует все мое волнение. Он обжигает меня…
— Подойдешь ближе? Я еще не в форме, но так хочу… Дотронуться до тебя.
Позволяю себе покрутиться вокруг своей оси, чувствуя, как уверенность нарастает с каждой секундой.
Подойдя к кровати, наклоняюсь, осторожно целуя Семена, он жарко и часто дышит, задыхается, обнимает, водит ладонями по телу.
— Ты роскошная… Мне это точно не снится? Я будто в раю оказался…
Задыхаемся, сгорая от нахлынувших чувств.
— Жаль, что нельзя задержаться подольше…
— Тише-тише, не уходи. Я не в форме, но ты… Дай минутку, и ты не пожалеешь.
Глава 34. Она
Я подалась вперед, в горячие объятия Семена, но потом вдруг испытала жгучий прилив стеснения. Уместно ли такое? Он болеет, пока прикован к кровати, а я…
— Тшш… Ты куда?
Семену удается остановить меня прежде, чем стеснение сковывает все мои движения. Я замираю в его объятиях, у него красивые руки, полные силы, он держит меня заботливо и смотрит с горячим вниманием, от которого мое лицо начинает полыхать.
— Даже не знаю, — отвечаю пересохшим голосом. — Мне вдруг показалось, что затея не очень.
— Не очень? Меня впервые балуют подобным, и то, что ты решилась на подобное… ммм… окрыляет, мягко говоря.
В голосе Семена появляются приятные, низкие нотки, его смех приятно ласкает слух.
— То есть тебе понравилось?
— До неприличия сильно понравилось!
Впервые на такое решилась… Сама.
Раньше бывший подталкивал меня на разные откровения, одно только видео, которым он меня потом решил шантажировать, говорит о том, что я готова пойти навстречу своему мужчине. Но с Матвеем я не испытывала сильного желания пойти на авантюру самой. Чувствую себя ужасно раскрепощенной и рисковой девушкой…
— Ты просто снесла мне крышу. Я заново в тебя влюбился, — признается Семен. — Дай мне еще немного посмотреть на тебя и приласкать.
— Но…
— Тебе понравится, гарантирую. На кое-что я все-таки способен, доверься…
Наверное, острота ситуации и вся эта пикантность, страсть, витающая между нами, окончательно заставила меня сойти с ума и расплавиться под ласками Семена. От удовольствия у меня темнеет в глазах, дышать совсем нечем… Я чувствую его длинные, умелые пальцы и таю от неги опытных прикосновений.
— Ты потрясающе красива… Боже…
Сжав меня в объятиях, Семен зарывается лицом в мои распущенные волосы и тяжело дышит.
— Теперь я пойду на поправку в тысячу раз быстрее… — обещает он. — Ты дождешься?
— Мини-презентация мне очень понравилась.
Мы пересекаемся взглядами, появляется впечатление, будто в воздухе вокруг нас полыхают искры.
Неожиданно я понимаю, что открываюсь рядом с этим мужчиной с другой стороны, с Матвеем я такой не была.
Ни разу…
— О чем задумалась?
— О том, как долго мне понадобилось идти, чтобы найти счастье совсем рядом.
— Я очень хочу сделать тебя счастливой, — серьезно заявляет Семен. — Если позволишь…
— Позволяю. Поправляйся скорее.
***
Спустя время
— Поздравляю, Лилия!
— Не верится, что все закончилось. Вам спасибо!
Я уже два с лишним месяца в разводе, больше не являюсь женой Матвея Яковлева и почти столько же нахожусь в статусе невесты Семена. Мы подали заявление сразу же, как только я получила развод. Свадьбу сыграем через месяц, приготовление идет полным ходом.
И вот еще один подарок небес, иначе не скажешь: в аккурат перед важным событием раздел имущества, затянувшийся на несколько месяцев, завершен! Суд вынес решение, и оно меня удовлетворило. Теперь Матвею придется раскошелиться, и его адвокат уже дал понять, какой вариант будет для него предпочтительнее. Он собирается выкупить мою долю в доме, купленном в браке, продаст машину. С клиникой все вышло иначе. Матвею предъявили обвинения, слухи расползлись быстро. Из клиники буквально толпами начали сбегать специалисты, которых Матвей перекупал и заманивал обещаниями…
С таким положением дел клиника оказалась в плачевном состоянии и на дурном счету еще задолго до того, как начались разбирательства по делу о крупной взятке. Еще идет следствие, но уже сейчас ясно, что в лучшем случае Матвея ждет очень крупный штраф, а клинику пришлось продать. Так дело, которому Матвей посвятил много лет жизни и стремлений к успеху, оказалось провальным, а он сам переживал лишь за то, чтобы ему не дали срок.
Переживать Матвею приходится не только за себя, но и за маму. Престарелую свекровь хватил удар, когда к ней явились стражи правопорядка и предъявили обвинения. Ее сковало инсультом, после этого несчастья у нее появились очень большие проблемы со здоровьем. Еще и суд будет… Думаю, что судья примет во внимание плохое состояние здоровья свекрови, но свою чашу позора она уже испила до дна.
Знаю, что они переехали в другой район города, попроще… Неприятности больно ударили по кошельку семьи.
Все знакомые до сих пор судачат и перемывают косточки семейству Яковлевых, говоря, что от осинки не родятся апельсинки. Так и подлость матери перешла Матвею по наследству… В общем, много чего болтают, а для Яковлевых всегда было крайне важно выглядеть успешными и быть на хорошем счету у общества. Поэтому я считаю, что произошедшее ударило по ним так сильно, как только возможно.
Каждый в итоге получил по заслугам, а мы с Семеном обрели друг друга и думают о будущем, с большими надеждами и мечтами о хорошем смотрим вперед.
***
Спустя четыре года
Сегодня в нашей семье праздник — день рождения сына, Димы. Но не только это причина для радости, мы переглядываемся с мужем, делимся счастьем. Это не остается незамеченным нашими близкими, и свекр не выдерживает, задав вопрос: