Измена. Во все тяжкие — страница 37 из 38

-Саш твой - богач, как я посмотрю, - возвращается дочь к интересующей её теме.

Господи… Почему она сводит всё к финансам? В данном плане всё осталось, как раньше: богатая бабушка - бедная бабушка. Окрылённость от встречи с дочерью всё быстрее превращается в нечто тяжелое и выматывающее.

-Это не главное, - стараюсь замять тему. – Расскажи лучше, как ты? Как тебе живется с папой? Как друзья? Как школа? Делаешь зарядку против сколиоза?

-Да делаю я твою зарядку. Друзья уехали. Школа - скукота. Папа… Вот у него на работе какие-то проблемы. И самое обидное то, что теперь он, скорее всего, из-за этих проблем не купит мне новый планшет, который обещал подарить к новому году. Хочешь покажу какой? – Маша достает из кармана мобильный, чтобы показать фото своего потенциального подарка.

-Планшет – это не то, без чего нельзя обойтись. К тому же у тебя есть планшет.

-Тот уже старый. Ты просто не понимаешь, - фыркает.

-Чего я не понимаю?

-Новый планшет для учебы нужен, - находит контраргумент и улыбается. – Вот папа говорит мне: учись лучше. А как лучше учиться, если нет самого необходимого? Вот ты хочешь, чтобы я хорошо училась? – испытующе смотрит мне в глаза. – Хочешь?

В эту же самую секунду понимаю, к чему клонит дочь. Неужели вся эта встреча и затевалась лишь для того, чтобы попросить у меня планшет? Сердце сжимает тисками. Прав был Корицкий, когда после знакомства с Машей и непродолжительного разговора с ней, посмотрел на меня с такой грустью, что мне прям неудобно стало. Грустно от того, что происходит с этим ребенком... Даже не грустно… Невыносимо больно!

-Хочу, конечно!

-Купишь мне планшет? – выкрикивает вопрос прежде, чем я успеваю договорить.

Прямо в лоб. Теряюсь от подобной наглости и даже не знаю, что ответить. Сказать «нет»? Но это значит, сразу убить шанс на наше дальнейшее общение. Сказать «да»? Тоже не могу. Понимаю, что так нельзя! Это только усугубит всё.

-Не могу пока ничего конкретного сказать, - тяну резину. – Я не знаю ни его цены, ни зарплаты, которую получу.

-У Саши у своего попроси, - без комплексов предлагает Маша. – У него же деньги есть. Сама подтвердила, что он богатый. Хотя, судя по его лицу, не факт, что даст.

Меня словно ледяной водой обдают.

-Я ничего не подтверждала. Это, во-первых. А во-вторых, чем, интересно, тебя его лицо не устроило? – из глубины души поднимается злость. Это еще что за высказывания??? Маша однозначно переходит все границы. Оборзела в край!!!

-Как Скрудж Макдак! – смеется дочь. – Или как Кощей, который над златом чахнет.

-Маша! – не сдержавшись, повышаю голос. – Ты что себе позволяешь?

Наверняка, на моем лице написан ужас, потому что Маша тут же осекается.

-Просто пошутила, - быстро бросает она. – Ладно… Проехали. Идем к автоматам? – предлагает, оглядываясь вокруг.

Следующий час проходит словно во сне. Я до сих пор не могу прийти в себя от поведения Маши, а она, будто специально, еще больше дров в костер подкидывает. То дети ей другие мешают, то их мамаши придурковатые, по её же словам. Одергиваю дочь снова и снова, призывая уважать других людей, которые также, как и мы, пришли сюда отдыхать.

Еще через час Маша говорит, что устала и хочет домой. К тому же ей уже раз десять позвонила бабушка, не понимая, куда Маша ушла и как скоро вернется.

-Ты не сказала бабушке, куда уходишь? – удивленно спрашиваю я.

-Сказала, что выйду прогуляться. Меньше знает, лучше спит.

-Маша… Это небезопасно для тебя же самой! – пытаюсь объяснить Маше её неправоту. – Взрослые должны знать, где и с кем ты находишься.

Но до дочери не достучаться. Она находит себе кучу оправданий. Говорит, что так сделала впервые. И то только потому, что боялась, что бабушка не отпустит её на встречу ко мне.

В конце концов сдаюсь и просто вызываю такси.

Если честно, я рада, что везу Машу домой! Я не знаю, как мне совладать с этим ребенком. Мне нужна пауза. Мне нужно время на то, чтобы проанализировать те изменения, которые с ней произошли.

Прощаюсь с Машей, договариваясь, что на днях снова встретимся, и еду домой. Когда возвращается Саша, даже не пытаюсь делать вид, что всё хорошо. Оптимизма во мне ноль целых и ноль десятых.

-Чуда не произошло? – Корицкий присаживается рядом и обнимает меня, прижимая к своему боку.

-Ты даже не представляешь, насколько всё ужасно!!! – рассказываю о том, как мы с Машей поговорили.

Саша только хмыкает. Он будто ожидал чего-либо подобного.

-Никаких подарков!

-Я понимаю. Но… Как ей сказать об этом? Она же вновь прекратит общаться.

-Чем тверже будет твоя позиция, тем будет лучше! Оль… Пусть лучше не общается совсем, чем допустить ситуацию, когда она будет вытягивать из тебя деньги и при этом еще портить нервы.

-Это же моя дочь… - опускаю голову с пониманием того, что проиграю в любом случае.

-Твоя… Но отказать ей сейчас – это единственный правильный выход. Так будет хоть какой-то минимальный шанс, что она задумается над какими-то вещами. Если же продолжить потакать ей во всем… Это гиблое дело!



Глава 52.

-Живая??? – моему восторгу нет предела, когда я открываю дверь и вижу Сашу с ароматной елкой на плече.

Мы в последние годы всегда ставили искусственное дерево. Володя говорил, что так лучше, что не нужно потом будет собирать по всему дому тысячи иголок.

-А какая же еще… - улыбается Корицкий, входя в квартиру. – Это же запах праздника прямиком из детства.

Не сдерживаясь, словно ребенок, бросаюсь к Саше и обнимаю его. Удивительно, как этот мужчина умеет исполнять все мои мечты, даже не зная о них. Или всё дело в том, что мы с Сашей очень похожи во многих вещах? Например, тех, которые касаются семейных ценностей, да и в целом человеческих взаимоотношений.

-Сейчас на лоджию поставлю, чтобы акклиматизировалась, и пойду в машину за игрушками.

-Я тебе помогу, - тут же принимаюсь обуваться.

-Я сам, - из глубины квартиры смеется Саша. – Ты пока обед разогрей. Ну, или поедем куда-нибудь, пообедаем.

-Я помогу, а потом пообедаем, - стою на своем. Мне нравится делать что-то вместе с Сашей. Это нас сближает еще больше. Да и такие моменты обычно сопровождаются добрыми подтруниваниями над друг другом и смехом.

-Ладно, помощница, - соглашается Саша, возвращаясь.

Вместе выходим из квартиры, которая для меня за столь короткое время стала самым настоящим домом. В лифте весь путь до первого этажа целуемся. Затем, взявшись за руки, как влюбленные подростки, переговариваясь и смеясь, идем за украшениями для елки. Их аж две коробки.

-Корицкий, ты самый настоящий волшебник, - шепчу, приподнимая крышку одной из коробок и рассматривая разнообразные игрушки.

-Не преувеличивай, - говорит, хотя по растекшейся по лицу улыбке заметно, как приятно слышать ему эти слова.

Справившись с коробками и пообедав, идем в гостиную, в которой планируем разместить ель. Дерево такое высокое, что будет доставать практически до потолка. А потолки в квартире Корицкого тоже немаленькие, высотой метра три.

-Маша звонила? – интересуется Саша, когда мы устраиваемся на диване.

-Угу… - почти мурчу от удовольствия.

-И? – обхватывает меня удобнее и целует в висок.

-Хочет завтра снова встретиться. Я поинтересовалась, как к этому относится отец, она сказала, что ей безразлично.

Корицкий хмыкает.

-Надеюсь, этот хмырь не звонил тебе с какими-либо претензиями?

-А я надеюсь, ему хватит мозгов, чтобы не делать этого! – вот совершенно не хочется общаться с бывшим.

-Если что, скажи ему, что общаться с ним будешь только через адвоката. Ну, или через меня, - скалится, словно самый настоящий хищник, Саша.

-Не хватало только тебе в это окунаться, - мне иногда стыдно, что Корицкому приходится участвовать во всей этой несуразице. Будто у него нет более важных дел.

-А про подарок Маша спрашивала?

-Да, - поджимаю губы, когда вспоминаю об этом. – Я ей прямым текстом сказала, что подарок к новому году, конечно, будет, но явно не планшет. И потом еще намекнула, что подарок будет недорогой, ведь главное - это внимание, а не финансовая стоимость.

-Ну, уже приятно то, что даже после этого она не отказалась от завтрашней встречи. Или, может, планирует всё-таки уломать тебя?

-Не уломает, - на этот раз я уверена в себе, как никогда.

-Кремень? – Саша начинает меня щекотать.

-Смотря в чем… - хохочу, отбиваясь от него.

-А мне тоже откажешь?

-А что ты хочешь попросить? – чувствую, что щекотка плавно переходит в ласки. Руки Корицкого уже не бегают по моим ребрам, а мягко подбираются к груди.

-Тебя… – Саша начинает меня целовать.

-Я и так твоя… - стягиваю с себя пуловер.

С этого момента разговоры заканчиваются. Страсть кружит наши головы. Перебираемся в спальню на широкую кровать. Корицкий не любитель одной позы в сексе, поэтому ему нужен простор для воплощения всех фантазий. Иногда он выматывает меня так, что, получив свою порцию удовольствия, я не могу даже банально двигаться. Сегодня не исключение. Едва дышу, когда Саша наконец достигает финиша. Сама я успела кончить раньше.

-Елку будешь наряжать? – Корицкий просто энерджайзер.

-Отдышусь только, - улыбаюсь, словно блаженная какая-то.

Пока я валяюсь и прихожу в себя, Саша принимает душ и уже начинает устанавливать елку. Понимаю, что мне тоже нужно сползать с кровати и как-то помогать ему. Однако пока я занимаюсь водными процедурами, с установкой уже покончено.

-Вот тебе стул, - продолжает активничать Корицкий. - Становись на него. Я буду подавать тебе шары, а ты развешивай их.

Возвращаюсь в детство. Только вместо папы любимый мужчина.

Зацепив на пушистой ветке очередной красивый шедевр ручного мастерства, снова тяну руку к Саше. Но теперь вместо привычно прохладного глянцевого шара, ощущаю нечто странное: мягкое и меньшее по размеру. Опускаю глаза и едва не падаю со стула. На моей ладони лежит ювелирная коробочка.