-Нам не о чем с тобой говорить. Или ты хочешь рассказать о своей жене? – вырывается вдруг из меня.
Ш-ш-ш… Зачем я это спросила??? Какое дело мне может быть до его жены??? Никакого! Но уверена, Никита не пропустит мимо внимания этот момент.
Так и есть.
-Моя жена никак не дает тебе покоя? Может, тогда и ты расскажешь о своем мужчине?
В голове всё кипит. Хочет услышать про моего мужчину? Сейчас услышит.
-Он самый лучший! Внимательный, заботливый, нежный. Всегда готов помочь. Никогда не предаст.
-И давно вы встречаетесь? – щурится. То влево голову наклонит, то вправо. Словно ищет слабое место, чтобы угрызнуть.
-Год, - говорю наобум.
-Только странно, что, если он такой со всех сторон положительный, ты до сих пор не познакомила его с детьми, - тут же пытается подловить меня. – Почему?
Пытаюсь придумать что-то логичное. Но логика и я в присутствии Никиты – вещи абсолютно несовместимые. Думай, Оля, думай.
-Летом вот и хотела как раз познакомить. Мы планируем совместный отдых.
-И где планируете отдыхать? – Романовский спрашивает таким тоном, словно точно знает, что я сейчас совру.
-Пока не решили окончательно.
-За границей? Или по стране будете колесить?
-За границей. На море, скорее всего, полетим, - сдерживаю вздох. Теплое море… Где я ни разу так и не побывала. Стыдно кому-нибудь сказать.
-Для начала тебе нужно будет добиться моего согласия для вывоза ребенка за границу, - рубит жестко.
Что он сказал?..
-Ты совсем обнаглел??? – вот после такого заявления я точно сейчас взорвусь.
Глава 26.
Никита
Я почти на сто процентов уверен, что Оля блефует. У неё, наверняка, нет никакого мужика. Но тот факт, что я женат, не дает ей признаться в том, что она одинока. Мы словно играем с ней. Набираем очки. Только непонятно, какой приз получит победитель.
Несмотря на чувство болезненной неприязни из-за того, что Оля скрыла от меня сына, всё сильнее ощущаю тягу к этой девушке. Как пять лет назад. Снова это непонятная зацикленность на ней. Истеричка ведь, как оказывается… Но что-то притягивает в ней. Причем адски.
Стоит, красная вся, едва не дымится. Как и предполагал, её зацепило моё заявление о том, что я не выпущу ребенка за границу. Специально это сказал. Чем меньше Оля контролирует себя, тем легче будет вывести её на чистую воду и узнать правду.
-Я не обнаглел. Артем – мой сын, - продолжаю прицельно бить по её выдержке. – Отпускать неизвестно с кем его за границу было бы верхом безответственности.
-А ничего, что с ним будет его мать, то есть я?
-Вчера ты мне сказала, что не доверяешь мне. Так вот… Я тебе тоже не доверяю.
-Боже… - судя по ошарашенному виду, она не верит своим ушам. – Я этого ребенка оберегала все эти годы! И теперь ты мне говоришь, что не доверяешь мне, как матери? Ты вообще в своем уме?
-Ладно… - понимаю, что нужно чуть сбавить обороты. Иначе Оля сейчас закипит по-настоящему. – В твоей материнской заботе сомневаться было бы глупо, - соглашаюсь. – Но доверять какому-то левому типу я не намерен. К тому же я знаю, как ты можешь ошибаться в людях.
Карие глаза темнеют. Такое чувство, что Оля готова наброситься на меня с кулаками. За эти годы она стала более эмоциональной. Не заметить это невозможно.
-Имеешь в виду себя? Только в тебе я ошиблась!
-Пусть во мне, но всё равно факт остается фактом: ты не разбираешься в людях.
-Уже разбираюсь. Очень даже прекрасно разбираюсь.
-Тогда докажи мне это. Познакомь меня со своим избранником!
Оля
Игра зашла гораздо дальше, чем я могла представить. Вечером, когда Романовский наконец уходит из моего дома, и я укладываю детей спать, в расстроенных чувствах звоню Лизе.
-О, Ольчик… Вовремя позвонила. Как раз хотела тебя набирать.
У Громыко такой мягкий и покладистый голос бывает только в одном случае.
-Опять какая-то авантюра? – вспоминаю её вечные споры с коллегами. – Даже не проси! И можешь не рассказывать.
-Что ты такая злая? – вмиг раскусывает меня. – Опять Никита?
-И Никита, и я сама, - прикладываю руку ко лбу, который горит. – Похоже, я вляпалась.
-Рассказывай, - дает добро подруга.
Рассказываю. С особой тщательностью тот кусок разговора, где я говорила о своем избраннике. Какой он прекрасный и неповторимый. Ага… Даже в сказке таких принцев не бывает.
-Зачем вообще было это выдумывать? – не понимает Лиза.
-Не знаю, - психую сама на себя.
Хотя знаю, просто не признаюсь подруге. Стыдно говорить о том, что я банально приревновала Романовского к его жене. Не хотела на его фоне выглядеть неудачницей с отсутствующей личной жизнью.
-Ну, ты, мать, даешь… - Лизка удивлена.
А удивить Громыко обычно очень сложно. И о чем это говорит? О том, что я не в адеквате! Веду себя, как… Как… Даже слова подходящего не могу придумать.
-Не даю… - юморю по-черному. – В том то и дело.
-Ну, в этом ты сама виновата. Желающих было много, - в очередной раз напоминает Лиза. – Непонятно, для кого себя так бережешь. Для какого ПРЫНЦА? – издевается. – Может, для своего Романовского как раз таки?
Не в бровь, а в глаз. Но отмахиваюсь от её слов, словно от ядовитых насекомых.
-Я самого главного еще не рассказала.
-Ну, так давай. Убей меня окончательно. Что еще ты там выдала?
-Да не я! Романовский! Он хочет познакомиться с моим несуществующим поклонником.
-Фигуру из трех пальцев ему показала? – смеется Лиза.
-Почти. Сказала, что не собираюсь перед ним отчитываться, будто маленькая, но…
-Но? – восклицает подруга. - А вот это уже интересно! Знаешь, мне нравится твой Романовский. С ним ты перестала быть скучной.
-Во-первых, он не мой. Во-вторых, я скучная? Так? Да? – Громыко тоже сегодня решила меня достать, наверное.
-Не обижайся. Просто неправильно выразилась. Не скучная, а чуть-чуть сильно правильная.
- Чуть-чуть сильно… И как это понимать?
-Не заморачивайся. Так чем всё закончилось?
-Никита ничего не хочет слышать… Он уже нацелен на то, чтобы я познакомила его со своим поклонником.
Громыко ржет. Громко и беспардонно.
-Слушай… Может, он над тобой потешается? Уж очень это сильно смахивает на какую-то издевку.
-Не потешается. У него чуть ли не пена изо рта шла, когда он мне доказывал, что не позволит, чтобы я, мать его сына, якшалась с непонятными личностями.
-Так… Мне срочно нужно познакомиться с Романовским поближе. У него либо отличное чувство юмора, либо он идиот! Я вижу, ты запуталась в ваших с ним разборках. Взгляд со стороны будет полезным для тебя.
-Как ты себе всё это представляешь?
-Ну, не знаю. Может, он снова придет к тебе домой? Я бы тоже зашла на чай.
-Ты шутишь?
-Нисколько! Должна же я помочь тебе разобраться с тем «песцом», что происходит в твоей жизни, - героически выдает Лиза.
Молчу. Размышляю.
Может, действительно, познакомить подругу с Никитой?
Может, она, действительно, посоветовала бы мне что-то дельное?
Может, я, действительно, не замечаю очередной игры Романовского?
Глава 27.
Никита
Утром я еще валяюсь на кровати, когда звонит отец. Глядя на капли дождя, барабанящие в стекло, решаю, что делать: ответить или проигнорировать.
-Слушаю, - принимаю всё-таки решение поговорить. Не моих правилах бегать от проблем.
-Доброе утро, сын. Я сегодня в первую половину дня свободен. Не хочешь встретиться? – произносит бодрым голосом.
-Хорошо. Давай встретимся. Приеду к тебе.
-Жду, я дома, - произнеся это, отец отключается.
Потягиваясь, встаю с кровати. Раз уж я решил остаться в этом городе, нужно как-то налаживать привычную жизнь. Например, записаться в спортивный зал. Тело без занятий непривычно ноет. Да и с жильем нужно что-то решать. В гостинице жить вечно не будешь. Уверен, отец предложит переехать к нему. Но хочу ли я этого? Возможно, будет лучшим вариантом купить собственный дом.
Душ, завтрак, одеваюсь и, когда приезжает такси, выхожу на улицу. Кстати, машину тоже нужно присмотреть.
Отец, как радушный хозяин, встречает меня с распростертыми объятиями. Ответно хлопаю его по плечу, размышляя о том, когда он успел стать таким сентиментальным. Постарел что ли?
-Рад тебя видеть!
-Взаимно, - хотя не чувствую этого. Обида болезненно выжигает теплые сыновьи чувства, которые еще теплились в глубине души.
-Завтракал?
-Да, - проходим в дом.
-Тогда, может, кофе?
-Давай. Черный. Без сахара.
Располагаемся в кабинете. Отец не садится за стол. Сделав нам кофе, устраивается на кожаном диване.
-Не буду скрывать, - начинает разговор, - от Ольги я узнал о том, что ты хочешь остаться.
-Да. Я не хочу бросать надолго сына. А мотаться туда-сюда… Тоже не самый лучший вариант.
Отец довольно кивает.
-Я рад, что ты принял такое решение. Самое, что ни на есть, верное.
-А я был бы рад, если бы ты не стал меня обманывать и сразу признался в том, что Артем – мой сын, - не могу удержать в себе негатив, напоминаю о его промахе.
-Прости.
-Ты уже это говорил, - напоминаю.
-Я знаю. Но, поверь, мне тоже было нелегко. Не ищу себе оправданий. Просто хочу, чтобы ты знал, я искренне радуюсь тому, что ты узнал обо всем и теперь остаешься здесь. И хочу напомнить: этот дом твой!
-Думаешь, я перееду к тебе?
-Почему нет? – непонимание горит в возмущенных глазах. Нервно перекрещивает пальцы на руках.
-Слово «прости» еще не значит, что я тебя простил, - смотрю ему прямо в глаза. – Нужно время. Возможно, когда-нибудь я и забуду о твоем выборе не в пользу меня - твоего сына, а в пользу абсолютно чужой девушки!
Виновато опускает голову. Вижу, как сжимает губы. Верю, что чувствует себя сейчас отвратительно, но он сам выбрал по какому пути пойти.