— Может, кто-то путем телепатии вытягивает из тебя твои идеи? — с самым серьезным видом произнес Сергей.
— Что? Господи, я уж думала, ты это серьезно! — вздохнула Полина, увидев улыбку на лице своего спутника. — Я бы очень удивилась, если бы узнала, что ты, уважаемый, веришь в подобные вещи.
— Почему бы и нет? Вот найти бы приговор любовный, приворожил бы…
— Кого?
— Тебя, например. — Вид у Сергея был самый беззаботный, но глаза внимательно следили за реакцией Полины.
— Да зачем я тебе нужна? Женщина под тридцать, с ребенком, ростом с телевышку, обремененная проблемами самого разного рода! Тебе что, твоя спокойная жизнь надоела?
— Надоела. — Последовал незамедлительный ответ.
— Не шути так, Сергей, а то мое бедное сердечко не выдержит, — отвертелась Полина и перевала разговор на другую тему.
Попытки Полины связаться с Устиновой Елизаветой и разузнать, что это за особа, не привели ни к чему интересному. Девушка оказалась лишь представителем и Полина это сразу раскусила, когда стала обсуждать детали меню под предлогом возможного заказа. Елизавета умела разговаривать, производить впечатление, заинтересовывать, но было совершенно ясно, что в приготовлении пищи она ничего не смыслила.
— А вы под каким соусом предлагаете подать рыбу? — спросила Полина, словно это было самым важным в предлагаемом меню.
— Под белым, — не моргнув, ответила Елизаветта.
— Белый на основе чего?
— Я уточню у нашего повара, — деловито ответила Устинова и сделала пометку у себя в блокноте. — А вы под каким бы предпочли?
— С белым вином.
— Хорошо, я передам ваши пожелания.
— А не могли бы Вы в следующий раз привести с собой вашего повара? Думаю, нам так было бы легче обсудить эти вопросы. — попросила Полина.
— Нет, не думаю. Вы извините, но наш шеф-повар очень занятой человек и на встречи не ходит. Слишком много заказов, — улыбнулась она, смягчая отказ. — Этим занимаюсь только я. Я передам все ваши пожелания и вопросы и перезвоню вам как можно скорее. Вас это устроит?
— Да, вполне, — солгала Полина. А мозг ее тем временем работал над тем, как можно еще попытаться выйти на человека, стоящего за спиной Елизаветы. Она подключила Дороти, попросив как бы между прочим выяснить у знакомых, не слышал ли кто про этих людей.
— Ну, ты понимаешь, Дороти, что сама я не могу у людей про конкурентов выяснять, некорректно как-то получается. Уж лучше ты, тем более ты — всем известный информационный банк.
Через некоторое время Дороти рассказала ей, что в качестве публичного лица этой группы неизменно является госпожа Устинова и больше никого из них никто не видел. Вероятно, кто-то находится на кухне и руководит всем этим процессом, возможно даже, что каждый раз они нанимают разных поваров, но внятного ответа о том, кто это, Дороти не смогла добиться. Что было неудивительно, если спросить любого о «Гурман PR», то все сразу назовут Полину, а про Жака знают не так много людей, просто и не интересуются даже.
Сергей, по просьбе Полины, тоже попытался разузнать что-нибудь о компании Устиновой, но информация, полученная им через компетентных людей, не особо проливала свет на интересующие Полину вопросы.
— Понимаешь, эта Устинова зарегистрировала себя, как частного предпринимателя и по бумагам выходит, что все делает она. — Сергей передал Полине досье на Елизавету, по которому выходила, что она по образованию менеджер, никакого блестящего послужного списка за плечами не имеет и вообще не на чем глазу зацепиться, кроме как пару лет работы в одном из ресторанов. — Она же нанимает, если надо, дополнительную рабочую силу, — продолжал Сергей, пока Поля перелистывала страницы досье, — она получает деньги за услуги, она платит налоги, больше никто в документах не фигурирует. Так что если и есть кто-нибудь за ее спиной, то это очень трудно выяснить. Да и зачем тебе это надо? Ну, конкуренты, нормально явление. Все равно вы на уровень выше работаете.
— Да, но они сбивают нам цены на рынке, понимаешь, Сереж? Эти иностранцы — они же скряги от природы, и если они поймут, что за одинаковое качество они могут выложить разную сумму, они все переметнуться к ним. И очень скоренько. А мы останемся со своими презентациями, которые, если к ним не прилагается оформление столов, никому не будут нужны.
— Значит, снижай цены, пока не разбежались клиенты. Все равно вам больше достанется заказов даже и при таком раскладе.
— И знаешь, что самое интересное? — Полина задумчиво посмотрела на досье. — То, что нигде не значится, кто готовит для Устиновой. Где она берет официантов и кухарок, ясно, но ведь есть там некто, кто является шеф-поваром, и этот некто очень недурен, судя по тому, что я пробовала.
— А почему ты не допускаешь, что она сама разрабатывает меню? Как ты, например, ты же тоже не кулинар по образованию. — Сергей не совсем понимал беспокойства Полины. Если она так близко к сердцу будет принимать всех новых конкурентов, то она так долго не протянет.
— Нет, нет, это исключено, она элементарных вещей не знает, я проверяла. Ладно, я еще подумаю, что можно предпринять.
Сказать, что Полинин бизнес стал страдать, пока еще было нельзя. Заказов хватало и при помощи Инны они завоевали доверие практически всех ведущих компаний. С посольствами было несколько сложнее, так как именно они чаще всего заказывали просто приемы, без нужд в организации презентаций. Но и тут Полина придумала систему скидок, уступки постоянным клиентам, зависимость расценок от общего количества заказов. Конечно, ей приходилось мириться с утратой безраздельной власти на рынке, но при этом они сохраняли свой имидж, сеть своих клиентов и удовлетворительный уровень доходов.
Гром, как это часто бывает, прогремел среди ясного неба. В качестве грома выступил Жак. Жак, со своей страстью к странствиям и переменам, Жак, для которого даже небольшая сумма в кармане уже является сбережениями, а уж та сумма, которую он скопил, работая с Полиной, была целым состоянием. Когда он заявил Полине, занятой проверкой документации за последний месяц, что собирается уходить, она даже бровью не повела, несмотря на то, что уход его был как нельзя некстати.
— Я ожидала этого, Жак. Я же не забыла, что за натура скрывается за этой обманчивой оседлостью в последние годы.
— Разве ты не расстроена? — удивленно спросил Жак. Он готовился к этому разговору несколько дней, ожидал слезы и упреки, крики у угрозы, что угодно, но только не это спокойное «Я ожидала этого»!
— Расстроена? Конечно, я расстроена, что теряю такого хорошего друга и такого великолепного повара, но я же знаю, что удержать тебя будет все равно невозможно. Ты просто завянешь, словно цветочек без солнца. — Полина неожиданно рассмеялась.
— Что тут смешного? — обиженно протянул Жак.
— Да нет, просто представила тебя в роли цветка, эдакий баобаб в кадке!
— Сама ты баобаб. Ты лучше скажи, что делать будешь, я имею в виду с кухней?
— Но у тебя же целая команда подготовленных поваров. Ты их столько месяцев обучаешь! Неужели не справятся?
— Хм. Справятся, если ими будут руководить толково. А кто будет руководить? — Жак сидел, сутуля свою широченную спину, и стучал пальцами по столу, нервничая. Он привязался к Полине, хотя порой она бывала настоящей стервой. Но все же они хорошо работали вместе и ее агентство он воспринимал как и свое детище, так как стоял у истоков вместе с ней. Но он больше не мог сидеть на одном месте. В этом деле они освоили все, что могли. Ничего нового и интересного для себя он уже не видел. Ему стало скучно, а это был самый верный признак того, что ему пора сниматься с места.
— На первых пора придется мне руководить, потом определю, кто более способный из команды поваров. Лучше скажи, куда собираешься податься, а, путешественник по жизни? — весело спросила Поля.
— Да не знаю пока, может на Балканы, там сейчас нескучно. Попробую себя там.
— Ну, нашел куда ехать! Там же горячая точка!
— В этом и интерес!
Так они проболтали довольно долго, весело и непринужденно, вспоминая их совместно проведенное время, смешные случаи и казусы, клубные вечера, эксперименты, договорившись до того, что Полина пообещала закатить в честь отъезда Жака шумную вечеринку, такую, чтобы он навсегда смог запомнить.
На самом деле веселость Полины была напускной. Она отлично понимала, что без Жака ей придется туго. Команда поваров, работающая под началом Жака, была вполне профессиональной, но этого было недостаточно. Этого хватит на первое время, чтобы отрабатывать прежние варианты меню, но для того, чтобы в дальнейшем придумывать что-то новое, необычное, следить и успевать за тенденциями времени и моды, для всего этого нужна было очень светлая голова и творческие мозги. За один день такого человека не найдешь. Придется Полине заняться этим вплотную, как самым приоритетным вопросом.
Из дневника Зои
Лизавета Устинова — моя находка. Эта девушка — мечта для такого руководителя, как я. Достаточно грамотная и амбициозная, чтобы взять на себя роль «руководителя на публике», достаточно умная, чтобы понимать, что весь успех зависит от меня, моих доходов и моего ресторана, а потому слушается меня беспрекословно. Мы постепенно стали выходить на тот же рынок, где работает Полина. Говорят, у нее хорошая крыша, но и мы — не голяки. Я посмотрела, как они работают — цены ползут вверх безостановочно, у них просто отказали тормоза. Я могу обеспечить качество не хуже, а вот цены собью так, что у них не одного клиента не останется. Мне этот доход не нужен, Стефан мне такие деньги платит за управление его рестораном, что мне их хватает выше крыши. А вот Полина — она живет только этими доходами, так что прямая ей дорога в банкроты и очень скоро. А девочка ее, Ангелина, вряд ли захочет с такой мамочкой у разбитого корыта оставаться, особенно, когда узнает, кто ее настоящая мать. Я, конечно, не питаю иллюзий, что ребенок откажется от матери, с которой вырос. Но нервы я Полине попорчу и отношения их испортить навсегда вполне в моих си