— Отстань, — невежливо отозвался тот. — Лучше думай, что мы с твоей подругой будем делать новоявленной.
— А ты, небось, извиниться захотел? Искать мы ее будем, братец, искать и ещё раз искать… Пойдем? Она, надеюсь, немного остыла. Эх, ты… Балбес.
Кристина поднялась с лавки. Сейчас она смотрела на Антона сверху вниз, выглядела внушительно, и вообще — спорить с такой девушкой, тем более, если она твоя сестра, опасно для здоровья.
Он вообще никогда не умел с ней спорить.
Вставая с лавки, Антон пробубнил:
— Всегда мечтал о таком отдыхе… Перебилась бы твоя подружка и сама пришла.
— Антон, — Кристина бросила на него укоризненный взгляд.
Антону ничего не оставалось, как вздохнуть.
***
Зря, зря, зря.
На языке туристов это звучало примерно так же, как голоса чудесных птичек, которые обычно летали по небу, но сейчас шли по земле, качаясь в разные стороны. Самая большая птичка шла первой, за ней следовало ещё несколько маленьких и пушистых, похожих на облака.
«Кря-я-я!» — тянула большая утка. Велессе почему-то казалось, что так она ругает ее. Кря-кря-кря, зря-зря-зря, зря, Велесса, очень зря!
Велли вспомнилось, что подобные песенки очень любила напевать Виксиния, каждый раз меня в них по десятку слов.
Кря… То есть, надо придумать, что делать дальше. При этом не забыть, что уже вечер — вон, какое небо над головой красивое, цвета малины, которую продают на улице, с розоватыми облаками, имеющими золотой контур — это солнце так через них просвечивает. А ещё Велессе негде было ночевать, да и есть хотелось ужасно — все-таки, последний раз она ела хоть что-нибудь на балу, а после этого прошло уже прилива три, если не больше…
В легком платье было холодно. Коса совсем растрепалась, а ленточка, вплетенная в нее, сейчас не подпрыгивала на каждом шагу, а уныло качалась из стороны в сторону.
Велесса не знала, чего ей хочется больше: есть, согреться или спать. Она даже не думала об этом, потому что все эти три желания были неосуществимы.
— Кря! — произнесла свое последнее слово утка, уже ушедшая далеко отсюда. Теперь Велли слышала в этом «кря» жалость.
Русалка посмотрела вокруг: наверное, стоило бы возвратиться ближе к городу, потому что сейчас ее окружали по большей части не дома, а дворцы. И Велесса пошла, делая это так легко и просто, будто ходила на двух ногах всю свою жизнь.
Малиновый закат спускался на плечи, но не приносил тепла. Легкий ветер трепал пряди, выбившиеся из косы, и Велесса явственно чувствовала, что пахнет морем. Это было так странно: жить в море, но не ощущать его запах, а, выбравшись на сушу, явственно чувствовать его.
В глазах защипало, и Велли провела по ним ладонью. Она не знала, что ей делать дальше, и эта неизвестность пугала.
Остановившись около одно из магазинов со светящейся белой выставкой, Велесса присела на деревянную лавочку с золотыми ручками. Такие лавки стояли по всему городу туристов — русалка заметила это ещё тогда, когда впервые очутилась в нем.
Почему-то сейчас ей казалось, что за то время, пока она впервые увидела сушу, до сегодняшнего вечера прошло не меньше сотни приливов, хотя на самом деле это было не так.
Велесса вздохнула и расправила складки светло-зеленого платья. Может быть, новый прилив сможет принести ей спокойствие и умиротворение?
Она откинулась на холодную спинку лавки и прикрыла глаза, последний раз посмотрев на такое яркое небо. А потом вдруг подумала, что лишь ради неба ей следовало оказаться здесь.
Небо может иметь разный цвет. Значило ли это, что и свобода способна обретать разные формы?
Раньше Велесса никогда не задумывалась ни о чем подобном. А сейчас, закрыв глаза и обняв себя руками, вдруг стала думать.
А после — уснула.
Глава 11. Деньги и кукуруза
Для таких забывчивых, как я. Название отеля, в котором живут Кристина с Антоном — «Лонеста». Это вам ещё пригодится:)
— Девушка, с вами все в порядке?
В первую секунду Велесса не слишком понимала, где она находится и что происходит вокруг. Потом, убедившись в том, что все вокруг такое же сухое, поняла — она до сих пор на суше.
Вот только голос, ее звавший, был девушке незнаком. А руки, держащие ее за плечи, показались русалке слишком горячими.
Велесса распахнула глаза, и тот, кто звал ее, с облегчением выдохнул. Им оказалась туристка, но она совсем не походила на Кристину: у нее были короткие, еле закрывающие уши волосы, а сережки украшали не только уши, но и нос с правой бровью.
— Очнулась, — заметила она, глядя на нее большими серо-голубыми глазами. — А я иду на работу, смотрю — тут ты. Испугалась, вдруг ты уже коньки отбросила…
— Нет, со мной все в порядке, — Велесса покачала головой.
Девушка, потянувшись к ее волосам, достала из них зеленый листик и, продемонстрировав его Велессе, скинула тот на землю.
— Тогда я пошла? — уточнила она на всякий случай.
Велесса согласно качнула головой, и тогда девушка произнесла, кивая на магазин с белой светящейся вывеской, который она заприметила ещё вчера:
— Если что, ищи меня тут. Ну давай, подруга!
Девушка, качая из стороны в сторону бедрами, обтянутыми короткими кожаными шортами, пошла в направлении магазина, и тогда Велесса не без удивления заметила, что волосы у той не темно-русые, как ей показалось вначале, а фиолетовые. Надо же, сколько у туристов болезней, подумала она.
Велесса перевела взгляд на небо: то снова было голубым, и в некоторых местах оно покрывалось белыми пушистыми облаками. От вчерашнего очаровательного румянца не осталось и следа. А ещё было пока что не слишком жарко.
Велли поднялась с лавки, почувствовав, что ноги будто окаменели, а на ее прикосновения отзывались болью. Велесса ещё долго водила по ним руками, пока те пришли в более-менее нормальное состояние.
Наконец-то встав с лавки, она осмотрелась вокруг, думая, что делать дальше. И тут же почувствовала голод, который преследовал её со вчерашнего вечера.
Сказать, что Велесса хотела есть, значило не сказать ничего. Она была безумно голодна и, впусти ее в комнату, полную водорослей, эта комната тут же окажется пустой.
Русалка коснулась живота, нахмурилась и пошла вглубь города туристов, совершенно забыв о радушном предложении девушки с фиолетовыми волосами. Не надо было отказываться от еды вчера в кафе! Но жалеть себя поздно: где то кафе, в котором уже давным-давно нет ни Антона, ни Кристины, предлагающей отдать за еду таинственные деньги, и где Велесса, которая совсем не разбирается в городе туристов?
Велли смотрела вокруг, пытаясь увидеть что-нибудь знакомое. В Подводном королевстве она ориентировалась легко и просто: на то это было и Подводное королевство, в котором она прожила всю жизнь. А город туристов был таким странным и непонятным — хоть плачь! И Велесса рада была бы расплакаться, еле как собрав силы в кончике хвоста, которого у нее сейчас вообще не наблюдалось.
Вот, кажется, эту вывеску с крыльями, как у птиц, она уже видела. И ту, с парой розовых сердечек посередине, тоже. Только, кажется, они находились не рядом, а в разных частях города…
Может, действительно заплакать?
Русалка с горечью вздохнула.
— Что-то потеряли? — раздался голос у нее за ухом. Велесса обернулась и с удивлением заметила того туриста, с которым она разговаривала, когда вместе с Антоном и Кристиной сидела за столиком в кафе. Вернее, Велли по большей части молчала, не в силах выдавить что-нибудь более-менее вразумительное.
— Удивительное совпадение, не правда ли? — спросил он, улыбаясь. — Я и не надеялся тебя когда-нибудь встретить ещё. Но повезло.
Велесса качнула головой: настроения разговаривать с туристом у нее не было никакого.
— Кирилл, — он протянул ей руку, чтобы русалка ее пожала.
— Валя, — представилась она, смотря на руку так брезгливо, как будто она была протухшей водорослью. Называть себя «Велессой» она не стала — раз все постоянно переспрашивают, Валя она или не Валя, пусть будет Валей изначально.
— Валентина — очень красивое имя. Тебе подходит, — заметил Кирилл.
Велесса нахмурилась. Ей подходит только ее родное имя и никакое больше — это она точно знала. И вообще, с некоторого момента стала относиться к туристам мужского пола с долей осторожности.
Хватит ей одной влюбленности, которая, увы, никуда не делась.
— Куда идешь? — поинтересовался Кирилл, всеми силами стараясь поддержать разговор.
— Ищу еду, — ответила Велесса предельно честно.
— Да, в такой ранний час ещё мало кафешек открыто, — согласился турист. — Но если поискать ещё немного, мы обязательно что-нибудь встретим.
Велесса бросила взгляд на туриста: тот был беспечным, его каштановые волосы все так же оставались чуть волнистыми. А глаза его оказались светло-коричневыми, и Велли даже не могла найти то, с чем можно было бы их сравнить. Зато вот шорты поменялись — стали песочными, болезненно-песочными, если рассматривать этот цвет с новой стороны. И майка из белой превратилась в черную.
— У меня денег нет, — призналась она.
— Закончились?
— Можно сказать и так.
Кирилл вздохнул, Велесса тоже. Тогда турист предложил:
— Я могу одолжить тебе, например, сто рублей, если ты скажешь мне имя той девушки, с которой вы сидели за столом.
— А что можно на сто рублей купить? — уточнила Велли.
— Да ты не промах, — Кирилл рассмеялся. — На них можно выпить кофе. Или съесть булочку. Не шик, конечно, но хоть что-то. Кстати, она сейчас где, эта твоя подруга?
— В зеленом отеле с белыми балкончиками, скорее всего, — Велесса пожала плечами. — Мы вчера разошлись и больше не виделись.
— А где этот отель расположен? — уточнил ее собеседник.
— Где-то там. И название его чем-то напоминает слово «лосось», — припомнила она.
— Лосось? — Кирилл хмыкнул.
Велесса кивнула и добавила:
— Или «лобстер».
— Целый подводный мир, — он усмехнулся. — Так как там, говоришь, ее зовут?