Эйден: Ты мне да. Приходится дрочить в одиночестве, представляя тебя.
В голову лезут эротические картинки. Эйден грубо, по-мужски обхватывает член, думая обо мне, и доводит себя до оргазма. Божественное выражение его лица, когда он кончает, напряжение мышц пресса, сила его выброса.
Ерзаю на стуле.
Неправильная мысль в классе. Ужасно неправильная.
Пытаюсь сосредоточиться на мистере Хантингтоне, который диктует что-то из учебника.
– Ты снова наказала королеву сук? – шепчет Ким.
– Нет. А что?
– Она не пришла сегодня.
Я осматриваюсь, и, конечно, Сильвер здесь нет. Стойте. Сканирую бешеным взглядом кабинет.
Не хватает кое-кого еще.
Адама Херрана.
О, нет.
Нет, нет, нет.
Я должна была догадаться, когда заметила, каким взглядом он смотрел на нее и как зажал Сильвер в угол на парковке.
Он действительно причинил ей боль?
Вот черт.
Если Эйден и Коул не явились на урок, значит ли это, что они ей помогают?
Мои ноги не знают покоя весь урок. Не могу собраться, как бы ни пыталась, потому что в голове возникают всевозможные теории.
И все они нехорошие.
Что, если Адам ударил Эйдена? А если произошло что-то плохое?
Я понимаю, что Эйден относится к тем, кто причиняет боль, а не наоборот. Но вдруг что-то пошло не так?
Что, если его застали врасплох?
Я схожу с ума от одного пессимистичного сценария за другим.
Желудок сжимается от ужаса, а время проходит так медленно.
Вернись.
Вернись!
Вернись, черт возьми!
Достаю телефон и пишу ему сообщение.
Эльза: Ты где?
Удаляю, не успев отправить, и вместо этого запоздало отвечаю на его утренние сообщения.
Эльза: Мне не снятся сны, ты забыл?
Сердце бешено колотится в груди, когда телефон вибрирует от ответа.
Эйден: Я буду видеть сны за нас двоих.
Откуда ни возьмись меня настигает воспоминание.
«– Я не запоминаю сны, – говорю я мальчику с серыми глазами.
Он щипает меня за щечку.
– Я буду видеть сны за нас двоих.
– Обещаешь?
– Обещаю, Эльза».
Глава восемнадцатаяЭльза
Эйден появляется в школе во время обеда.
Я поднимаюсь с места, когда он входит в кафетерий.
Чтобы что?
Обнять его? Поцеловать?
Какого черта, Эльза? Одно то, что я за него переживала, не означает, что я прыгну ему в объятия.
Сажусь обратно и запускаю вилку в свой ланч-бокс. Говорю себе сосредоточиться на еде и не обращать на него внимания, но это не работает. От Эйдена просто так не избавишься. Он всегда будет рядом. Постоянно. Заноза в заднице. Острые ощущения. Он у меня под кожей, течет в крови.
Чем ближе подходит Эйден, тем больше отдаляется на второй план разговор Ксандера, Ронана, Нокса и Ким.
Мне даже не нужно поднимать глаза, чтобы почувствовать. Он у меня в крови, помните? Бежит по венам. Мне известно о нем все, нравится мне это или нет. Чувства настроены на его уверенные шаги, всемогущее присутствие, даже на его запах. Я его чувствую – чистый, мужской, полностью подходящий ему.
Нет ни малейшего сомнения в том, куда он направляется. Все посетители в кафетерии перестали существовать в его глазах. Жестоко, но это правда.
Эйден никогда не станет думать о них.
Но он думает обо мне.
Это можно сказать по тому, как светлеет его лицо, когда он меня видит, хотя в остальном оно остается непроницаемым. По тому, как весь язык его тела настроен на меня.
Как я могла быть такой слепой и не замечать этого раньше?
С тех пор, как мы были детьми, и даже сейчас, лицо Эйдена светлеет, только когда я рядом.
«Ты единственная, кто разрывает этот бесконечный порочный круг».
Он сказал мне это однажды, но тогда я ставила под сомнение все, что связано с ним.
Я вообще когда-нибудь верила тому, что он говорил? Что он чувствовал?
Конечно, он не ведет себя как надежный человек и доводит меня до белого каления своими манипуляциями, но верно и то, что он никогда ни на кого не смотрит так, как на меня.
Я всегда была погружена в свои мысли и никогда не смотрела на ситуацию с его точки зрения. А когда делала это, то лишь чтобы перехитрить его, а не понять по-настоящему.
Эйден останавливается перед нами. Высокий, широкоплечий и… сексуальный.
Да. Он сексуальный, и наконец я могу себе в этом признаться, причем ему даже не нужно для этого ко мне прикасаться.
Эйден – самый сексуальный человек из всех, кого я знаю. И неважно, что он мой единственный в жизни сексуальный партнер. Никто в мире не может сымитировать его силу и власть над моим телом.
То, как я на него реагирую, связано и с его личностью, и с его прикосновениями.
– Кинг! – Ронан хлопает по стулу рядом. – Viens par ici[12].
Эйден даже не видит его, все его внимание приковано ко мне.
– Пойдем со мной.
Я прекращаю притворяться, что мне интересна еда, и бросаю на него взгляд. На то, как школьная форма подчеркивает его мускулистые руки и бедра. Как расстегнута первая пуговица на рубашке, демонстрируя немного загорелой кожи.
Качаю головой и переспрашиваю:
– Пойти с тобой?
– Поймешь все по дороге.
– Алло! – Ронан вскакивает и машет Эйдену. – Я тут.
– Поднимай свою хорошенькую задницу, сладкая.
Хватаю сумку и встаю.
Возможно, это потому что я услышала, как он назвал меня сладкой.
Или потому, что я услышала его проклятый повелительный тон, от которого у меня там все становится влажным.
Или от того и другого вместе взятых.
Эйден на мгновение замирает. Возможно, он не ожидал, что я так покорно соглашусь. Я и сама удивлена, но не могу больше этому противостоять.
По крайней мере, сейчас.
Пауза Эйдена длится всего секунду, а затем он берет меня за руку и выводит из кафетерия.
– Хорошо пообщались! – орет нам вслед Ронан.
Я рассматриваю руку Эйдена, в которой лежит моя. Это возвращает воспоминания о той поре, когда мы были детьми.
Тогда это я всегда держала его за руку и вцеплялась в него. Я бесстыдно прижималась к нему и клала голову на плечо.
Кто знал, что настанет день, когда мы поменяемся ролями?
Мы проскальзываем в «Феррари» Эйдена и вылетаем со школьной парковки.
– Куда мы едем? – наконец спрашиваю я, прижимая рюкзак к груди.
Эйден смотрит на дорогу.
– Во «Встречу».
– Зачем?
– Нэш попросил нас подъехать.
Ого.
Пытаюсь побороть волну разочарования, но проигрываю. Мы едем во «Встречу» только ради Коула. Не то чтобы я разочарована.
Мне не следует расстраиваться.
– Почему ты так охотно пошла со мной? – внезапно спрашивает он.
– Я… не знаю.
Я действительно не знаю. Я была не в себе.
Может быть, потому что беспокоилась о нем и вспоминала прошлое.
Или потому что скучаю по нему. Я словно попрошайка, умоляющий о крошках и мечтающий хоть одним глазком посмотреть на него, чтобы утолить жажду и влечение внутри меня.
Ненавижу себя за то, что скучаю по нему. Почему невозможно не скучать по нему?
Пристально рассматриваю Эйдена боковым зрением. Его черные волосы и глаза, перед которыми невозможно устоять и которые расскажут тебе тысячу историй. Его тело и то, как легко и уверенно он держится.
Может, у него в крови есть что-то инопланетное? Уверена, что есть. Иначе как у него получается привлекать меня без особых усилий?
– Ты помнишь время, которое мы провели вместе десять лет назад? – спрашиваю я, не удержавшись.
Он кивает, его взгляд темнеет.
– А ты нет.
Мое сердце замирает. Он этого не выносит. Боже. Не выносит, что я не помню его в то время. Должно быть, вот почему он так ублюдски ведет себя со мной, называет Холодным Сердцем и бездушной.
Но могу ли винить его за это? Я была бы убита горем, если бы он забыл меня.
– Я не специально. – Я заправляю за ухо прядь волос. – Кроме того, я кое-что вспомнила.
– Хм, например?
– Как много времени я проводила с тобой, как мы общались. Не помню, чтобы ты назвал мне свое имя, и я вспоминала о тебе как о мальчике с серыми глазами.
– Ты провела со мной всю ночь. – Он скромно улыбается. – Ты бы не ушла, даже если бы я попросил тебя об этом.
– Неправда! – Мои щеки горят от смущения.
– Это я храню все воспоминания, помнишь? – Его губы искривляются в ухмылке. – Ты вытирала мне лицо смоченной в воде салфеткой, а потом укрыла пледом, чтобы смогла проскользнуть под него ко мне. А, и еще ты держала меня за руку и поцеловала в щеку. Ты была такая приставучка.
Можно мне нору, чтобы я там спряталась с головой?
И все-таки я поднимаю подбородок.
– Ты говоришь это просто потому, что я не помню.
Он берет мою руку и подносит к своему лицу. Прикладывает ладонь ко рту и целует ее так нежно, что по телу пробегает разряд.
Жар вспыхивает на коже, словно стремительный огонь, пронизывающий меня до костей.
О боже!
Я могу совладать с настойчивой, грязной стороной Эйдена – иногда, – но совершенно беспомощна перед его нежной частью личности.
– Ты чертовски милая, когда стесняешься.
Он опускает мою руку себе на бедро, держа ее в своей, словно это самая драгоценная его вещь.
Наши пальцы переплетаются. Моя маленькая рука в его большой руке. Женские пальцы рядом с длинными и мужественными.
Чувствую искушение убрать руку, но я слишком люблю тепло. И потом я до сих пор в шоке от того, как он поцеловал мою ладонь.
Размышляю, не потыкать ли в него пальцем и расшевелить его безобразную личность, чтобы доказать, что побеждает всегда именно эта сторона.
– Ты раньше не была такой скромной. – Он наклоняет голову. – Ты забирала и забирала без колебаний.
– Нет.
– Да, было и такое. Говорю тебе, девочка Эльза была жесткой.