Очень не по-женски фыркающий смех вырвался из моего рта, и я сильно покраснела.
Киара одарила меня доброй улыбкой и подошла ко мне. Она обняла меня.
— Добро пожаловать в наш дом.
Я застенчиво улыбнулась ей, а затем мои глаза остановились на собравшихся за ней людей. Мое сердце забилось быстрее.
Савио держался рядом со мной, и я была бесконечно благодарна ему за это. Его присутствие придало мне необходимую уверенность, чтобы встретиться лицом к лицу с его братьями и Фабиано Скудери.
Светловолосый мужчина был Головорезом Каморры, его репутация и бои, свидетелем которых я была, заставили меня относиться к нему так же настороженно, как и ко всем остальным мужчинам. Каждый из них пожал мне руку. Они были сдержанно дружелюбны. Серафина и Леона, напротив, были так же приветливы, как и Киара, и обняли меня, прежде чем представить детям.
Там были близнецы Римо, два до боли красивых малыша с почти черными глазами и черными как смоль волосами. Девочка была одета в розовую пачку и имела густые кудри. В тот момент, когда Киара повела меня к ним, девочка споткнулась о Римо и подняла руки. Он взял ее на руки и прижал к своей груди. Ее близнец смело смотрел на меня, в то время как сыновья Киары были слишком малы, чтобы проявлять ко мне большой интерес.
Я была ошеломлена таким количеством новых людей, но продолжала улыбаться.
— Давайте есть, — сказала Киара с понимающим выражением лица. — Уверена, ты умираешь с голоду.
Все направились к столу, и Савио потянул меня за собой. Я села рядом с ним, с удивлением наблюдая, как Нино и Киара вместе несут еду. Я отвела глаза и улыбнулась Невио. Он высунул язык с дерзкой ухмылкой. Я ответила ему тем же жестом, заставив его усмехнуться.
— Отлично, еще одно дурное влияние на детей. Как будто этого тут и так не хватает, — сказал Римо.
Я вздрогнула, мои глаза расширились.
Савио усмехнулся:
— Ты ведь один из них.
Я расслабилась, понимая, что Капо, на самом деле, не сердится на меня. Но по его суровому выражению лица трудно было сказать наверняка.
— Ужин подан, — сказала Киара с сияющей улыбкой.
По привычке, я протянула им руки, чтобы взяться, чтобы мы могли произнести наши молитвы, прежде чем начать есть.
Все уставились на мои протянутые ладони, будто я предлагала провести сатанинский ритуал, который, если подумать, был бы воспринят лучше. Особенно Римо с величайшим презрением следил за моими руками.
— Что она делает? — спросил Невио.
Я смущенно опустила руки.
Савио взял меня за руку и сжал, посылая мне улыбку. Он, конечно, находил это забавным.
— Она хотела помолиться перед ужином, верно, Джемма? — мягко сказала Киара.
— Почему? — выпалил Невио.
— В моей семье есть традиция благодарить Бога за то, что он накрыл на стол.
Невио ткнул пальцем в сторону Римо.
— За еду платит папа, а не Бог.
— Не показывай пальцем на людей, — предупредила Серафина.
Невио посмотрел на отца так, словно надеялся, что тот не согласится.
— Невио, — предостерегающе произнес он. Мальчик опустил руку.
— А кто такой Бог?
Савио закатил глаза. Я не смогла сдержать улыбку. Этот парнишка был сущим наказанием.
— Как насчет того, чтобы просто поесть и сохранить экзистенциальные темы для уютных снежных зимних вечеров.
— В Вегасе нет снега, — сказал Невио.
Савио усмехнулся ему в ответ.
— Именно. А теперь заткнись.
Невио открыл рот с гневным выражением на лице. Когда Грета положила свою крошечную ручку на его, он резко сжал губы.
Киара встала и начала наполнять тарелки едой. Я высвободила свою руку из руки Савио и переплела свои пальцы, затем закрыла глаза и поспешно прочитала свою обычную молитву.
Открыв глаза, на меня смотрели сразу несколько глаз. Киара положила мне на тарелку лазанью.
— Все в порядке, — тихо сказала она. — Не обращай на них внимания.
Я благодарно улыбнулась ей, игнорируя взгляд, которым Савио обменялся с другими мужчинами. Я знала, что они не были религиозны, но у меня не было намерения скрывать свои убеждения только потому, что они казались им смешными.
Киара и Серафина расспрашивали меня о хоре и боевых искусствах. Я могла бы сказать, что разговор между мужчинами за столом был таким…сдержанным. Они еще не считали меня своей семьей, конечно же, нет. Я была незваным гостем в их сплоченном подразделении, и мне потребуется время найти дорогу в их семью, но я надеялась, что мне предоставят шанс до свадьбы, и что я уже буду чувствовать себя как дома, когда перееду.
Когда Диего забрал меня позже, я почувствовала, что мы с Савио на правильном пути. Конечно, было совершенно нелепо так думать.
Нино, Римо и я наблюдали, как Киара, Леона и Серафина, вместе с персоналом самого дорогого отеля на Стрип — того, что принадлежал родителям Уилла Рейнольда — в последние минуты подготавливают все. Рейнольды бесплатно согласились провести помолвку в своем самом большом банкетном зале, после некоторого легкого принуждения.
— Думаю, что у Мистера Рейнольда все еще дергается глаз из-за всех денег, которые он сегодня теряет, — сказал я с усмешкой.
Губы Римо дрогнули, но улыбка так и не появилась на его лице. Это торжество было не в его стиле. Слишком много гостей, слишком много внимания. Тем не менее, это идеально подходило мне.
Диего вошел в банкетный зал, уже одетый в черный костюм. Его взгляд скользнул по многочисленным столам и цветочным украшениям. Он покачал головой.
— Когда я просил устроить торжество, я не имел в виду, что ты должен организовать чертов бал.
— Так будет веселее, особенно потому, что это выведет из себя нужных лю…
Я замолчал, когда мой младший брат Адамо неторопливо вошел в банкетный зал.
— Какого хрена? Почему ты не сказал мне, что он приедет? — спросил я у Римо.
— Потому что я не знал, — сказал он со странной ноткой в голосе.
Адамо должен был провести еще один месяц в Фамилье. Я не видел его уже десять месяцев, со дня свадьбы Фабиано. Несмотря на свое обещание, он не прилетел, когда Киара родила Массимо пять месяцев назад. Он, казалось, наслаждался временем, проведенным с Фамильей. Должно быть, Лука действительно проделал хорошую работу, приведя его в форму.
Киара тоже заметила его и бросилась к нему, крепко обняв, как давно потерянного сына.
— Давайте поприветствуем его, — сказал Нино, направляясь к нему.
Мы с Римо шли в нескольких шагах позади нашего брата.
Как только Адамо заметил нас, его улыбка дрогнула, а на лице промелькнуло чувство вины. Он посмотрел вниз на мои запястья, которые были скрыты рукавами. Я все еще злился на него за то, что он помог нашей сумасшедшей матери сбежать, но не столько из-за этих нелепых шрамов, на перерезанных моих запястьях. Тот день мог закончиться гораздо хуже.
Нино тронул Адамо за плечо. Мой младший брат вырос. Теперь он был одного роста со мной и Нино и даже отрастил что-то похожее на бороду. Удивительно, но это заставляло его выглядеть старше семнадцати лет, и не смешным, как многие подростки, которые вдруг стали щеголять с волосами на лице. Я почти не узнал его.
— Почему ты не сказал нам, что возвращаешься домой? Кто-нибудь из нас мог бы тебя забрать, — сказал Нино.
Мы с Римо просто стояли там. Я был взбешен, но чувства Римо по отношению к Адамо были совершенно другими. Когда он позволил нашему младшему брату отправиться в Фамилью, ради закалки, он, вероятно, ожидал, что тот скоро вернется. Тем не менее, после почти одного года с Фамильей, Адамо все еще казался довольным. Мало кто мог видеть сквозь жестокую маску Римо, но для меня было очевидно, что дистанция Адамо была словно удар в сердце.
— Я взял «Убер», не волнуйся, — сказал Адамо, пожимая плечами и засовывая руки в карманы.
Серафина и Леона тоже подошли и обняли его.
— Привет, незнакомец, — сказала Серафина, затем ее глаза метнулись к Римо, и что-то изменилось на ее лице. Она тоже могла это видеть.
— Убер? Почему ты не угнал машину, как раньше? — спросил я, смягчая свои слова дразнящей улыбкой.
Я не хотел, чтобы все взорвалось сегодня, не тогда, когда Баззоли ожидали великолепного пира. Джемма была бы опустошена, если бы мне пришлось отменить торжество в последнюю минуту, потому что Римо сорвался бы на Адамо и всех остальных, кто смотрел в его сторону.
— Нет, это уже не мой стиль. Лука сломал мне два ребра, когда я попытался провернуть это в Нью-Йорке.
Мускул на подбородке Римо дернулся, и Серафина бережно подошла и прислонилась к нему. Когда она находилась так близко, он бы не решился потерять свое дерьмо.
Фабиано неторопливо вошел, наконец-то выбив дерьмо из наших должников, и слегка толкнул Адамо.
— Только не говори мне, что думаешь о новой татуировке, Адамо.
Мы все знали, какую татуировку он имел в виду. Его голос звучал шутливо, но взгляд был суров. Он знал Римо так же хорошо, как и я. Если бы не близнецы и Серафина, отсутствие Адамо ударило бы по Римо гораздо сильнее.
Римо высвободился из объятий Серафины и хлопнул Адамо по груди, прямо над сердцем.
— Возможно, он уже это сделал. Неужели кредо Фамильи уже пометило твою кожу, маленький брат?
Я молча положил руку на плечо Римо. Диего направился к дверям, где только что появилась его семья; все, кроме Джеммы, которая войдет позже вместе со мной.
Адамо выдержал его взгляд.
— У меня на запястье есть знаки Каморры. Я не могу быть одновременно членом Каморры и солдатом Фамильи. Нашему брату Гроулу свели татуировку Каморры, прежде чем он поклялся в верности Луке.
Что за могучий хрен?
Лицо Римо было как небо перед ураганом. Я схватил Адамо за руку и потащил прочь. Краем глаза я заметил, как Серафина подтолкнула Грету к Римо. Она была одета в свою любимую пачку, которую редко снимала, и поспешила к отцу. Римо уже собирался догнать Адамо и меня, когда заметил свою девочку и замер. Фабиано все еще держался рядом с ним, на всякий случай, а Нино последовал за нами.