— Мне плевать, что ты Фальконе, и то, что ты и твои братья правите этим городом. Я не потерплю обмана. Как только мы поженимся, ты станешь моим, и, если ты поцелуешь другую девушку, я уйду. Я уйду, и никто, ни моя семья, ни мой брат, ни даже твой брат Римо не сможет заставить меня остаться. Я соберу свои вещи и найду кого-нибудь, кто знает, как правильно обращаться с женщиной.
Лицо Савио исказилось от ярости. Он прижал меня спиной к стене.
— С чего ты взяла, что можешь предъявлять мне ебаные требования? Думаю, ты забыла о природе нашего соглашения. Брак сделает ме́ня твоим чертовым хозяином, а не наоборот. Я буду делать все, что захочу, могу трахать кого захочу и трахать тебя, когда захочу.
Мои губы открылись в шоке.
Савио кивнул, его взгляд стал жестким.
— Ты принадлежишь мне. Я владею твоими губами, твоими сиськами и твоей киской. Я владею каждым гребаным сантиметром тебя, Джемма? — он прижал ладонь к моему животу. — И если я захочу прикоснуться к тебе, то сделаю это.
Я с силой ударила его по лицу. Он схватил меня за запястья и прижал свое тело к моему, так что я не могла поднять колено. Я боролась, но у меня не было ни единого шанса. В его глазах бушевала битва.
— Никогда больше не бей меня.
Я только сердито посмотрела на него, не доверяя своему голосу.
— Знаю, ты думаешь, будто умеешь драться, но ты никогда в жизни не дралась по-настоящему, Джем. Ты живешь в мире сказок и диснеевских принцев, но не так работает этот мир. Это отвратительное место. Место, где мужчины не хотят носить тебя на руках, они желают видеть тебя стоящей на коленях и сосущей их член. Они хотят вытрахать эти глупые мечты прямо из тебя. Я знаю, что это так.
Я почувствовала первое предательское покалывание в глазах.
Он резко выдохнул, затем оттолкнулся от стены, от меня и направился к своему телефону.
Я чуть было не кинулась за ним и не ударила его ногой по яйцам, но мне потребовалась вся моя энергия, чтобы сдержать рыдания. Я ненавидела его за то, что он мог заставить меня плакать. Ненавидела, что была эмоциональна. Как бы я ни боролась, это не меняло того факта, что я эмоциональна. Я уже потеряла счет фильмам, которые заставляли меня плакать.
Он набрал сообщение на своем телефоне и засунул его обратно в джинсы.
— Пойдём.
Он потянулся ко мне, но я отступила и вышла из комнаты. Он повел меня вниз.
— Тони здесь.
— Мне плевать.
— Я не уйду без нее.
Он схватил меня за запястье и потащил вниз по подъездной дорожке, не останавливаясь, пока мы не достигли ворот.
— Она, наверное, опять трахается с Диего. Если нет, я вызову ей такси.
Подъехал «порше», и из него вышел Римо Фальконе. На нем были только боксерские трусы.
— Можешь убедиться, что она благополучно доберется до дома?
Римо посмотрел на меня, а затем на своего брата сузившимися глазами. Он жестом пригласил меня сесть в машину.
— Ты не упомянул, что я должен играть в таксиста для твоей невесты.
— Я могу пойти пешком, — сказала я.
— Садись, — приказал Савио.
Римо распахнул передо мной дверцу, и мне ничего не оставалось, как опуститься на пассажирское сиденье. Я пристегнулась, пока Римо разговаривал с Савио, а потом он сел за руль.
Я прислонилась к окну, стараясь держаться как можно дальше от страшного Капо. Он завел машину и тронулся с места. В боковое зеркало я наблюдала, как Савио возвращается на вечеринку. Я судорожно вздохнула и крепко зажмурилась, обхватив руками голый живот.
— Что произошло?
Я подпрыгнула. Я рискнула взглянуть на мужчину рядом со мной. Когда его темные глаза встретились с моими, я с трудом сглотнула.
— Отвечай, — приказал он.
— Ничего.
Он сбавил скорость, а затем остановился, все еще в нескольких кварталах от моего дома. Он прищурился.
— Если хочешь, чтобы ложь вошла в привычку, тебе следует научиться быть более убедительной.
Я была слишком измучена, чтобы отрицать.
— Я застала Савио с двумя девушками. Он сорвался и наговорил ужасные вещи.
Римо внимательно посмотрел на меня.
— Савио привык к женщинам, которые делают то, что он хочет, и не говорят в ответ. Если ты будешь вести себя так же, как они, он будет относиться к тебе так же, как к ним.
Я никому не позволю так обращаться со мной, даже Савио Фальконе.
— Я ответила ему, но не смогла дальше.
Римо снова завел машину.
— Думал, сдаваться не в твоем стиле.
Я пожала плечами.
— С меня хватит. Я слишком долго пыталась это делать.
Мы припарковались перед моим домом. Я полностью повернулась к Римо.
— Не мог бы ты, пожалуйста, отменить мою помолвку с Савио? Я больше не хочу выходить за него замуж и не думаю, что он действительно хочет жениться на мне.
Он замер на месте.
— Ты просишь меня отменить твое обещание моему брату?
Я просто кивнула.
— Тогда он будет волен делать все, что ему заблагорассудится, и я найду кого-нибудь, кто действительно захочет жениться на мне.
Глава 18
В голове у меня стучало, а открыв глаза, острая боль пронзила мой мозг. Я застонал, затем перевернулся, но только для того, чтобы быть встреченным теплым телом.
Закрыв глаза ладонью, я попытался отодвинуться на другую сторону кровати, но только для того, чтобы коснуться другого тела. Моргая от яркого света, я сел и осмотрелся вокруг. Я лежал в постели с двумя девушками. Соскользнув вниз к изножью кровати, я встал, прижав ладонь к виску.
События прошлой ночи медленно просачивались сквозь туман, скрывая мои воспоминания.
— Блядь.
Я медленно оделся и направился вниз. Вырубившиеся люди были разбросаны по всему дому, как проклятый паркур с препятствиями. Диего храпел на диване, только в одних трусах. Возможно, он не видел Джемму прошлой ночью. Наверное, это была единственная хорошая вещь на этом чертовом шоу, которое было моим днем рождения.
Я прошёл по подъездной дорожке к своей машине и замер. Она была измазана чем-то коричневым. На мгновение я был уверен, что это дерьмо, но подойдя ближе увидел остатки шоколадного торта на капоте. Кто-то, и этот кто-то могла быть только Тони, размазала этот чертов торт по всей моей машине. Но я знал, кто испек этот торт. Неожиданно во мне вспыхнул намек на чувство вины. Я направился к нашему особняку, что, вероятно, было к лучшему, учитывая, что я все еще чувствовал себя слегка пьяным. Был уже полдень, так что Джемма должна была приехать через два часа. До тех пор мне нужно было взять себя в руки.
Вся семья сидела за обеденным столом, судя по всему, на каком-то военном совете, даже Фабиано и Леона были со своей дочерью Авророй. Она ползла по полу, стараясь не отставать от остальных детей, которые были старше и подвижнее.
Женщины в семье смотрели на меня так, словно я был тараканом, которого они хотели раздавить, даже Киара разочарованно покачала головой.
Вспомнив, как я позвонил Римо, чтобы забрать Джемму, я мог только предположить, что она ему что-то сказала, и он рассказал все Серафине, как ебаный сплетник.
Я подошёл к столу и с удивлением увидел торт, мой торт стоял там.
— Вы не собираетесь подождать с тортом, пока не приедут Джемма и ее семья?
— Они не приедут. Джемма попросила меня аннулировать вашу помолвку, — сказал Римо так, словно речь шла о гребаной погоде.
Я уставился на него, чувствуя себя так, словно меня ударили по голове.
Серафина встала, останавливая Невио от попытки взобраться на стойку.
— Ты самый большой идиот на планете.
Не обращая на нее внимания, я подошел к Римо.
— Только не говори мне, что согласился на эту чепуху.
Римо с раздраженным видом вскочил на ноги.
— Я говорил тебе, что ты должен быть уверен в желании жениться. Я говорил тебе, что это не чертова игра. Говорил, что не потерплю повторного оскорбления верной семьи, после произошедшего с Карлуччи! И что ты делаешь? Ты не только трахаешься, но и делаешь это на людях.
— Я не брошу Джемму, Римо. Мне плевать, что ты скажешь или решишь. Я женюсь на ней. И не разыгрывай главную карту, ты, блядь, похитил невесту и держал ее в плену, пока она не поддалась твоему безумию!
Римо схватил меня за воротник и рывком притянул к себе, его глаза горели гневом. Все замолчали, и даже дети смотрели на это с открытым ртом. Римо содрогнулся от усилия не избить меня до полусмерти или хотя бы попытаться.
— Никогда больше не упоминай об этом в присутствии близнецов, понял? — сказал он убийственным голосом. — Тебе повезло, что я не хочу, чтобы Грета видела, как я ломаю твою ебаную челюсть.
Мои глаза скосились на его маленькую девочку, снова в ее любимой розовой пачке, уставившуюся на нас огромными испуганными глазами. Невио же, напротив, выглядел так, словно получил огромный подарок. Массимо и Алессио с любопытством наблюдали, как Аврора ползает вокруг.
— Этого больше не повторится, — тихо сказал я своей версией извинения. Единственное, на что я был способен, и Римо знал это, потому что он был таким же. Он отпустил меня и сделал шаг назад.
— Я ничего не аннулировал. Сегодня утром я разговаривал с Даниэле. Он был в бешенстве, но не хочет сейчас отменять помолвку, потому что это плохо отразится на Джемме и их семье.
— Что насчет Джеммы?
— Она была осторожна в своих словах, но можно с уверенностью сказать, что в настоящее время она скорее уйдет в монастырь, чем станет твоей женой.
Стиснув зубы, я отвел взгляд от его искаженного лица. Чувство вины не было тем чувством, которое я держал в своем стандартном репертуаре. Я не заботился о достаточном количестве людей, чтобы часто вкладывать такой уровень эмоций. Только моя семья… и Джемма, я понял теперь, потому что чувствовал себя полным придурком из-за того, как обошелся с ней. Эти последние несколько недель я пинал свою задницу вместе с Братвой, пытаясь снова закрепиться в Лас-Вегасе. Город был слишком важен, чтобы так легко от него отказаться. На какое-то время наше шаткое взаимопонимание с Чикагским Паханом помогло, но теперь и это осталось в прошлом. Мы с Диего руководили несколькими атаками на аванпосты Братвы, последняя из которых была два дня назад и едва не закончилась нашей смертью.