андитской демократии, не очень-то понятный Даше. Скоро и ей самой придется пройтись по кругу, разливая терпко-сладкую жидкость. Ничего страшного, - не чайная церемония, - главное, никого не пропустить, и плеснуть всем примерно поровну. Справимся.
Кривоносый Паррот нагнулся над девушкой, наполняя стакан. Как пить дать, в кофточку заглянул. Там, между прочим, полный порядок - не так изобильно как у отставных Перчаток и прочих записных красавиц, зато аккуратно и шея чистая. Не то что, к примеру, у Мары, - отсюда видно, что девка мимо бани давненько проходила.
Костяк осторожно ткнул локтем:
- Ты как?
Соизволил на свою даму внимания обратить, великий предводитель разбойников.
Даша двинула плечиком:
- Нормально. Бандиты у тебя как бандиты. Вот свинина - супер. Не знаешь, в чем они ее кроме муската, готовят?
- Понятия не имею, - пробормотал нелюбознательный лохматый. - Ты с яблоневкой поосторожнее.
Взгляд Костяка соскользнул в вырез кофточки, тут же поспешно перешел на стопку лепешек на столе.
Даше стало грустно. Вот всем сиськи нужны, хотя там вообще-то и сисек настоящих не имеется. Всем только плоти и нужно. Паррот со своим клювом, коренастый Виг, красавчик Малыш, сам Костяк.... Даже карликовый Утбурд и тот плотоядно зыркает. Хотя этот, возможно, из тех побуждений, что свинина уже заканчивается. Для некулинарных радостей ему ростом разве что крольчиха подойдет.
Ну и в чем тогда между парнями разница? Что лохматый, которого уже вечность знаешь, что Виг, которого сегодня в первый раз увидела, - все одного хотят. Полапать, пристроиться.... Права Эле - все они скоты похотливые. И бедная Машка была права - использовать мужчин нужно цинично, как полотенца одноразовые.
Использовать мужчин Даша категорически не умела. Полотенца умела, но их как раз и не было. Пришлось жирные пальцы, в который уже раз, украдкой вытирать о крышку стола. Сейчас это уже не вызывало неприятия, в голове образовалась некая легкость, - видимо яблоневка начала пробиваться сквозь масло.
- Аша, налей, - попросил лохматый.
Даша встала, взяла кувшин. В ногах была легкость, в кувшине - тяжесть. Новый кувшин, еще полный. Умеют пить "деловые". Даша двигалась вдоль стола, наполняла лоснящиеся от жира глиняные стаканы. Встретилась взглядом с Ресничкой. Красивые, черные, щедро подкрашенные глаза. Злые. Ага - обоюдная антипатия. В зубах у девицы хвостик петрушки, но сравнить потаскушку с запеченным поросенком все равно не удастся, - прехорошенькая стерва.
Широколицый Сом сострил про штаны для верховой езды и про жеребчиков с мулами. Даша сдержанно улыбнулась шутке, - обижаться не собиралась. Кюлоты ей в самом деле идут, - подкалывайте, не подкалывайте, - а Даша это знает. Лучше бы на свои портки посмотрел, остряк-юморист, - ткань хорошая, а пятен как на заднице лягушачьей.
Мимо стаканов удавалось не пролить. Даша рассматривала нечесаные затылки. Хм, и почему бы в банде хоть одного парикмахера не заиметь? Так ли уж необходимо поголовно под хиппующих бродяг маскироваться?
Мара чопорно поблагодарила. Тоже, змея немытая. И глаза гадючьи. Интересно, с кем из бандитов Даша может подраться на равных? Наверное, ни с кем. Может быть, ножом кого пырнуть и удастся. Эле в последнее время, после Навьих Камней, озаботилась - начала всяким трюкам-приемам обучать. Даша слушала внимательно, нож теперь держала правильно, да что толку? И Эле знает, да ты и сама понимаешь - из тебя ни воительницы, ни даже хулиганки толковой никогда не получится. На Навьих Камнях просто повезло. К боевым искусствам у тебя, что в прошлой жизни, что в этой, - склонности не больше чем у Вас-Васа. Разве мыслимо все эти движения, удары и толчки запомнить? Это же не рецепты, - в драках и поножовщинах ничего логичного, да и разумного не содержится. Вот черт, с чем же все-таки свинину в этой "Треснутой ложке" готовят?
- Да что ты торопишься как на пожар? - Малыш мягко, но цепко ухватил за платок на поясе, заставил опуститься на скамью. - Поговори с людьми, не беги. Мы ж старые знакомые.
Даше пришлось поставить все еще тяжелый кувшин на стол. Повода удрать нет, уже всей компании налила. От Малыша пахло душистым маслом - парень единственный кто свои длинные волосы пригладить сподобился. Лицо у парня правильное, и серьга в ухе ему идет. Мог бы какую-нибудь джинсовую одежку в другом мире рекламировать. Особенно если курточку на голый торс натянуть. Вот только зря он Дашину талию отпускать не собирается.
- Ты насчет бань? Я тогда не была уверенна, что вы от Костяка, - сказала Даша. - Вы как-то неубедительно представились.
- Ничего, - Малыш заулыбался, - сейчас-то знаешь что мы свои.
Свои.... Даше очень хотелось стукнуть его по руке. Лучше ножом. Лапа, под прикрытием стола, вовсю ползла по бедру девушки. И противно и штанишки жиром вымажет.
С другой стороны на Дашу с любопытством смотрел Паррот. Изучают, психологи блохастые.
- Свои, может быть, и не совсем свои, но не какие-нибудь посторонние, - с улыбкой согласилась Даша, и заботливо поправила под дублетом ворот шелковой рубашки парня. На светло-голубом шелке остались отчетливые следы пальцев.
- Ты чего? - изумился Малыш. - У меня рубашка новая.
- Правда? А у меня штаны новые. Как на ощупь? - Даша мстительно поправила парню и дублет. Плотная ткань вытирала пальцы даже получше шелка.
Малыш поспешно отдернул руку:
- Ладно-ладно. Я же так.... Уж очень у тебя штаны модные. А ты что другое подумала?
- Я подумала, вдруг тебе моя попа понравилась, - пробормотала Даша. - А ты просто о модные штаны решил свои грабельки вытереть. Я-то стирать каждый день не люблю.
- А что, Аша, твоя попка в банях многим нравится? - влез Паррот. - Небось, пристают тетки-то?
- Бывает, - согласилась Даша. - Но они же смирные, пошлешь их в анальное отверстие "Космополитен" штудировать - сразу отстают. Даже нож показывать не нужно. Латентные свинки-пинки, нерешительные.
- Хм, - Паррот неуверенно ухмыльнулся, - а на Навьих Камнях флотские тоже латетные были, нерешительные? Сами шеи вам подставили?
- Эффект теоретической спонтанной внезапности, - доходчиво объяснила Даша. - Мы их на протонную пушку взяли, и мозги мигом вышибли. Хотя одного я и вправду поторопилась резать. Мог бы ценные показания дать. Насчет награбленных активов и пассивов.
В глазах Паррота отразилось уважение. Стремится парень к образованию, молодец. Зато Малыш, судя по обнаглевшей длани, слушал о битве вполуха.
- Манипулятор убери, пока не отсох, - уже с прямой угрозой посоветовала девушка. - Сказала же - грязными лапами не шарь.
- А я сейчас помою, - с готовностью пообещал красавчик. - Тогда можно?
- Если в хлорке сполоснешь, то я с готовностью. И H2SO4 рожу взбрызнуть не забудь. Очень гламурно, девок железно заводит.
Малыш принялся соображать о чем речь, а Даша высвободилась и поднялась.
- Слушай, Аша, а ты откуда к нам? - поинтересовался, ухмыляясь, Паррот. - Я тебя с красивой девкой на пароме помню. Ты тогда совсем не такая смелой казалась.
- Я тогда в трауре была. Нас с барки выкинули. А родом я из Замоскворечья. Был такой городок, сплошь купцы да бандиты. Интересно жили, тихо-спокойно. Потом ликвидировался городок. ЧК бандитов порешило, потом мэр дома и деревья сплошь под асфальт закатал. Грустная история.
- Понятно, - сочувственно кивнул посерьезневший Малыш. - Но ты не огорчайся. Каннут - город веселый. И "чики" здесь никакой нет. А за что вас с барки выкинули?
- За ночную попытку абордажа, - сказала Даша и пошла на свое место.
Мясо остыло, да и сколько его можно в желудок пихать? Даша перешла на маленькие пирожки с голубятиной. Тоже вкусно. Хотя о рецепте догадываться смысла нет, - голуби на рынке еще подороже свинины идут.
Костяк кинул на вернувшуюся подругу беглый взгляд, и снова вернулся к неотложной беседе с Вигом. Наплевать лохматому, что его даму с ног до головы ощупали. Хам бандитский. Даша глотнула из стакана, с хрустом раскусила еще один пирожок.
- Лапал он тебя? - прошептал, вдруг вспомнивший о подруге, Костяк.
- Как можно?! Мы только руки друг о друга вытирали, - независимо пояснила Даша и поинтересовалась: - Хочешь пирожок? Вкусные.
Пирожок лохматый взял, но смотрел встревожено:
- Ты, пожалуйста, осторожнее.
У, какие мы вежливые. Причин для тревог Даша абсолютно не видела. Обычное застолье. А что преступники-жулики вокруг сидят даже интересно. В досмертной жизни с криминалитетом общаться не приходилось. Всё обойдется. Вот только этого дурацкого кальвадоса многовато. В голове чуть-чуть шумит. Да еще Утбурд все также неприятно пялится. Словно приценивается. Нечего глазеть - этот объект не продается.
От пойла не только в голове Даши шумело. Молодые бандиты явно расслаблялись. Малыш оказался рядом с Марой. Облапив за крепкую талию, что-то шептал в нечесаные пряди. Наверное, делился рецептами новейших афродизиаков. Девица мрачно улыбалась.
В дверь коротко постучали. Заглянул невысокий мужчина с резким треугольным лицом. Окинул взглядом компанию, чуть дольше задержавшись взглядом на Даше.
- Гвоздь пришел! - прошептал кто-то.
Виг поспешно встал, освобождая место рядом с Костяком. Но новый гость отрицательно покачал головой и поманил лохматого за дверь. Костяк тут же вышел, в свою очередь кивнув Вигу. Все трое исчезли за дверью, а растерянной Даше достался только мимолетный обеспокоенный взгляд лохматого. Толковать этот взгляд можно было по-разному.
Вроде бы ничего особенного не произошло. "Деловые" вернулись к своим закускам и стаканам. Сом, в свою очередь, обошел стол, разливая яблоневку. Но пить Даше совсем расхотелось. Без лохматого рядом было как-то не по себе. Костяк хоть и дубина бесчувственная, но свой. К тому же, алкоголь блуждал по телу как хотел, - дотянуться до пирожка стало проблемой, - пальцы норовили ухватить что попало, - то патиссон, то кусок копченой рыбы.