Однажды в болоте появился новый обитатель. Окурок.
– Меня зовут мистер Кент, – важно представился он. – Я из Америки.
– Ах, Америка – томно вздохнула Лерочка. – Оазисы… верблюды…
– Любимая, – мягко поправил ее лягушонок Квакин, – верблюды и оазисы – в Африке.
Но Лерочка его не слушала, с обожанием глядя на американский окурок. Вскоре она вышла замуж за мистера Кента. И стала требовать, чтобы все называли ее – Леруа Кент!
Впрочем, прожили они вместе недолго. Мистер Кент быстро размок в болоте, и пиявка Лерочка осталась вдовой.
Квакин вновь нарвал самых красивых кувшинок и, придя к Лерочке, предложил ей свою лапку и сердце.
Но Лерочка опять сказала:
– НЕТ!
А через некоторое время по болоту поползи слухи, что Леруа Кент, то есть пиявку Лерочку, выловили юные натуралисты; отнесли в городскую школу и поместили там в стеклянную банку со спиртом.
Лягушонок Квакин тотчас же – прыг-скок, прыг-скок – отправился в город.
В городе он отыскал школу, а в школе отыскал кабинет зоологии.
И, представьте себе, увидел там свою ненаглядную Лерочку. Она действительно сидела в банке со спиртом.
– Какое счастье! – запрыгал от радости лягушонок Квакин. – Я снова рядом со своей любимой!
– Никак Квакин явился? – приоткрыв один глаз, сказала Лерочка. – Ох, и достал же ты меня, братец.
– Богиня моего сердца! – воскликнул лягушонок. – Будь моей женой!
– Квакин, – ответила Лерочка хриплым голосом, потому что уже основательно проспиртовалась в банке, – мне здесь предложение настоящий скелет делал из кабинета анатомии. И то я за него замуж не пошла: слишком костляв. А за тебя, заморыша склизкого, тем более не пойду.
Лягушонок Квакин ни капельки не обиделся на Лерочку за эти слова. Наоборот, глядел на нее с трепетной любовью и обожанием.
– Любимая, – начал он проникновенно, – это я только с виду такой, а внутри…
– Ой, слыхали мы эти сказки, – перебила его Лерочка. – То, что ты внутри беленький, пушистенький, да еще с крылышками. Нет, дорогуша, я теперь ученая. Каждый день учителя зоологии Пафнутьева слушаю. Никакой души не существует. Ни беленькой, ни черненькой. А есть внутренности: ну там кишки всякие, печенки, селезенки…
– Ты ошибаешься, Лерочка, – принялся ласково переубеждать пиявку Квакин. – Душа есть. Она…
Лягушонок не успел договорить, потому что вдруг кто-то схватил его за лапку и перевернул вниз головой.
Это был учитель зоологии Пафнутьев.
– Лягуха! – радостно завопил он.
– Отпустите меня, пожалуйста, – с достоинством произнес лягушонок Квакин. – Вы ведете себя неприлично.
– Ха-ха-ха! – захохотал Пафнутьев. – Лягуха квакает!
– Послушайте, – покраснел от стыда за Пафнутьева лягушонок Квакин, – вы же человек! Своим поведением вы оскорбляете свое человеческое достоинство.
– Счас поглядим, лягуха, че у тебя внутри! – И Пафнутьев взмахнул скальпелем.
И раз!.. раз!.. раз!..
Зеленая кожица упала на пол… А к потолку вспорхнула беленькая пушистенькая душа с крылышками.
– Ни фига ж себе, – отвисла челюсть у Пафнутьева. – А где ж внутренности?.. Эй! Эй!.. – начал он гоняться за душой по всему кабинету. – Дай-ка я тебя тоже разрежу!
Глупенькая Лерочка только теперь поняла, какую она совершила ошибку, отвергнув чистую и светлую любовь лягушонка Квакина. Увидев его прекрасную душу, она тотчас же влюбилась в нее.
– Квакин! Квакин! – закричала Лерочка и забилась о стеклянную стенку банки. – Я люблю тебя! Люблю! Я согласна стать твоей женой!
Но душа лягушонка Квакина лишь махнула на прощание белым крылышком и вылетела в форточку.
А несчастная Лерочка легла на дно банки и заплакала. Она плакала долго-долго, горько-горько, но слез ее было не видно, ведь в банке был спирт.
Мамочка и Минечка
Маленький Минечка однажды сказал своей мамочке:
– Мамочка, расскажи, пожалуйста, сказочку.
– Хорошо, Минечка, – согласилась мамочка. – Слушай. – И она начала рассказывать: – Жила-была прекрасная принцесса. И вот однажды…
– Попала она под электричку, – добавил Минечка.
– Вернее, не под электричку, – сказала мамочка.
– А под скорый поезд, – добавил Минечка.
– Принцесса просто подлезала под стоящий вагон, – сказала мамочка.
– А поезд тронулся, – добавил Минечка.
– И прекрасная принцесса поехала на юг, – сказала мамочка.
– Но приехала почему-то на север, – добавил Минечка.
– И вышла там замуж за северного принца, – сказала мамочка.
– А принц оказался людоедом, – добавил Минечка.
– Но он не съел принцессу, потому что у них родилась прелестная девочка, – сказала мамочка.
– Мертвая, – добавил Минечка.
– Принц и принцесса захотели ее оживить, – сказала мамочка.
– Но не знали, как это сделать, – добавил Минечка.
– Тогда они стали звать добрую фею, – сказала мамочка.
– А феи нигде не было, – добавил Минечка.
– Они отправились ее искать, – сказала мамочка.
– И зашли в кафе, – добавил Минечка.
– Там сидели мальчики, – заулыбалась мамочка.
– И девочки, – заулыбался Минечка.
– Они ели вкусненькое мороженое, – улыбалась мамочка.
– С сиропчиком, – улыбался Минечка.
– И тут форточка открывается, – с облегчением вздохнула мамочка, – и влетает добрая…
– Ракета! – неожиданно выпалил Минечка.
– Игрушечная, – растерялась мамочка.
– Но с ядерной боеголовкой! – торжествовал Минечка.
– Ракета упала на пол, – побледнела мамочка.
– И… взорвалась! – радостно завопил Минечка.
– Всех разнесло, – горестно зарыдала мамочка.
– В клочья! – добавил Минечка.Девочка с планеты № 777
Жила-была на невидимой планете № 777 девочка. Звали ее Ирка Чижикова. И вот однажды летел к Юпитеру космический корабль с Земли. А в корабле сидел космонавт по фамилии Бочкарев. Ему поручили выяснить – есть ли на Юпитере разумные существа. А так как планета № 777 была невидима, то Бочкарев на своем корабле к-а-ак врежется в нее!.. Надел Бочкарев скафандр и вылез наружу. Огляделся. Никого. Только кто-то песенку поет. Заглянул за корабль – а это Ирка Чижикова поет.
– Здрасьте, – говорит ей космонавт Бочкарев, – рад познакомиться. Я представитель земной цивилизации. По фамилии Бочкарев.
Чижикова как увидела Бочкарева, так сразу в него и влюбилась.
– Бочкарев! – воскликнула она. – Какое прекрасное имя! Оно звучит, словно музыка: Боч-ка-рев… Я вас люблю, оставайтесь здесь.
– Кха-кха… – смущенно кашлянул Бочкарев. – Видите ли, в чем дело, гм… Вы ведь маленькая девочка, а я взрослый мужчина.
– Это я только с виду маленькая девочка, – пояснила Ирка. – А в душе мне уже тыща лет.
– А как вас зовут? – спросил космонавт Бочкарев, чтобы перевести разговор на другую тему.
– Ирка Чижикова, – отвечает Ирка. – У меня папа с Земли, а мама с Юпитера.
– Классно! – обрадовался Бочкарев. – Значит, на Юпитере есть разумные существа!
В этот момент на корабле заработала рация.
– Бочкарев, – интересуется рация мужским басом, – ты прилетел на Юпитер?
– Ой, – ойкнул космонавт Бочкарев. – Это ж генерал Иван Степаныч, самый главный мой начальник… Товарищ генерал, – заговорил Бочкарев в микрофон. – Докладываю! Тут, значит, такое дело… В общем, на пути к Юпитеру я врезался в невидимую планету под названием… Как планета-то называется? – шепотом спросил он у Ирки.
– Семьсот семьдесят семь, – тоже шепотом подсказала ему Чижикова.
– Под названием семьсот семьдесят семь, – повторил Бочкарев в микрофон. – Разумная жизнь не обнаружена.
– Ни фига ж себе! – обиделась Ирка. – А я что, по-вашему, не разумная жизнь?!
– Ой, простите, пожалуйста, – спохватился Бочкарев и сказал в микрофон: – Обнаружена девочка. Ирка Чижикова.
– Иринка! – обрадовано закричал с Земли генерал. – Как поживаешь, доченька?!
– Нормально, пап! – закричала Ирка в ответ.
– Как там мама? – продолжал интересоваться генерал.
– Цветет и пахнет!
– Смотри не забывай ее поливать и окучивать.
– Хорошо, пап.
Космонавт Бочкарев слушает этот разговор и ничего не понимает.
– А ты что, папка, генералом стал?! – в свою очередь интересуется Ирка.
– Так точно!
– Молодец, папочка! Я горжусь тобой!
– А как тебе мой Бочкарев? – спрашивает генерал.
– Отличный парень! – отвечает Ирка. – Я за него замуж хочу выйти.
– Не рановато ли замуж собралась, дочурка?
– Ну, па-а-п-к, – протянула Ирка, – Мне ж тыща лет по юпитерианскому календарю.
– Ах, да! – вспомнил Иван Степаныч. – У вас же на Юпитере время быстрее, чем на Земле идет. Ладно, выходи… Ты как, Бочкарев, не против?
– Никак нет, товарищ генерал, – смущенно ответил космонавт Бочкарев.
– Тогда совет вам да любовь, – сказал генерал напутственное слово. И отключился.
– И как это я сразу-то не понял, – стукнул себя по гермошлему Бочкарев. – Ведь у товарища генерала тоже фамилия Чижиков… А где он познакомился с вашей мамой?
– О-о, это о-очень романтическая история, – говорит Ирка. – Они познакомились на Марсе.
– Да, да, да, – припомнил Бочкарев. – Иван же Степаныч – первый землянин, ступивший на поверхность Марса.
– А моя мама – первая юпитерианка, ступившая на марсианскую почву. Вот на этой почве они и познакомились. В те годы мама была юным созданием со множеством ярко-красных бутонов…
– Так ваша мама – растение?! – догадался Бочкарев.
– Да, она относится к флоре, – подтвердила Ирка. – А папа – к фауне. Поэтому мамины родители были категорически против такого неравного брака. Мама первое время очень страдала. Даже чуть не засохла с горя. Но, к счастью, вскоре родилась я, и она снова расцвела.
– Все это, конечно, хорошо, – сказал Бочкарев. – Но где мы будем жить, когда поженимся?.. На Земле я живу в общежитии для космонавтов. Когда получу квартиру – неизвестно.
– А у нас на Юпитере вместо квартир дают планеты, – похвасталась Ирка.