Радости принца не было границ. А уж про Светку и говорить нечего. Она и вовсе двух зайчиков убила: и от колдовских чар избавилась, и за настоящего принца замуж вышла, став настоящей принцессой.
И стали они жить-поживать да добра наживать.
И все было бы хорошо, но печалилась принцесса Светка о бедных своих родителях, которые остались в России на пороге нищеты. И решила она попросить принца Закира, чтобы тот отпустил ее ненадолго в далекую Россию, навестить папочку с мамочкой. Но принц Закир ни на минуту не хотел расставаться со своим сокровищем. И, снарядивши корабль, пожелал самолично сопровождать молодую супругу в дальние края. (Кстати сказать, и мудрый визирь Фаиз тоже отправился в путешествие на этом корабле. С познавательной целью).
Обогнув африканский континент, пройдя мимо Испании и достигнув берегов Франции, корабль вошел в свинцовые воды Балтийского моря и вскоре пришвартовался в городе Петербурге. Ну а отсюда до Светкиной деревни было рукой подать: вначале по реке Неве, которая впадает в реку Волгу, потом по реке Волге, которая впадает в реку Дон, а затем по реке Дон, которая впадает в речушку Грязнушку, по берегам которой вольно раскинулось русское село с тем же названием.
Сами видите – недалеко.
И года не прошло, как путешественники покинули Персию, а вот уже принцесса Светка с бьющимся от волнения сердцем вступила на родные берега.
А родители совсем уж от бедности загибаются. Избушка развалилась; трактор не пашет; коровы не доятся; телевизор не включается… В довершение всех бед закрылся мясной магазин, так что Светкины родители даже мясного духа лишились.
Увидели батюшка с матушкой свою Светлану в шелковых шароварах да в шелковом тюрбане и чуть с ума не сошли от радости. Еще бы – дочка-утопленница с того света вернулась! А принц Закир – в знак благодарности, что они народили на свет такое чудо, как его ненаглядная Светочка – раскошелился и купил Светкиному отцу – тракторный завод, а Светкиной матери – молочную ферму.
Между тем мудрый визирь Фаиз, путешествуя по бескрайним российским просторам, обратил внимание на то, что по берегам рек и озер в изобилии водятся зеленые квакающие существа. Он тут же прервал свое путешествие и отправился в престольный град Москву, где и подписал с тамошним правителем соглашение, по которому все лягушки в России вылавливаются и отправляются в Персию.
И с того времени каждый персидский юноша, достигший брачного возраста, получал из рук шаха Бахтияра персональную лягушку, целовал ее, и она, как по команде, превращалась в писаную русскую красавицу.
Вот так мудрый визирь Фаиз успешно решил проблему с недородом девочек. Впоследствии многие русские девушки специально превращались в лягушек, чтобы уехать в Персию и там выйти замуж.
Что же касается принца Закира и принцессы Светки, то по возвращении из России у них, как ни странно, родилась именно девочка, которая сразу же начала петь. Счастливые родители назвали ее Гюзель (что по-персидски означает «певунья»).
Но это уже совсем другая история.
Маленькая горбунья
В одной холодной и неуютной стране жила маленькая девочка по имени Эмма. В этой стране люди были очень злые, они постоянно ругались друг с другом, а порой даже и дрались. Эмма же была девочкой тихой и застенчивой. Родители у нее умерли, и она временно жила у дяди с тетей. Почему – временно?.. Да потому что в этой стране везде были очереди. Очередь, чтобы попить воды; очередь, чтобы поесть хлеба… Вот и в сиротский приют, куда дядя с тетей хотели сдать маленькую Эмму, тоже была очередь.
Жилось Эмме у дяди с тетей несладко; она много работала, а в редкие свободные минутки грустно смотрела в окно. Зимой за окном шел снег; осенью за окном шел дождь. А весны и лета в этой неуютной стране никогда не было.
И вот однажды зимним утром Эмма почувствовала боль в лопатках. На другой день боль усилилась. А на третий день смотрит Эмма в зеркало и глазам не верит: у нее за спиной выросли… крылья.
Да, да, самые настоящие крылья. Как у лебедя.
Тут в комнату вошла толстая тетя. Она жевала кусок колбасы. Тетя сразу увидела крылья.
– Эт-то еще че такое?! – сказала она. А потом как заорет: – Харито-о-н!
Тут же явился толстый дядя. С кухонным ножом. Дядя разделывал на кухне мясо для котлет.
– Че? – спросил он.
– Гля-ка, – показала тетя. – У этой паршивки крылья выросли.
– Счас отрежем, – подскочил дядя к Эмме и взмахнул ножом.
Эмма вся сжалась от страха.
– Да погоди ты, – остановила тетя дядю. – Слушай, че я придумала. Мы оденем на крылья чехол, и пускай девчонка возле церкви побирается. Может горбатой кто и даст денежку.
– А мы эти денежки копить будем! – подхватил дядя.
Они заставили Эмму сшить чехол, и теперь вместо белоснежных крыльев у нее за спиной торчал уродливый горб. Тетя отвела Эмму к церкви.
– Смотри, – пригрозила она, – принесешь мало денег – накажу.
И ушла домой есть котлеты.
Было холодно, и Эмма вскоре почувствовала, что замерзает. Чтобы немного согреться, она отправилась бродить по улочкам и переулкам, вокруг церкви. Шла Эмма, шла, и вдруг с ней стали твориться необъяснимые вещи.
С одной стороны – она так и идет по заснеженной улице; а с другой стороны – видит, что она находится в волшебной стране.
В этой стране растут огромные-преогромные цветы, над которыми, как птицы, летают прекрасные белокрылые юноши и девушки.
Видит Эмма, что и она превратилась в прекрасную девушку. Уродливый чехол, в котором прятались Эммины крылья, исчез. Эмма свободно взмахнула крыльями и… полетела.
Навстречу ей летел прекрасный юноша.
– Как вас зовут? – спросил он у Эммы.
– Эмма, – ответила Эмма. – А вас?
– Норман, – сказал юноша.
Молодые люди сразу же влюбились друг в друга, но…
Но тут Эмма вновь оказалась у церкви. Опять она была маленькой горбуньей в стареньком пальто.
«Ну вот, – печально подумала девочка, – я уже схожу с ума. У меня начались галлюцинации».
Только она успела это подумать, как к ней подошел мальчик. Одет он был так же, как и Эмма, в старенькое пальто. А за спиной у него так же, как у Эммы, торчал уродливый горб.
– Эмма? – неуверенно произнес мальчик.
Девочка вгляделась в его лицо.
– Норман, – прошептала она. – Значит, это была не галлюцинация?
…И с тех пор они каждый день, взявшись за руки, уносились в волшебную страну, где всегда было лето и никогда не было ночи.
Но однажды, вернувшись в неуютную и холодную страну, они увидели, что их здесь уже нет. Ударили сильные морозы, и детские горбатые тела замерзли возле церкви. И их закопали на кладбище.
Эмма и Норман, конечно, обрадовались, что все так удачно получилось. Ведь они знали, что они вовсе не умерли… И взмахнув крыльями, Эмма и Норман уже навсегда улетели в страну вечного счастья, вечного солнца и вечной любви.Домик на краю жизни
Жил на свете старый сказочник. Он жил в маленьком домике, который стоял на самом краю жизни.
А когда-то, когда старый сказочник был еще молодым сказочником, он жил в большом городе, где было полным-полно детей. И сказочник с вечера до утра писал свои сказки, а с утра до вечера читал и рассказывал их детям… Читал… читал… рассказывал… рассказывал… А годы шли… шли… И молодой сказочник постепенно превратился в старого сказочника; а дети, которым он читал и рассказывал свои сказки, выросли и стали взрослыми. Новым же детям старые сказки старого сказочника были ни к чему. Им хотелось чего-нибудь новенького.
Поэтому старый сказочник и переехал из большого города на самый край жизни. Построил здесь домик и…
И стал в нем жить.
А чтобы не скучать в одиночестве, старый сказочник выдумал себе маленькую девочку по имени Эс; а чтобы ей было не скучно, он выдумал для нее пушистого кота по фамилии Филимонов; а чтобы коту было не скучно, старый сказочник выдумал семерых мышат. Ну а уж мышатам скучать не приходилось; Филимонов гонял их по всему дому с утра до вечера.
Вечерами же все собирались на деревянном крылечке, и старый сказочник рассказывал свои сказки.
Так они и жили.
Но вот однажды в домик на краю жизни кто-то постучал: тук-тук-тук.
– К нам пришли гости! – обрадовалась маленькая Эс.
– Нет, – сказал старый сказочник, – это не гости. Это пришло мое время. Пора в путь.
И он начал собираться.
Впрочем, собирать ему было особенно нечего, потому что, кроме старых книжек с его старыми сказками, у него больше ничего не было. Да и эти книжки он решил не брать с собой, а оставить маленькой Эс.
Маленькая Эс посмотрела в глаза старого сказочника, и ее собственные глаза наполнились слезами.
– Ты уходишь за край жизни? – тихо спросила она. – И больше никогда-никогда не вернешься? Значит, ты… умрешь.
– Ничего подобного, – возразил старый сказочник. – Есть люди, которые умирают, а есть – которые не умирают. Я просто теперь буду жить… на Луне. Во-о-н там, – кивнул он на окно, за которым висела Луна.
Маленькая Эс задумчиво посмотрела на оранжевую, словно апельсин, Луну.
– И долго ты там собираешься жить?
– До тех пор, пока ты будешь меня помнить, – ответил старый сказочник.
Тогда маленькая Эс достала из сундучка свитер, который она сама связала, и протянула старому сказочнику:
– Вот, возьми. На Луне ведь очень холодно. Он тебе там пригодится.
– Какой тепленький, – сказал старый сказочник, надев свитер. – Буду кататься в нем на лыжах. С лунных горок.
И погладив по шерстке кота Филимона и семерых мышат, старый сказочник отправился за край жизни. А маленькая Эс пошла его провожать. Когда они подошли к самому краю жизни, старый сказочник сказал:
– Пока-пока, маленькая Эс. Дальше я пойду один.
И он пошел по дороге, по которой в свое время придется пойти абсолютно всем, в том числе и вам, мои маленькие читатели и читательницы. Маленькая Эс глядела ему вслед; все глядела, глядела, глядела… И ей очень хотелось, чтобы старый сказочник вернулся. Хотя бы на минуточку.