1 августа 1924 года Мавзолей Ленина был открыт для посещения.
После завершения работ по бальзамированию тела Ленина жизнь Воробьева и Збарского круто изменилась: они стали знаменитыми, их имена стали известны всему народу.
Дальнейшая судьба Воробьева сложилась счастливо. Тотчас по завершении работ в Мавзолее он уехал в Харьков, оставив тело Ленина на попечение Збарского. Украина встретила его с почетом. Воробьеву выделяют деньги на ремонт кафедры анатомии и на закупку необходимого оснащения в Германии.
На конференции анатомов, которая проходила в 1924 году в Харькове, политически ориентированный профессор В. И. Тонков – известный ленинградский анатом, уже убежден, что «центр современной анатомической
науки отныне переместился из Ленинграда в Харьков». На Воробьева сыплются награды: в 1927 году – премия имени Ленина, в 1934 году он получает (вместе с Б. И. Збарским) редкий в то время орден Ленина – высшую правительственную награду, его избирают членом Украинской Академии наук и даже членом ЦИК Украины (1935 год). Ему предоставляются правительственные привилегии, предусмотренные специальным решением: «Анатом, академик ВУАН, руководитель кафедры анатомии человека, награжденный орденом Ленина, Воробьев Владимир Петрович вносится в список научных работников УССР, выдающихся крупных ученых, подлежащих обслуживанию комиссии содействия ученым при СНК Союза ССР» (ЦГАОР УССР. Ф. 331. Оп. 2. Д. 48. Л. 18).
Важным делом своей жизни Воробьев считал создание полноценного анатомического музея, прекрасно сделанные препараты которого явились основой богато иллюстрированных учебников (1932, 1935–1936 годы), а затем и 5 томов «Атласа анатомии человека». Издание «Атласа» было завершено в 1942 году, уже после смерти Воробьева, который умер внезапно во время наркоза на операционном столе 31 октября 1937 года в возрасте 61 года.
Судьба Б. И. Збарского, складывающаяся в первые десятилетия после бальзамирования тела Ленина вполне благополучно, закончилась, к сожалению, трагично. Как и Воробьев, он был удостоен многих правительственных наград. Ему было присуждено высшее звание – Героя Социалистического Труда (1945), заслуженного деятеля науки, лауреата Государственной премии СССР (1944). Он имел более десятка разных орденов и медалей, стал одним из организаторов Академии медицинских наук, членом ее бюро и президиума. Когда в 1939 году была создана научная лаборатория при Мавзолее, Б. И. Збарский стал ее бессменным директором.
Збарский заведовал кафедрой биохимии, вначале во 2-м Московском медицинском институте (1930–1934 годы), затем до конца своей жизни – в 1-м Московском медицинском институте. Научные интересы Б. И. Збарского были сосредоточены вокруг проблем биохимии белка и опухолевого роста.
Однако в 1952 году Збарский был арестован. В 1953 году после смерти Сталина реабилитирован. Дни его после этого уже были сочтены: 7 октября 1954 года в возрасте 69 лет Збарский скончался.
Секреты бальзамирования
По рекомендации итогового заседания правительственной комиссии (26.07.1924 г.), в августе того же года было опубликовано сообщение Воробьева («Харьковский коммунист» от 1 августа), в котором он писал, что каждая клетка прежде всего «должна быть пропитана невысыхающими веществами, которые притягивали бы влагу из окружающего воздуха. Такими веществами являлись глицерин и уксуснокислый калий; глицерин никогда не высыхает, уксуснокислый калий особенно жадно притягивает влагу. Поэтому клетка, пропитанная этими веществами, никогда не может ни загнить, так как глицерин хорошо консервирует, ни высохнуть, если в окружающей среде будет находиться некоторое количество влаги».
Воробьев описывает также принципы устранения пигментных пятен или пергаментных пятен высыхания. Он говорит о трех этапах: первый – аппликация воды, второй – смеси воды с раствором уксусной кислоты и третий – «взбучивание» с помощью перекиси водорода. Наконец, Воробьев постоянно напоминает, что его и Збарского заслугой является применение метода Мельникова-Разведенкова «не к отдельным органам, как это ранее практиковалось, а к целому человеческому телу, чего еще никто нигде не пробовал делать» (Укр. мед. архив. 1930. Т. 5. С. 148).
Впрочем, несколько иного мнения придерживался Збарский. В 1939 году в одном из своих выступлений (19 января) в связи с 15-летием бальзамирования Ленина Збарский вспоминает о весне 1924 года: «Почти все ученые на заседаниях высказались о невозможности длительного сохранения тела в указанных условиях. В то время у меня с Воробьевым и возникла идея нового метода, дающего возможность такого сохранения».
Позже, уже в 1943 году, на совещании ученых в Тюмени, куда было эвакуировано тело Ленина, Збарский сказал: «Теперь к вопросу о приоритете. Это вопрос очень большой. Он не лично мой, а советский. В нашей стране впервые в мире было это осуществлено, и нигде это не повторено до сих пор. За границей, – подчеркнул он, – имеется много статей о сохранении тела Владимира Ильича. Статьи исключительно хвалебные. Американцы даже пишут, что это гениальная работа».
Автор вынужден писать обо всем этом, чтобы избежать упреков (или даже, не дай Бог, преследований?!) в том, что в этой книге якобы открыты секреты бальзамирования, представляющие государственные интересы. По сути дела, эти «секреты» давно уже открыты. Более того, любознательный читатель может самостоятельно найти описание способа, примененного при бальзамировании Ленина, даже в Большой Советской Энциклопедии (БСЭ. 2-е изд. М., 1950. Т. 4. С. 175: «Кроме того, если тело было уже набальзамировано раньше введением в его сосуды формалина, можно пропитать его глицерином или глицериново-уксусно-натриевой смесью посредством погружения тела… в ванну, наполненную указанной жидкостью. Сходный способ был применен профессорами В. П. Воробьевым и Б. И. Збарским при бальзамировании тела В. И. Ленина»).
Так все-таки почему же с 1939 года все исследования лаборатории, протоколы совещаний, все материалы, так или иначе связанные с Мавзолеем Ленина, были строго засекречены?
Вероятно, были соображения чисто гуманного свойства: не совсем этично рассказывать о тех или иных манипуляциях на теле покойного вождя. По официальной версии сталинского времени, нельзя было публиковать любые сведения, которые могли бы как-то «приземлить», «принизить» образ вождя. В двухтомной «Биографии Ленина» (1987) можно проследить весь его путь в революции и истории партии и не найти почти ничего, что касалось бы личной его жизни.
Возможно и другое: те, кто решал этот вопрос, искренне считали, что действительно существует тайна бальзамирования, особый метод Воробьева – Збарского, который заграничные разведки будто бы всячески стремятся разузнать.
Думаю, впрочем, что «закрытость» лаборатории была «полезна» и тем, кто в ней работал: оклад был здесь повышен (по причине секретности), да и условия работы были хорошими, так как правительство не скупилось на закупку современного оборудования и реактивов для лаборатории.
Впрочем, секретность оказалась теперь, в наше время, выгодной. В сегодняшних условиях, когда лаборатория стала частью коммерческой структуры, занимающейся бальзамированием, все технические, научные, манипуляционные маленькие и большие нововведения, усовершенствования и т. д., которые были добыты за десятки лет работы сотрудниками лаборатории, приобретают определенную коммерческую ценность.
Эвакуация тела Ленина
Тюмень
Одним из сложных периодов в истории лаборатории была эвакуация тела Ленина в тогда еще маленький сибирский город Тюмень во время войны 1941–1945 годов. Это второе «путешествие» Ленина, длившееся 1360 дней с июля 1941 года по март 1945 года, впервые кратко упомянуто Б. И. Збарским в его книге «Мавзолей В. И. Ленина» (1946).
Любопытно, что об этой эпопее до выхода книги Б. И. Збарского, в сущности, никто не знал: так четко была налажена конспиративная служба.
Уже через десять дней после нападения фашистской Германии возникла реальная угроза бомбежек Москвы. Военная комиссия, обследовавшая 4 июля 1941 года Мавзолей, пришла к выводу о целесообразности эвакуации тела Ленина в другое, безопасное место.
Комендант Кремля Н. К. Спиридонов немедленно уведомил Б. И. Збарского о возможной эвакуации тела Ленина. Б. И. Збарского вызвали в Кремль к А. И. Микояну и Л. М. Кагановичу. На вопрос, можно ли перевезти и сохранить тело Ленина в непривычных условиях, Б. И. Збарский ответил: «Конечно, это представляет трудности, но это выполнимо».
В докладной записке на имя наркома НКВД Л. П. Берии Збарский изложил суть дела. О предстоящем отъезде Збарский известил также и наркома здравоохранения Г. А. Митерева. В ночь со 2 на 3 июля было принято решение правительства, подписанное И. В. Сталиным, об эвакуации тела В. И. Ленина в Тюмень. 3 июля в 5 часов утра о решении правительства Б. И. Збарскому сообщили официально и просили подготовить все необходимое к отъезду сегодня же к вечеру.
В тот же день был изготовлен гроб из прочного дерева (чинары). На краях крышки были сделаны продольные выступы, входившие в пазы по периметру основания гроба. Заказан был и щит из целлулоида для прикрытия лица бальзамированного тела. Стеклянная полуванна, в которой обычно покоилось тело Ленина, не годилась для перевозки – она была слишком тяжела (вес ее был более 100 кг), к тому же она в дороге могла расколоться. Тело было обернуто простыней, смоченной бальзамирующим раствором, которую скрепили резиновыми бинтами. Стенки деревянного гроба были пропитаны парафином, пазы по краям гроба для герметизации заполнили вазелином.
К 16 часам тело было уложено в деревянный гроб, затем помещено в прочный ящик. Гроб вынесли из Мавзолея красноармейцы, поместили его в кузов грузового автомобиля и по улицам опустевшей Москвы повезли к Казанскому вокзалу. Кортеж прибыл на один из далеких запасных путей, где уже стоял специальный поезд, состоявший из вагона-холодильника, двух вагонов для охраны, вагона-салона для Б. И. Збарского, С. Р. Мардашева, И. Б. Збарского и их семей (Р. Синельников приедет в Тюмень позже), двух грузовых вагонов, куда были заранее привезены необходимое оборудование и химические реактивы. В 17 часов тело было сдано по акту Б. И. Збарскому и внесено в вагон-холодильник, перегороженный на 2 половины; в одну из них поместили гроб с телом, в другой была поставлена вооруженная охрана.