- Ну ты отожгла, подруга, - пророкотал ящер и отодвинулся.
Я подняла голову, которую до этого накрывала руками, и прифигела. Нет, правда, такого я не видела даже в кино. Пещера исчезла. Вместо нее в отдалении была сложена аккуратная горка камней вперемешку с каким-то мусором, в котором угадывалось золото и драгоценные камни.
- Ик! – помотала я ничего не соображающей башкой, которая, впрочем, мгновенно отреагировала на обвинение. – Это не я! Я ведьма, а не сапер! Да я даже формулу фосгена не знаю, а уж порох для меня просто красивое слово!
- Ты сама по себе оружие, - пророкотал дракон, склоняя голову на бок и одним глазом кося на застывшую в изумлении армию во главе с Ромуальдом.
- Тогда счас застрелю! – рявкнула я, нервно отряхивая свое похоронное рубище. – Любого, кто дернется в мою сторону!
- Снежная дева, - выродил из себя Ромуальд, весь такой торжественный и опустился на колени.
- Не дави на спусковой крючок, - честно пообещала я, тыкая в него пальцем не поворачивая головы. – У меня все еще состояние аффекта!
- Зоя! – вылетел к нам взъерошенный, запыхавшийся Гри. – Ты в порядке?
Кот углядел рядом со мной дракона, прыгнул между нами, выгнул спину, выпуская когти и прошипел:
- Только тронь ее!
- А зачем? – уставился на него потрясенный такой наглостью дракон. – Нет, она, конечно, красотка, но мы даже не знакомы!
- Все! – у меня сорвало крышу, и она упорхнула в небесную даль, прихватив с собой осторожность и самосохранение. Я подскочила к дракону, врезала ему кулаком по морде, которую он так кстати наклонил. Потрясла ушибленной рукой. Повернулась к рыцарю, прошипев сквозь зубы: - А тебе повезло, что я лежачих не бью! – вне логики долбанув его в ухо. И гордо пошла отсюда.
- Зоя! – догнал меня Гри. Оглядел с ног до головы: - Что это на тебе за погань?
- Эти заботливые дяди, - кипела я от возмущения и праведной злости, - снабдили меня саваном! Сказали, к дракону в другом виде нельзя! У него будет расстройство желудка!
- Желудок у меня крепкий, - заверила меня эта чапчерица. – И белый цвет мне нравится! И девушек я иногда уважаю…
- Тебе не повезло! – живо развернулась я в его сторону. – Ненавижу белый цвет! Не перевариваю наглых мужиков! И с сегодняшнего дня терпеть не могу драконов!
- Снимай эту гадость! – вцепился в меня когтями Гри. Но только задрал подол, как сразу передумал. – Знаешь, поскольку на тебе там очень мало чего осталось, а нам еще до дома добираться, ты пока в этом походи, ладно?
- Зоя! – к нам присоединились пыхтящий леший, злющий кентавр, бьющий копытами, стая волков, вооруженных увесистыми дубинами, и чертово семейство с вилами. – Помощь нужна?
- Ну и кто теперь кого? – фыркнула я, обозревая попятившихся людей и заинтересовавшегося дракона. Честно предупредила: - Если кто-то из вас ко мне за зельем припрется или лечится надумает – пусть сначала хорошо подумает! Я ж так вылечу, что родная мама не узнает!
- Ведьма? – прозрел рыцарь, все так же стоя на коленях и потирая ухо. – Лесная ведьма?
- Злая ведьма, - поправила я его, забираясь на подставленный круп кентавра. – Очень-очень злая ведьма! А очень-очень-очень злые ведьмы очень-очень-очень-очень хорошо помнят свои обиды! И если я хоть раз тебя вблизи увижу, то тебя уже никто не увидит, никак!
И мы все ушли домой. Правда, чертово семейство и волчья стая слегка задержались. Видимо, соскучились по общению. А кто я такая чтобы мешать людям развлекаться?
- Зоя, - бежал рядом со мной Гри, - прости, что оставил тебя одну. Мне даже в голову не могло прийти, что тебя могут похитить.
- Да ладно, - махнула я ладошкой, борясь со сном. – Чтобы ты им сделал? Их там видел сколько было? И все хотели Снежную деву!
Над нами пролетел дракон, расправив громадные крылья.
- Теперь все будет хорошо, - заверил меня кошак. – А с тебя глаз не спущу! Пылинке не дам упасть!
- Мне так грязной и ходить? – зевнула я, прикрываясь рукой. – Пусть грязь сама пластами отваливается?
- Чего они хотели? – влез молчавший до этого Леви, сердито скрипевший всеми суставами.
- Меня они хотели, - не подумав брякнула я, с трудом держа глаза открытыми. – Всем скопом. Где, орали, наша Снежная дева!
- Сейчас приду, - отреагировал леший и смылся.
- Куда это он? – вяло поинтересовалась я, лениво раздумывая: если я обниму Кента за талию и прикорну – это же не будет считаться домогательством?
- Увидишь, - загадочно прошипел Гри, чуть ли сыпля искрами с шерсти.
И правда, не прошло и получаса, как мимо нас на всех парах пронеслась вся королевская рать пешедралом. И на заднице у каждого висел либо волк с дубиной, либо черт с вилами. И всем этим дирижировал довольный Леви, покрикивавший:
- Деву они захотели! Такая ведьма нам самим нужна!
- Приятно, черт побери, - мурлыкнула я, утыкаясь лбом в теплую мускулистую спину кентавра и проваливаясь в сон.
- Это что такое?!! – разбудил меня истошный крик кота. – Это по какому праву я вас спрашиваю?
- Что такое? – подорвалась я, чуть не свалившись на землю. Распахнула глаза и все равно рухнула. Встала, потирая пятую точку, не переставая пялиться на довольного дракона, занявшего почти всю поляну. – А вам тут чего надо?
- Ты меня дома лишила? – наклонил башку дракон, разглядывая меня, как в первый раз. Типа, раньше не видел, только мельком посмотрел.
- Не было этого, - мгновенно открестилась я, на всякий случай скрещивая за спиной пальцы. – Это все навет, клевета и инсинуации!
- Лишила, - удовлетворенно сказал ящер. – А поскольку я теперь бездомный, то буду жить тут…
- Еще один сумасшедший на мою голову, - выругалась я и попыталась решить дело миром, мысленно готовясь к войне: - Вы где тут жить собрались? Землянку выкопаете? Представляете, как звучит – землянка для дракона! Круть!
- Зачем так экстремально? – оскалился ящер. Честное слово, симпатичнее от этого он не стал. – Я могу и тут пожить.
- Где? – мне даже спать расхотелось. – Был один придурочный, тоже хотел пожить в теремке, залез на крышу и похоронил всех к едреной матери! Потом блинчики доставали и скатывали, чтобы меньше места занимали в братской могиле.
- Ну, все не так плохо, - заметил дракон и превратился в человека. Посмотрел на меня умными золотистыми глазами и заявил: - Видишь, не все так уж и страшно…
- Нет, - загородил меня собой Гри, - страшно! Быстро превращайся обратно – так безопаснее! Нечего одинокой ведьме под одной крышей с мужиком жить!
- А Ромуальд? – напомнила я злобствующему коту.
- Этот не считается, - отрезал кошак, с неприкрытой враждебностью глядя на новоявленного красавца, который, впрочем, не вызывал у меня никаких чувств. То ли я устала и не воспринимала его как объект поклонения, то ли у меня уже выработался иммунитет. А что? Столько времени с Ромуальдом бок о бок и никаких слюней – ах, какой мужчина, давай срочно стребую с тебя алименты за дочку и сына. – Он больной, а ты была под прикрытием!
- Тьфу на все! – заявила я. Подошла к друзьям, обняла Кента и Леви, попрощалась и пошла спать, напоследок рявкнув: - Если кто-то утром хочет открыть глаза живым, то ему лучше держаться от меня подальше! – и от души хлопнула дверью, чтоб им тоже жизнь малиной не казалась.
А ночью ко мне пришел Грегори…
- Зоя… - Измученный, исхудавший, он стоял у входа, где на последнем издыхании слабо теплилась крошечная масляная лампадка, и смотрел на меня темным, непроницаемым взглядом, который я ощущала кожей. Потом мужчина медленно, неспешно приблизился, двигаясь, словно я пугливая лань, и он боится резким движением меня испугать.
Его рубашка смутно белела в ночном сумраке. Босые ноги, одетые в темные штаны, вызывали много вопросов. Я никогда не видела щеголеватого Грегори необутым, ни разу. Он всегда блестел начищенными сапогами, был ухожен и свежевыбрит. И я никогда не видела его настолько растрепанным, словно Грегори черти всей командой в футбол играли. И особенно старался Чертова Малютка.
Лампадка в последний раз дернулась и погасла.
Во сне мы оба почему-то стояли посреди моей избушки бабы-яги, было тихо и темно, потом появился тусклый источник света, неясное свечение у нас над головами. Где-то далеко запиликал сверчок, ночной артист погорелого театра, но здесь и сейчас мы были одни в целом свете.
Грегори сделал шаг вперед и, склонившись, прижался лбом к моему, тесно обнимая горячими руками и притискивая к себе. Его колотила мелкая дрожь. Он шепнул:
- Боже, я так за тебя боялся. Думал, с ума сойду от страха, пока искал возможность прийти.
Даже не пытаясь скрыть слезы радости, я призналась:
- Ты не поверишь, я и сама за себя боялась. - Потерлась лицом о его лицо: - Куда ты пропал? Было время, когда я совсем отчаялась, думала... А, впрочем, не хочу больше об этом вспоминать. Ты же не бросишь меня больше? Не оставишь? Будешь, как и прежде приходить?
- Нет. Не брошу и не оставлю, клянусь Небом, - пообещал мой самый близкий и единственный родной человек, прижимая мою голову к своей груди. – Даже если будешь прогонять. Не могу без тебя, Зоя…
За дверью громыхнуло и начался ливень с градом. Огромные градины, словно булыжники, лупили по крыше, по стенам, задевая окошки, затянутые слюдой. И что-то бренчало, стучало и…
- Дай мне пять минут, дорогая, - бережно отстранил меня от себя мужчина и исчез, оставляя недоумение и пустоту.
- Какого хрена! – орал снаружи Гри, надрывая свою луженую глотку. – Вам что другого места не нашлось? Ну и что, что традиция! Сейчас вы этой традицией у меня оба схлопочете по самому нужному всем особям мужского пола, вне зависимости от расы!
- Блин! – повернулась я на другой бок, сильно зажмурившись. – В кои-то веки встретилась с другом, а тут концерты, как в марте под валерианку.
Но вставать и выяснять подробности мне не хотелось. А хотелось снова провалиться в сон и вернуться в тепло надежных рук. И моя мечта сбылась.