ая о тяжелых последствиях для тех, кто злоупотреблял им. Хороший секс, по их словам, способствовал хорошему пищеварению и аппетиту, тело благодаря ему становилось легким и проворным, он открывал поры и удалял флегму. При надлежащем сексе разум становился острее, уходили печаль, безумие и меланхолия. Однако плохой секс ужасно ослаблял и тело, и разум, высасывал силу и низводил человека до уровня животного. Между тем женщины, как существа, в которых господствует холодный, влажный, флегматический гумор, были одержимы сексом и неконтролируемым стремлением к горячей сущности мужчины. Каким бы похотливым ни был мужчина, у него хватало ума контролировать свои аппетиты, но женщины были слабыми.
Такие идеи не только были предметом дискуссий, но и в той или иной форме влияли на сексуальное поведение и образ мыслей всего населения. Большинство мужчин и женщин женились и выходили замуж. Даже в конце XV века, когда католический идеал безбрачия оставался нерушимым, число тех, кто ему следовал — духовенства, ученых и членов религиозных орденов, — было довольно небольшим и составляло тысячи из 2,5-миллионного населения. В реальности брак часто считался важнейшим условием полноценной взрослой жизни и общественного статуса. Неженатый мужчина 50 лет от роду так же считался пятым колесом и вызывал смущение, как и незамужняя женщина того же возраста. Они не могли возглавлять домохозяйства. С чисто практической точки зрения одинокий мужчина или одинокая женщина испытывали банальную нехватку рабочей силы для выполнения мужских и женских обязанностей. Мужчины нуждались в женщинах, чтобы они готовили, варили эль, доили коров, стирали, ухаживали за птицей и огородом, независимо от того, был ли в семье ребенок. Женщины нуждались в мужчинах, чтобы они пахали и работали на полях, ухаживали за овцами и занимались ремеслом. Одинокий мужчина не мог стать подмастерьем или претендовать на местную управленческую должность. Не состоящие в браке лица считались ненадежными; у них было не так много обязанностей или связей, они жили на половинчатых правах в качестве временных членов чужих семей. Отсутствие у них сексуального опыта, хотя и вызывало уважение, тем не менее часто было поводом для насмешек.
Секс играл ключевую роль в браке. Без консумации брачный союз мог быть расторгнут; в успешном же браке секс связывал пару, сглаживал споры и укреплял любовь и терпение друг к другу. «Мудрец не может быть доволен девственностью своей супруги, — писал Эдмунд Тилни, — но в настоящее время мало что нужно сделать, чтобы он мог украсть и ее личную волю, и аппетит, так чтобы два тела сделались одним единственным сердцем». Брак, по словам Тилни и многих других авторов, мог быть трудным, и ему приходилось переживать множество бурь. Для сохранения здоровья, благополучия и счастья не только партнеров, но и их детей, слуг и родни, необходимо, чтобы брак был крепким. Радость от происходившего на брачной постели помогала сформировать глубокое чувство любви и уважения, которое способствовало преодолению трудностей. С появлением разногласий физическая близость, как считалось, приводила к примирению. Например, в анонимных «Сказках и быстрых ответах, очень веселых и легких для чтения» (Tales and Quick Answers, Very Mery, and Pleasant to Rede, 1567) говорится о вдове, которая хотела иметь мужа «не ради приятных игр», а скорее в качестве делового партнера для защиты в мире мужчин, но, когда ее подруга нашла ей подходящего, но бессильного в постели кандидата, она отвергла его: «Все же я хочу, чтобы мой муж был таким, с которым мы могли бы сойтись, когда будем ссориться».
В обществе в целом секс в браке считался позитивным опытом. Это был частный акт, но он имел и общественное значение, поскольку приносил пользу всему обществу, способствовал семейной гармонии и стабильности. В основе этой идеи лежало представление о том, что оба партнера будут получать удовольствие. В эпоху Тюдоров люди не воображали, что в постели по ночам один партнер будет играть активную роль, а другой просто ляжет и будет «думать об Англии». Секс был приятным занятием, которого с нетерпением ждали молодые и еще не вступившие в брак и на которое имели право рассчитывать и мужчины, и женщины. Молодым парам было рекомендовано не менять партнеров в супружеской жизни. Как рекомендует «Искусство любви» (The Art of Love, 1598): «Выбирай и не слишком юного, и не утомленного годами человека: ибо для любви лучше подходит тот возраст, когда человек находится в расцвете сил: то, что уже покинуло старика, делает его неспособным к сладким утехам, которых требует любовь, или неподходящим для них». Удовлетворение сексуальных потребностей вашего супруга — это семейный долг. Опасности, связанные с невыполнением сексуальных обязанностей, были предметом народного фарса. Немного женоненавистнический анонимный текст под названием «Женский обман» (The Deceyte of Women, 1557) представляет собой выполненный в народной традиции сборник историй о лжи и коварстве женщин, часто заводящих любовников за спиной мужа. Однако, несмотря на постоянный мотив, изображающий женщин морально распущенными, к обманутым ими мужчинам проявляют так же мало сочувствия. Как заявлено в одном заключении: «И если бы мой лорд сотворил бы это дома, то женщина никогда бы не пала до такого». Так что жена, не имея партнера на брачном ложе, найдет на его место другого. Другая история рассказывает, как «двое влюбленных собираются спать вместе и с любовью ласкать и целовать друг друга так сильно, что оба потеют ради достижения своей прекрасной цели»: яркого взаимного удовольствия от незаконной связи. Многие истории в этом и подобных сборниках посвящены пожилым мужчинам и молодым женам. Возможно, это эвфемизм для сексуально бессильных мужей. Мужчина, чья жена заводила любовника, становился «рогоносцем», посмешищем, слабаком и неудачником. Отсутствие сексуальной активности в супружеской постели считалось одним из главных факторов, которые доводили жен до измен. В таких рассказах обыгрываются древнегреческие представления о сексуальном аппетите холодных, влажных, флегматичных женщин, желающих получить горячее мужское семя.
С медицинской точки зрения секс рассматривался в терминах четырех телесных жидкостей. Считалось, что мужское семя возникало в организме в результате естественного процесса пищеварения. При третьем этапе процесса часть крови, не нужная для поддержания физического здоровья и функций организма, в яичках превращалась в сперму. Не существовало единого мнения о женской сексуальности. Некоторые считали, что в организме женщины кровь поступала в утробу матери для ребенка, которого она может зачать, а если зачатия не происходило, кровь естественным образом ежемесячно вытекала из организма. Другие полагали, что, хотя часть крови выполняла эту функцию, несколько драгоценных капель попадали в яичники и образовывали «женскую сперму». Сексуальный аппетит связывался с едой и особенно — с красным мясом, сахаром и вином, которые считались самыми питательными продуктами. Те, чей баланс телесных жидкостей был наиболее близок к сангвиническому, или кровяному, вероятно, имели наибольший сексуальный аппетит. Это убеждение особенно связывали с молодыми мужчинами, с теми, у кого были каштановые волосы и румяное лицо. Времена года также могли влиять на сексуальное желание. В холодные месяцы люди одеваются тепло, и тело естественным образом закрывает поры кожи, удерживая тепло, что, в свою очередь, приводит к лучшему, более полному процессу пищеварения. Улучшенное пищеварение приводит к увеличению объема крови, что дает яичкам больше топлива для работы и повода для выхода спермы. Желающим потушить огонь похоти советовали питаться умеренно, избегать красного мяса, не надевать на себя слишком много одежды, не укрываться покрывалом, а, наоборот, позволять прохладе вызывать легкую дрожь. Полезной считалась и тяжелая физическая работа, которая забирает кровь из яичек, чтобы подпитывать мышцы. На помощь целомудрию всегда приходила и молитва.
Во взглядах на анатомию врачи принадлежали к двум непримиримым лагерям. Одни считали, что женское чрево — это просто поле, в которое попадало мужское семя, оно только питало растущего ребенка, но не создавало его. Были и те, кто полагал, что зачатие требует смешения мужского и женского начал. Все медики сходились на том, что мужские половые органы состоят из полового члена и яичек. Преобразованию крови в сперму в яичках способствовало «трение», и, когда они заполнялись, а мужские мысли в обществе женщины обращались к похоти, его член раздувался от внутреннего ветра («ветрообразующие» продукты, такие как бобы, часто были предметом непристойных шуток). Нормальным размером пениса считались восемь или девять дюймов. Считалось, что крайняя плоть, описанная как «двойная» и «подвижная» в «Сокровищнице англичанина» (The Englishman’s Treasurie, 1587) Томаса Викария, помогала собрать семя, чтобы «тестикулы его выбросили; что доставляло большое удовольствие в процессе». Считалось, что удовольствие имело основополагающее значение для способности мужчины к деторождению, а крайняя плоть усиливала это удовольствие, обеспечивая быстрое и обильное семяизвержение. Обрезание для людей тюдоровской эпохи было ересью.
То, как предположительно работала сексуальная анатомия, сказывалось и на сексуальном поведении. Возможно, наиболее важной для многих людей была идея, что правое и левое яичко давали разное семя. Считалось, что правое яичко получало кровь непосредственно из сердца, так что это с большей вероятностью оказывалось «мужским семенем», в то время как левое яичко, при более слабом кровоснабжении, скорее всего, давало «женское семя». Поэтому пара, желающая зачать мальчика, может повысить шансы на успех, если во время полового акта левое яичко будет перевязано лентой, что предотвратит проникновение «женского семени».
Неразбериха, окружающая женскую анатомию, наводила некоторых на мысль о пассивной роли женщины в половой жизни: они считали, что наслаждение женщины во время акта просто готовило почву в ее утробе к попаданию мужского семени; а те, кто признавал необходимость женского семени для зачатия, полагали, что одного ее удовольствия было достаточно для стимулирования выхода этого семени. Те, кто считал, что у женщины есть семя, полагали, что женские гениталии повторяли форму мужских, просто находились внутри тела, а не снаружи. Если мужское семя называли горячим, белым и густым, то женское описывали как более жидкое, холодное и слабое.