тем хозяйки очень часто отдавали служанкам свою старую одежду. Поскольку многие семьи возражали против того, чтобы прислуга выглядела слишком модно (вопреки своему «низкому» положению), подаренную одежду часто продавали или передавали дальше. Эта практика была настолько распространена, что никто не удивлялся, видя на небогатых людях не слишком поношенную, но давно вышедшую из моды одежду. Вдобавок это дополнительно подстегивало развитие моды: если вы не следили за ней, то рисковали быть принятыми за прислугу.
Рис. 35. Карикатура из журнала Punch — кринолин вызывает замешательство под омелой[2].
Punch, 1857.
В одежде работающих женщин в 1830-х и 1840-х годах явно прослеживались региональные тенденции. Например, в рыбацких деревнях на северо-востоке женщины продолжали носить стеганые нижние юбки, которые были на пике моды в 1760-х годах. В других областях страны от них давно отказались, но на этом отрезке побережья жены рыбаков по-прежнему любили стеганые юбки и продолжали их шить. Местные жительницы воспринимали их не как старомодную нелепицу, а как элемент собственного уникального стиля. Региональный колорит прослеживался и в костюмах валлийских женщин с их знаменитыми высокими черными шляпами, красными шалями и юбками из полосатой шерстяной ткани местного производства. Ирландские женщины ходили босыми и носили короткие юбки до колен. Однако традиционная одежда соседствовала с быстро распространяющимися лондонскими модами, хотя и продолжала стойко удерживать свои позиции. Для этого были свои причины — например, женщина из долины Ронды могла столкнуться с тем, что дешевый набивной хлопок, которого было полно в Чешире и Хартфордшире, для нее не так доступен, как местная шерсть в грубоватую полоску. Определенную роль играли традиции, кроме того, в провинциях могли быть свои законодатели мод, которые задавали там тон. Нося одежду своего сообщества, человек чувствовал связь с родными местами — сходство с проезжими англичанами могло порой оказаться совсем некстати. По мере того, как железные дороги проникали во все уголки Британии, региональные тенденции постепенно утрачивали силу. Ткани стали примерно одинаково доступны во всех областях, люди начали больше ездить по стране. В 1861 году был отменен налог на бумагу, и это, вместе с рядом технологических усовершенствований в полиграфической промышленности, спровоцировало рост тиражей и падение цен на книги, журналы, листовки, каталоги и плакаты. Новости моды стали одной из самых быстро развивающихся отраслей в печати и помогли стандартизировать вкусы по всей стране. Прекрасные, раскрашенные вручную модные картинки из журнала The Ladies’ Cabinet 1839 года могли увидеть в лучшем случае несколько тысяч женщин, а картинки, сопровождавшие выпущенный супругами Битон The Englishwoman’s Domestic Magazine в 1862 году увидели в 10 раз больше читательниц. Первые бумажные выкройки в натуральную величину появились в Британии в 1830-х годах. В 1858 году в Лондоне было как минимум 10 разных магазинов, где выкройки продавали в розницу и отправляли по почте. Начиная с 1860 года супруги Битон начали публиковать в своем журнале полноразмерные бумажные выкройки от одного из ведущих французских домов моды, а также модные картинки. В 1876 году американская компания Butterick присоединилась к общему веселью и открыла магазин на Риджент-стрит. Их выкройки стоили от трех пенсов до двух шиллингов, причем каждый месяц приходило от 40 до 60 новых моделей. Это направление оказалось чрезвычайно успешным, и бумажные выкройки стали неотъемлемой частью женских журналов.
В 1860 году модный силуэт создавался при помощи корсета и кринолина, имел крошечную талию и огромную юбку. Женщине, надевающей платье на стальной кринолин, приходилось аккуратно распределять по его поверхности большое количество ткани. В целом воспоминания женщин, которые носили кринолины, кажутся положительными. Женщина, которая на момент появления кринолинов была подростком, так передавала свои впечатления: «О, это было восхитительно! С тех пор как они вышли из моды, я больше не испытывала такого удобства. С ними нижние юбки не путались в ногах, походка была легкой и свободной». Но не обошлось и без недостатков. Управление юбочной конструкцией, такой широкой и упругой, сопрягалось с определенными трудностями. Садиться, не выставив напоказ ничего лишнего, было совсем не просто. Как правило, приходилось незаметно приподнимать заднюю часть юбки — для этого делали небольшое резкое движение бедрами, которое заставляло кринолин подпрыгнуть. Если это вызывало затруднения, можно было отвести руки назад, нащупать под слоями ткани верхний обруч и приподнять его на несколько сантиметров. Немало хлопот доставляли узкие дверные проемы — протискиваясь сквозь них, невозможно было сохранять изящный вид. Кроме того, всегда существовала опасность, что из-за внезапного порыва ветра вам придется спешно приводить в порядок задравшуюся юбку. Карикатуристы обожали кринолины, множество сатирических зарисовок выходило из-под их перьев. Punch не оставлял без внимания ни одной шутки на эту тему, поскольку они, кроме всего прочего, позволяли публиковать картинки с дамами в неглиже, но при этом сохранять видимость респектабельности. Карикатуры изображали сидящих в омнибусах женщин, чьи юбки выталкивали мужчин из окон; пикники, во время которых кринолины расположившихся на траве женщин поднимались вверх наподобие воздушных шаров, выставляя напоказ панталоны; женщин, застревающих в дверях; влюбленных, тщетно пытающихся заключить в объятия женщин в огромных юбках.
Лично я очень люблю кринолины — носить их очень весело. Мне нравится, как они качаются и подпрыгивают. Однако некоторые викторианцы находили это в высшей степени непривлекательным и жаловались на то, что все эти колыхания и рывки крайне раздражают. Женщины, по мнению этих людей, должны передвигаться всегда плавно и грациозно. Конечно, в кринолине тоже можно грациозно двигаться, но далеко не все из нас прирожденные танцовщицы. Единственное, что не нравится в кринолинах мне, — сквозняк, на него жаловались и многие викторианские женщины. Привыкнув к тому, что нижняя часть тела закутана в несколько слоев ткани, чувствовать, что теперь единственной защитой от буйства природных стихий служит лишь пара хлопковых панталон, было не слишком комфортно.
В 1862 году на производство кринолинов еженедельно уходило от 130 до 150 тонн стали. Это был процветающий бизнес, поглощавший одну седьмую часть всей произведенной в Шеффилде стали. Кринолин пользовался популярностью не только у светских дам — его носило удивительно много работающих женщин. Конечно, женщина в кринолине могла заниматься далеко не всем — например, она не могла толкать под землей тележку с углем или работать в поле. Но кройке и шитью кринолин ничуть не мешал. Многие женщины придерживались золотой середины: в течение рабочей недели ходили в обычной одежде, а кринолин надевали только по воскресеньям. Многие работницы шахт запечатлены на фотографиях 1860-х годов не только в рабочих брюках, но и в своих лучших воскресных нарядах с кринолинами. Журналист Генри Мэйхью однажды предположил, что, вероятно, каждая женщина Британии имеет в своем гардеробе как минимум два кринолина — лишь это объяснило бы объемы продаж.
В 1860-х годах много внимания привлекали облаченные в брюки работницы шахт. Это был не столько региональный костюм, сколько профессиональная спецодежда. Сохранившиеся фотографии показывают, что женщины действительно носили мужские брюки, но делали это в довольно необычной, явно женственной манере. Традиционно работавшие под землей женщины поднимали на поверхность вырубленный мужчинами уголь. Им приходилось толкать вперед или тянуть за собой нагруженные углем тележки по туннелям с низким сводом. Для этого женщине нужно было наклониться под значительным углом и использовать вес своего тела. Юбки обычной длины в таком положении постоянно путались бы в ногах, поэтому нужно было либо носить платья с очень коротким подолом (примерно до середины бедра), либо подтыкать его до той же высоты. Последнее имело гораздо больше смысла, поскольку на поверхности подоткнутую юбку можно было снова развернуть — для тепла и из соображений благопристойности. Однако, работая с голыми ногами, женщины могли поранить колени, и кроме того, оставался вопрос приличий, ведь женщины часто работали рядом с мужчинами. Маленькие дети в то время носили под короткими юбками панталоны длиной до щиколоток, и считается, что первоначально работницы шахт надевали нечто подобное. Но поскольку им приходилось работать в грязных и суровых условиях, смена бельевых панталон на прочные мужские брюки была в конечном счете неизбежной. В итоге работницы шахт носили свои знаменитые брюки вместе с высоко подоткнутыми во время работы юбками, что придавало женщинам специфический вид, но не делало их мужеподобными. Брюки для них превратились в профессиональную униформу, своего рода знак статуса и положения.
По всей викторианской Британии манера одеваться безошибочно указывала на род занятий. Рыбачки, работающие на восточном побережье Шотландии и северо-восточном побережье Англии, носили по нескольку полосатых шерстяных юбок, одну поверх другой, и подтыкали их так, что босые ноги оставались голыми ниже колен. Свой наряд они дополняли шалью, концы которой перекрещивали на груди и туго завязывали сзади. Многие уделяли большое внимание расположению юбок, стараясь подоткнуть их так, чтобы разные полосы и узоры гармонично сочетались между собой. Одетые таким образом, эти женщины работали на скалах и на берегу, помогали мужчинам спускать лодки на воду и вытаскивать на берег, сгружали улов и готовили его к продаже. На причале, когда наступало время потрошить и солить рыбу, они расправляли юбки и надевали большие фартуки из промасленной кожи. Наряд отличался большой практичностью и был настолько узнаваемым, что привлекал внимание фотографов и иллюстраторов. А в 1876 году в универмаге Debenham & Freebody появилась коллекция детской одежды по мотивам этого стиля.