За завтраком сенсей был задумчив, я тоже размышлял.
Разговор о деньгах и моём счёте в банке или опекуне так и не подошёл. Сенсей меня не спрашивал, а я не хотел портить отношения или неожиданно взваливать свои проблемы человеку, который и так взял меня почти на целый месяц на своё содержание, кормил, учил, занимался со мной. Формально, я как бы всё отработал и не хотел… Насколько я понял из того, что не могу подобрать местного слова, на английском такого понятия, как «гири»[12], нет, но это не значит, что я его не чувствую. А значит долг к Дурслям будет расти, пока не получу официальный доступ к сейфу Поттеров.
Конечно, немного снизит планку долга флакон косметического зелья для тёти, который я честно заработал, помогая сенсею в его лаборатории. У меня за эти три недели появилась маленькая аптечка. Целых два фиала «Рябинового отвара» и банка мази на его основе для заживления ранок и ссадин, три флакона «Костероста», который мы трижды варили на прошлой неделе. Потом косметическое средство для тёти, которое носило название «Зелье красоты». Сенсей сказал, что подобные зелья действуют и на сквибов, главное чтобы тётя Петунья пила это зелье совсем понемножку, тогда и эффект закрепится: выровняется кожа, будут красивее и гуще волосы, пропадут мелкие морщинки. Мол, ей же не надо на один день стать «Мисс Вселенная», а такого флакона зелья при экономном использовании хватит на полгода с закреплением эффекта. Я всё это записал, чтобы тёте передать. Все женщины хотят хорошо выглядеть, думаю, она обрадуется.
Нашу молчаливую трапезу прервал стук в окно. За мутноватым стеклом сидела небольшая сова, в клюве она держала конверт.
Сенсей открыл окно, забрал письмо, а перед тем, как его открыть, поколдовал над бумагой палочкой.
— Это от твоей тёти, — сообщил он. — Вчера я отправил ей сову, чтобы узнать, как лучше передать тебя родственникам. Совиной почтой Петунья пользоваться умеет.
— Что в письме, сэр? Какое–то оно большое…
— Мы встретимся с ней и твоим дядей в Лондоне. Петунья написала, что твой кузен и его друг были в летнем детском лагере, и ты вроде как с ними там же. Это, чтобы отвязаться от соседей. Некая мисс Фигг несколько раз о тебе спрашивала. Хм… Ещё они хотят сделать в Лондоне покупки к вашей с кузеном школе. Твой дядя взял на работе выходной. Так что тебя надо передать родственникам в три часа дня. Это место я знаю, недалеко находится Министерство Магии…
— Хорошо. Мои вещи уже собраны, сэр, — кивнул я. Да и «вещей» у меня совсем немного. К ним прибавилось только несколько флаконов с зельями.
— Я мог бы дать тебе некоторые книги для изучения, — помолчав, сказал Снейп–сенсей.
— Правда?! Это было бы очень кстати, сэр, — улыбнулся я и осторожно уточнил: — Это значит, что мы ещё увидимся? Раньше, чем меня возьмут в школу волшебников?
— Образование должно быть систематическим, мистер Поттер, — наставительно сказал сенсей. — За три года до Хогвартса вы можете абсолютно всё забыть, что прочитали здесь. Но я очень занят в течение учебного года, у меня множество обязанностей в школе. Так что для вас у меня может найтись время только в следующем августе.
— Вы очень хороший человек, сэр, — тихо сказал я.
Меня эмоционально пробило, и я совершенно по–детски подскочил, обнял его и уткнулся ему в плечо. Похоже, что я достиг своего морального предела. Слёзы лились и лились. Это тело. Этот долбаный мир. Смерть моих друзей. Потеря Ку. Напряжение от того, что не знаешь, что можно говорить, а что — нет. И вот — расставание с человеком, который был мне близок, похожий на Саске, отличный учитель и шпион — Снейп–сенсей. Всё–таки я к нему привязался.
Он выдохнул и положил мне ладонь на голову, перебирая пряди на затылке.
— И-извините, сэр, — пытаясь справится с волной эмоций, прогундел в нос я.
— Сходи, умойся, — когда мои всхлипывания прекратились, посоветовал мне сенсей. Я опрометью сбежал в ванную.
Н-да, герой… раскрасневшийся нос, припухшие веки, стягивающие кожу солёные следы на щеках. Зарёваный Гарри Поттер. Как бы сенсей не передумал брать такого нюню к себе на следующий год. Стыдно. Я набрал умывальник и макнул лицо в ледяную воду.
— Не вздумай там топиться, Гарри, — раздался из–за двери голос сенсея, — мне тебя ещё твоим родственникам отдавать.
Я яростно вытер щёки грубоватым полотенцем и сделал дыхательную гимнастику, остужая лицо. Слёзы горечи показывать не стыдно, но сенсей мог подумать, что я — слабак, который жалеет себя. Не вовремя как–то у меня истерия случилась. Возможно, что магия и на психику воздействует. Всё же сенсей говорил о нервах. Эх, была не была…
Я решительно вышел из ванной и встретился взглядом с чёрными глазами учителя.
— До трёх часов ещё есть время, — как ни в чём ни бывало сказал он. — Успеем нарезать ингредиенты и подготовить основу. Хотел попробовать приготовить то зелье из японского свитка против драконьей оспы и сравнить его со снадобьем Ганхильды из Горсмура.
— Не возражаю, сэр, — выдохнул я, улыбнувшись. Кажется, он на меня не злился и это очень радовало.
Часть 1. Глава 15. Зачарованные вещи и люди
31 августа, 1988 г.
Англия, Коукворт — Лондон
— Вот, возьми, — после обеда сенсей протянул мне небольшую деревянную шкатулку.
Я открыл крышку и с интересом уставился на крошечные книжечки внутри. Размером со спичечные коробки, не больше. Что это за модель шесть к одному?
— Эм, сэр?.. — оторвался я от подарка сенсея.
— Я зачаровал шкатулку. Пространственная магия, — пояснил он. — В ней объём около бушеля, то есть поместится столько же, как и в среднего размера сундук. Есть заклинание, которое уменьшает и увеличивает предметы, но так как у вас пока нет палочки, то подобное хранилище может вам весьма пригодиться.
— Ого! Сэр, а почему тогда шкатулка лёгкая? — спросил я, оценивая на ладони подарок. — С таким количеством книг она должна весить так же, как набитый ими же сундук!
— Существуют чары облегчения веса, — снисходительно сказал сенсей, — их обычно используют в совокупности с чарами пространства, когда зачаровывают сумки, сундуки, кошельки, карманы и прочие вещи.
— Хм, значит в ваших ножнах для палочки тоже подобные чары? — кивнул я на его предплечье. — Ваша палочка почти в два раза их длиннее.
— Схватываешь на лету, — хмыкнул сенсей. — Да, мои ножны короче палочки из–за чар расширения пространства. Ножны для палочек разные. Есть, которые носят на бедре, обычно это когда на тебе надета не мантия. Некоторые умудряются носить палочку в кармане, но мне нравится так.
— Так выхватывать удобней, — просчитал я телодвижения, которые надо сделать, чтобы достать палочку при нападении.
Если теоретически волшебники больше ничего не могут противопоставить напавшему, кроме заклинаний из палочки, то тут почти что батто — искусство выхватывания меча. Я не силён в кэндзюцу, в нём спецами были Туманники, самураи из Страны Железа и… Саске. Но я и то знаю, что в сражении на мечах зачастую победа за тем, кто быстрее выхватил оружие.
— Хм. Да… Так вот, вернёмся к книгам. Это вам для изучения в течение года. Несколько справочников по магическим животным, которые я советую читать совместно с методичкой по заготовке ингредиентов и списком зелий, в приготовление которых ингредиенты входят. Это будет более упорядоченная информация, которая может пригодиться вам в дальнейшем. А то вдруг вам встретится рунеспур[13], а вы и не знаете из какой его головы надо брать яд, и зачем он нужен.
— Из какой? — мне стало любопытно.
— Вот и прочитаете, — хитро блеснул глазами сенсей, — но вообще, из крайней правой.
— Я понял. Узнаю, — пообещал я. — А как пользоваться шкатулкой? А эти чары пространства и лёгкости, они надолго?
— На ближайший год точно. Ты же умеешь левитировать предметы? Вот и книги из шкатулки следует доставать таким способом. Надеюсь, ты не будешь совать в шкатулку руки, пытаться залезть туда сам или сунуть кого–то? — строго перечислил сенсей то, что я уже запланировал попробовать.
— О… — кажется, мои щёки покраснели. — Нет, сэр.
— Если попадёшь в шкатулку сам, то уменьшишься и выбраться из неё не сможешь без помощи. Но вообще, я на всякий случай установил чары безопасности, ничто живое туда попасть не сможет, — думаю, что Снейп–сенсей просчитал меня на раз, так что заблаговременно поставил защиту «от дурака».
Ну да, на взрывных печатях тоже стоят предохранители, чтобы всяким юным генинам руки–ноги не оторвало по первости.
— Я могу попробовать что–то достать, чтобы убедиться, что смогу это сделать без вас? — уточнил я.
Мысль стать крошкой в коробке и помереть там с голодухи, оттого, что никто не додумается взглянуть туда в моих поисках, прошлась холодной волной мурашек по спине. Обойдёмся без экспериментов с пространством!
— Давай, — кивнул сенсей, и я поставил шкатулку на стол. Присмотрев зелёненький томик, я мысленно потянул его к себе, выловив в воздухе уже приличных размеров фолиант.
— Круто! — восхитился я.
Обратно книгу тоже удалось поставить. Уменьшение начало происходить на границе, когда часть книги попала в область объёма шкатулки.
— И ещё это, — на стол легли две черно–белые фотокарточки. — Это Лили и Поттер… Джеймс Поттер — твой отец.
— Ого! — потянулся я к слегка шевелящимся колдографиям.
Снимки были сделаны явно для личных дел, слишком официальные и одинаковые: снятые по плечи анфас, девушка и парень на них выглядели лет на семнадцать–восемнадцать.
— Я попросил нашего библиотекаря сделать копии из архива выпускников, — подтвердил мои предположения сенсей. — Мисс Пинс живёт в Хогсмиде, так что моя просьба не была ей в тягость.
— Спасибо, сэр, вам и мисс Пинс. Тётя Петунья тоже будет рада, — поблагодарил я.
Отец Гарри был очень похож на него самого, особенно из–за очков и повышенной лохматости на голове. Я словно увидел старого друга. Джеймс Поттер заразительно и открыто улыбался на фото, а ещё подмигивал. Пожалуй, Гарри был менее открыт. У Лили Эванс были слегка вьющиеся волосы. Гарри говорил, что рыжие… Симпатичная девушка и улыбка приятная.