– Я гадаю столько, сколько себя помню, – добавила маркиза, – и карты никогда не подводили.
– Мамуль, – вклинился в наш разговор уже Идгард.
– А вас я не спрашиваю, – улыбнувшись, заявила маркиза. Затем щёлкнула ногтем по опустевшему бокалу и сказала: – Лучше поухаживай за леди.
Сотрудник Департамента магического правопорядка сделал несчастное лицо, но подчинился. Подхватил откупоренную бутылку бренди, поднялся на ноги и направился к нам.
Пока он наполнял бокал леди Элвы, свой я осторожненько отодвинула подальше. Идгард данный манёвр, разумеется, видел, но принять намёк во внимание не пожелал.
Он потянулся, подхватил мой бокал и передвинул обратно. Ещё глазищами своими сверкнул!
А потом добавил:
– Да ладно тебе, Айрин. Разве я могу предложить что-то плохое?
И после короткой насмешливой паузы:
– Я же самый безопасный из всех.
– То есть? – тут же заинтересовалась маркиза.
В её голосе прозвучало удивление, но через миг от этого удивления мало что осталось. Я же услышала:
– Ах, это Вирджин проболтался? Ну что ж… – Леди Элва неуловимо погрустнела, но эта грусть была какой-то особенной, светлой. – Идгарду выпало большое счастье, а теперь ему нужно немного удачи. И я уверена, что скоро ему повезёт.
Старший из «поросят» заметно скривился, а я недоумённо вытаращилась – они вообще о чём?
– Идгарду обязательно повезёт! – повторила маркиза убеждённо. – Вот, смотри!
С этими словами она сдвинула блюдо с тортом и, отпив бренди, принялась тасовать потрёпанную колоду. Делала это настолько быстро и умело, что я залюбовалась и отвлеклась лишь в тот момент, когда обсуждаемый мужчина ну очень шумно выдохнул.
С нами он не остался, едва Элва вытащила первую карту, развернулся и поспешил обратно – к братьям, отцу и деду.
Те по-прежнему были заняты своими разговорами, но…
– Дорогая, а может, всё-таки не надо? – Это лорд Джисперт голос подал.
Маркиза ответить не потрудилась, а через пару минут, после серии каких-то хитроумных манипуляций с цветными картонками, подалась вперёд и, ткнув в одну из карт, сказала:
– Вот, видишь? Это любовь.
Я очень хотела сойти за умную и поддержать собеседницу в её затее, однако уж в чём, в чём, а в гаданиях вообще не разбиралась. Пришлось промолчать.
– Любовь, – повторила Элва. – Дама сердца. Она выпадает Идгарду уже два года, а значит, скоро придёт.
– А… что выпадает у Вирджина? – вспомнив о статусе возлюбленной, спросила я.
Леди замерла и неожиданно поджала губы. Спустя миг подвинулась ещё ближе, практически легла на разделявший наши кресла столик и прошептала, сделав ну о-очень жалобные глаза:
– Айрин, прости, но Вирджик… он такой несерьёзный мальчик. У него один ветер в голове.
– Э-э… – «сумничала» я.
А собеседница продолжила:
– Мне очень жаль, но я сильно сомневаюсь в будущем вашего союза. Тебе нужен кто-то другой. Кто-то понадёжнее.
Настала моя очередь замереть и недоумённо захлопать ресницами. Леди Элва была, разумеется, права, но её прямота обескураживала.
Впрочем, на этом шокирующие признания не закончились…
– Я думаю, тебе стоит обратить внимание на Осберта, – прежним шепотом сообщила леди Элва. – Он, конечно, бывает грубоват и даже хамоват, но поверь, он замечательный.
– Кто замечательный? Вы о ком? – тут же донеслось со стороны мужчин.
Я вздрогнула, а маркиза закатила глаза. Спустя секунду отодвинулась, чтобы заявить:
– Нет, тут нам посекретничать не дадут.
– Секреты? – моментально среагировал ищейка. – Нет-нет, секретничайте сколько угодно! Можете даже не шептаться. Обещаю, подслушивать не будем.
Маркиза подарила сыну насмешливый взгляд, а я на подколку не среагировала. По-прежнему пребывала в шоке и пыталась понять – ведь насчёт Осберта… это же шутка была?
Пока я собиралась с мыслями, леди Элва собрала карты и позвонила в колокольчик, вызывая горничную. А едва та явилась, скомандовала:
– Чай и всё остальное в мою комнату перенесите.
После этого поднялась на ноги и позвала ласково:
– Айрин, пойдём.
Пришлось очнуться и тоже встать. Уединяться с маркизой не очень-то хотелось, но вежливость вкупе с любопытством оказались сильней.
В итоге гостиную мы действительно покинули. Прошли через частично украшенные к празднику залы, миновали знакомую лестницу и оказались перед нужной дверью. Покои леди Элвы располагались на этаж выше, чем комната, отведённая мне.
Ещё миг, и я вошла в просторное, оформленное в дворцовом стиле помещение. Тоже гостиная, но чуть роскошнее той, которую мы недавно покинули.
Огромная люстра, висевшая под потолком, была погашена, свет давали только немногочисленные настенные бра. Такое освещение создавало некую подчёркнуто доверительную обстановку, и это заставило немного напрячься…
Пронаблюдав, как следовавшая за нами горничная водружает поднос на очередной низкий столик, леди махнула рукой, предлагая мне присесть. Сама же опустилась в соседнее кресло и вновь принялась тасовать сильно потрёпанную колоду.
Ну а разложив цветные картонки, ткнула в одну из них и выдохнула:
– Вот. Это Вирджин. И он…
Маркиза замолчала и глянула виновато.
– Айрин, прости, но он действительно тебе не подходит. Только в качестве друга.
К этому моменту я успела переварить всё, что случилось внизу, однако легче от этого не стало. Ситуация по-прежнему была странной. Вернее, очень странной. Совсем-совсем!
– А Осберт, значит, подходит? – спросила я.
Элва кивнула и добавила:
– Осберт и Тунор.
– Про это вам тоже карты сказали? – уточнила я осторожно.
И ужасно удивилась, услышав:
– Нет, так говорит здравый смысл.
Я приподняла бровь, а маркиза потянулась к бокалу с бренди. Сделала маленький глоток, потом спросила:
– Ты, наверное, хочешь знать, почему я сватаю тебе своих сыновей?
Понять действительно хотелось, и я кивнула. Леди после этого буквально просияла и, указав на одну из карт, торжественно сообщила:
– Потому что вот это – ты!
Ясность? Уж чего-чего, а её точно не прибавилось. К счастью, мучить Элва всё-таки не стала, объяснила:
– Эта карта показывает, что через Вирджина в нашу семью придёт темноволосая девочка, и эта девочка, безусловно, ты.
Я вновь замерла, а потом уточнила:
– С чего вы взяли, что карты говорят обо мне?
– А о ком ещё? – Собеседница улыбалась, но была абсолютно непреклонна. – Ты наша! И дело уже не только в гадании… Ты понравилась всем, включая старого брюзгу Стина, а это почти невозможно. Так что теперь дело за малым – решить, за кого из моих мальчиков ты выйдешь замуж. Я предлагаю Осберта и Тунора. По мне, они самые подходящие.
Я потянулась к собственному бокалу с бренди, но… нет, не выпила, а совсем наоборот – отодвинула алкоголь подальше. Шумно вздохнула и, погасив желание напомнить, что замуж не собираюсь, сказала о другом. Более понятном и прозаичном:
– Я не влюблена ни в Осберта, ни в Тунора. С их стороны романтических чувств тоже нет.
– Ну это пока!
Губы маркизы дрогнули в самой оптимистичной улыбке, а я не выдержала – откинулась на спинку кресла и застыла.
– Айрин, до конца каникул больше двух недель. Я убеждена, что за это время всё сложится. Ты обязательно влюбишься! А в том, что касается мальчиков…
Тут маркиза понизила голос до заговорщицкого шепота и подалась вперёд…
– Ты им нравишься, это очевидно. Вон как хвосты распушили.
Захотелось потянуться, чтобы отобрать бокал с бренди и у неё. Увы, но передо мной точно сидело наглядное доказательство ужасного влияния алкоголя на разум!
– Леди Элва, они просто дурачатся. Красуются. Причём не столько передо мной, сколько друг перед другом.
– Конечно, – собеседница кивнула. – Но, милая моя, в каждой шутке есть только доля шутки.
Я опять не выдержала, устало прикрыла глаза.
Очень хотелось взять и сказать прямо: леди Элва, если я выйду замуж, то мне будет грозить уже не каторга, а плаха! Поэтому, какими бы чудесными ваши сыновья ни были, я – пас. Никаких свадеб! И никаких влюблённостей!
Но… Нет, признаться я не могла. Пришлось озвучить другой, куда более прозаичный аргумент:
– Леди Элва, я – простолюдинка.
– И что? – удивилась собеседница.
– Я не пара для ваших сыновей.
Маркиза от этих слов отмахнулась. Я думала, сейчас сошлётся на герцога, который уже намекал, что происхождение – не главное, и леди в самом деле на свёкра кивнула, только в несколько ином, более неожиданном ключе:
– Герцогиня Раванширская, да упокоит небо её душу, особой знатностью тоже не отличалась. Так что с происхождением никаких проблем. Всё в полном порядке.
Я удивилась. Понимала, что лорд Стин относится к вопросу проще, но до сего момента списывала всё на возраст, а тут…
– Что значит «не отличалась»?
– Она была дочерью мелкого аристократа, – пояснила Элва. – Без земель, без денег, без всего.
Я, разумеется, услышала и даже кивнула, вот только…
– Но ведь кроме отношения вашей семьи, есть отношение общества, а общество такой мезальянс не одобрит.
Маркиза выразительно фыркнула, сообщая, что это совершенно не важно. А я – наоборот, зацепилась, как за спасительную соломинку.
– Леди Элва, мне очень приятно, что вы так меня цените, но я не готова оказаться под прессом высшего света. Я не готова подвергаться насмешкам и нападкам, регулярно выслушивать намёки на то, что нахожусь на чужом месте.
Я говорила о разумных вещах, однако доводы рассудка маркизу не впечатлили.
– Со всеми недовольными мы разберёмся, – уверенно заявила она. – К тому же…
Собеседница замолчала, а взгляд синих глаз стал настолько загадочным, что я вновь напряглась.
– Что? – подтолкнула осторожно.
Элва хитро улыбнулась и точно хотела отвертеться, однако я возможности не дала. Сказала настойчиво:
– Леди Элва, объясните.
Пауза, новый глоток бренди, и собеседница грациозно поднялась из кресла. Сияла при этом так, словно главный приз в имперскую лотерею выиграла.