Я готовилась к ужасу. А как иначе? Ведь восемь часов в тесном пространстве – не шутка. Однако, как вскоре выяснилось, паниковала зря… Всё сложилось нормально, без перегибов и лишних разговоров. Наша поездка состояла из трёх элементов: моей нарочито беспечной улыбки, тотального спокойствия Идгарда и пресквернейшего настроения Вирджа.
Сперва синеглазый сообщник держался более-менее нормально, а через пару часов поездки начал мрачнеть, причём стремительно. Ид попытался выспросить причину такой перемены, но будущий великий скульптор огрызнулся и не ответил. А потом вообще обиделся! На нас. На Идгарда и на меня.
Я о смысле обиды, разумеется, догадалась, а сотрудник Департамента магического правопорядка – нет. В итоге он покрутил пальцем у виска, демонстрируя, что именно думает о младшем брате.
Вирджин этим вообще не впечатлился и даже нехорошее слово в адрес старшенького сказал.
Вот после этого был уже подзатыльник, причём настолько мощный, что пришлось вмешаться…
– Прекратите! – строго потребовала я.
Очень неохотно Идгард отодвинулся от Вирджа и, сложив руки на груди, уставился на мою скромную персону. А я… повернулась к окошку и принялась любоваться заснеженными пейзажами. Просто сидела и старалась не думать. Ни о чём! Вообще!
И у меня действительно получалось, однако, когда проехали столицу и до Ристауна остался час, всё усложнилось… Сердце разнылось, душа – тоже, а ра-зум застелила самая настоящая паника.
Прибытие в Ристаун эмоциональным спокойствием тоже не отличалось. Более того, паника вышла на новый уровень, а я впала в состояние крайней неадекватности. Нет, ничего странного не говорила и не делала, но чувствовала себя так, словно нахожусь при смерти. Теперь все силы уходили на то, чтобы это самочувствие скрывать.
Зато когда наёмный экипаж подвёз к воротам Университета Искусств, о поджидающих там неприятностях я даже не вспомнила. И безмерно удивилась, увидав встречавшую возле корпуса общежития делегацию…
К этому времени уже стемнело, мир озарял лишь желтый свет многочисленных фонарей. В этом свете внушительная компания девчонок во главе с Ламеей выглядела довольно зловеще – меня действительно собирались бить, причём прямо сейчас, не откладывая.
– Ну давай, – обращаясь к Вирджу, сказал оценивший ситуацию Ид, и младшенький с великой неохотой выбрался из экипажа.
Девчонки моментально приободрились, расправили плечи и даже подались вперёд, но…
Следующим на засыпанную снегом площадку спрыгнул Идгард, и именно он протянул мне руку. В миг, когда приняла помощь ищейки, мир закружился, и из экипажа я практически выпала. Хорошо, что маг не растерялся – ловко моё падающее тельце подхватил. Это было очень кстати, в противном случае я имела все шансы разбить драгоценный азанарис.
Теперь компания агрессоров застыла в явном недоумении, однако главное ожидало впереди.
– С багажом разберись, – тихо скомандовал будущему великому скульптору Идгард, и тот… да, подчинился.
Меня же приобняли за талию и отвели в сторонку, чтобы процессу разгрузки и перетаскивания чемоданов не мешала. А через несколько секунд, когда остались фактически наедине, наклонились и спросили:
– Ты как?
Вот… лучше бы меня поклонницы нашего главного бабника на кусочки порвали! Клянусь, это было бы менее болезненно, чем услышать такой вопрос. Но самое отвратительное – вопреки твёрдому намерению выдержать испытание, из глаз покатились слёзы.
– Айрин, – сокрушенно позвал Ид.
В следующую секунду меня попытались обнять по-настоящему, но это оказалось сложно – укрытый стеклянным куполом азанарис мешался. И этот момент с цветами внезапно отрезвил, помог сказать:
– Идгард, нет.
Маг застыл, а я собралась с силами и сделала несколько глубоких вдохов. Холодный зимний воздух стал каким-никаким, а лекарством.
Ещё несколько минут, наблюдение за Вирджином, который лично перетаскивал и собственные, и мои вещи в общагу, и с эмоциями я всё-таки справилась. А потом заметила лица девчонок и вообще разулыбалась – это был самый незамутнённый шок. Удивительное, совершенно уникальное зрелище.
– Всё будет хорошо, – шепнул ищейка, и я с готовностью кивнула.
В следующую секунду отстранилась, чтобы сделать ещё один глубокий вдох и вытащить из внутреннего кармана плаща свёрнутый в трубочку лист. Подарочной ленты у меня не имелось, поэтому перетянула его отглаженной лентой для волос… Бант получился нарядным.
– Вот, – сказала почти шепотом. – Это тебе.
– Письмо? – уточнил Ид.
Я отрицательно качнула головой.
– Нет. Рисунок.
Маг подарок принял, но разворачивать не стал. Это порадовало – видеть реакцию Ида на его собственный портрет не очень-то хотелось.
А слышать следующие слова не хотелось ещё больше…
– Мне жаль, что всё заканчивается вот так, Айрин.
Да, мне тоже очень жаль, но…
– Ты обязательно встретишь свою единственную, – убеждённо и совершенно искренне сказала я.
Идгард замер на пару мгновений и раньше, чем успела сообразить, наклонился, чтобы поцеловать в щёку.
– Прощай, Айрин, – сказал он.
Я кивнула и ответила:
– Прощай.
Шаг назад, поворот, и я, не оглядываясь, зашагала к дверям корпуса. Под желтым светом фонарей, мимо глубоко шокированных происходящим девчонок.
Лишь когда очутилась в небольшом холле, меня настигла Ламея и, ухватив за рукав, выпалила:
– Айрин, ты что… Ты с Идгардом тес Вирионом встречаешься?
Оу… Ну надо же, Ламее известно его имя? Или не только ей? Или я вообще единственная во всём университете, кто ничего о семье нашего Вирджа не знал?
– Нет, – выдохнула я.
– Тогда что это сейчас было? – не поверила старшекурсница.
– Ничего. – Посвящать кого-либо в подробности я, конечно, не собиралась. – Просто…
Увы, но договорить не смогла – горло сдавил спазм, а из глаз вновь покатились слёзы.
– Ламея, отстань, – вмешался появившийся невесть откуда Вирдж.
– Я? Да я…
Дальше я уже не слышала, вырвавшись из некрепкого захвата девушки, шагала к собственной комнате. Хотелось одного – умыться, выпить чашку горячего чаю и забраться в постель. И провалиться в сон, ведь он, как известно, все болезни лечит. Так, может, сумеет прогнать и ту, что поразила меня? Может, исцелит от этой ужасной тоски?
Глава 15
В ту ночь мне повезло, я в самом деле уснула, и довольно быстро. Зато со следующей жизнь начала меняться, превращаясь в истинный кошмар…
Это было закономерно, и первые несколько дней я значения не придавала. Молча сносила ноющую боль в левой руке, объясняя это тем, что прощание с Идом побило все рекорды по эмоциям.
Пусть прежде столь долгих приступов не случалось, я свято верила – боль отступит. Я была убеждена – ещё чуть-чуть, и всё точно пройдёт.
Только оно не прошло. Хуже того, в какой-то момент на коже проявились тонкие мерцающие полоски. Означать это могло лишь одно – действие блокирующего Древнюю кровь заклинания заканчивается. Причём заканчивается гораздо раньше, чем я могла ожидать.
Когда первый шок отступил, а я сумела взглянуть на вопрос здраво, стало ясно – причина в тех же эмоциях. Меня ведь предупреждали, что чрезмерные переживания ослабляют защиту, и вот…
И ещё одна, пожалуй, самая неприятная деталь: времени на страдания и рефлексию не имелось, я была вынуждена набрать в грудь побольше воздуха и начать действовать. Первый шаг – самый простой и логичный. Я срочное письмо родителям написала.
Писала не «в лоб», а завуалированно, и без упоминания причин, почему всё случилось. Буквально на следующий день получила столь же завуалированный ответ, из которого следовало, что необходимо срочно ехать в столицу – туда, к уже знакомым дельцам.
Новый банковский счёт под это дело, как выяснилось, уже завели и даже успели накопить часть суммы. В течение трёх дней на тот счёт должен был поступить заём, который мама брала прямо сейчас.
Так как я была включена в число лиц, допущенных к управлению счётом, мне было достаточно прийти в любое отделение банка и предъявить документы, удостоверяющие личность.
Это из приятного… А из того, что заставило нервно поёжиться, папа участвовал в архисложном процессе и приехать на сделку никак не мог. Мне предлагалось ехать в столицу самой. Но не прямо сейчас, а через три дня, когда на счету будет достаточная сумма денег.
В момент получения письма мысль о том, что поеду на встречу с теневым сообществом сама, без папы, привела в ужас. Однако спустя сутки ожидания стало ясно – это меньшее из зол!
Куда хуже было другое – мир начал меняться. Вернее, не сам мир, а моё восприятие.
В прошлый раз подобного не происходило. В прошлый раз Древняя кровь ещё не успела войти в полную силу, и единственной настоящей странностью был мой резко возросший оптимизм. Тогда присутствовало ощущение некой сказочности и розовых очков – я даже на мага-нелегала, который колдовал над моей рукой, с симпатией смотрела. А теперь…
Кроме ненормального оптимизма, начали происходить какие-то смещения в зрении. Самые обычные предметы приобретали дополнительный объём, а краски стали ярче, вокруг появились дополнительные цвета.
Заключённый в магический холод азанарис, например, теперь мерцал гораздо сильнее, а к оранжевому цвету добавились алый и фиолетовый. Комната, которую я уже полтора года делила с двумя соседками, тоже выглядела несколько иначе. Вполне узнаваемо, но всё равно.
С окружающими людьми то же самое. Это напоминало случай с портретом леди Дафны – вроде всё обычно, но начали проявляться иные, дополнительные черты.
Кто-то из товарищей по учёбе сразу похорошел, а кто-то подурнел, причём значительно. Главный бабник нашего университета, что занятно, стал ещё симпатичнее. Просто бери и влюбляйся, если нервная система недорога.
Кстати, он был единственным, кто заметил, что со мной что-то не в порядке. За день до отъезда, отловил в коридоре и, зажав в уголке, спросил: