– Господа, что происходит?
Тот, который отдавал приказ, скорчил неприятную гримасу – он в актёрскую игру старика не поверил. Однако ответил предельно вежливо:
– Сейчас разберёмся.
– О-о… – протянул нелегал.
И жесты, и мимика Льюиса чётко свидетельствовали – он в подобной передряге не впервые и по-настоящему уверен в благополучном исходе проверки. Вот и нового звука шагов ничуть не испугался. А потом даже обрадовался…
– О! Лорд особо уполномоченный! – оптимистично воскликнул старик. – Какими судьбами?
Я на упомянутого лорда вообще не взглянула. Более того, едва сообразила, что в кабинет направляется кто-то ещё, отвернулась, желая скрыть лицо.
И внутренне дрогнула, услышав до боли знакомый бархатистый голос…
– Да всё теми же, мастер Льюис, – ответил Идгард. – По-прежнему мечтаю поймать вас на горячем.
Теперь в интонациях старика прозвучала смесь невинности и возмущения:
– Меня? – И после паузы: – Лорд Идгард, мы ведь уже обсуждали. Я простой законопослушный маг и ничем запрещённым не промышляю.
– Ну да, конечно, – иронично хмыкнул ищейка.
Короткая пауза, затем новое:
– Какие интересные тут запахи…
– Это издержки общей вытяжки, – бодро солгал старик. – Сюда постоянно чем-нибудь из других павильонов тянет. Сколько раз просил арендодателей исправить, а они никак. Может, вы на них повлияете?
– Я? – насмешливо переспросил Идгард.
Льюис благоразумно не ответил, а в разговор Норс вмешался. И он, судя по проявленной наглости, с особо уполномоченным помощником главы Департамента магического правопорядка прежде не пересекался.
– Господа, я бы хотел пояснить. Моя милая племянница возжелала амулет удачи, и я привёл её к мастеру. Мы как раз обсуждали форму амулета, и…
Посредник говорил что-то ещё, но я не вслушивалась. Зато возникло чёткое ощущение – шанс на спасение всё-таки был. Алхимические средства уничтожены, а остатки запахов достойным доказательством не являются. Что касается расположенных в кабинете тайников – их представителям Департамента, видимо, не открыть.
А если настоящих улик нет, то задерживать нас не имеют права. Нас обязаны отпустить, и, судя по всему, так бы оно и случилось, если бы не одно «но».
Норс может заливаться соловьём сколько угодно, только Идгард сразу поймёт, насколько эта легенда про племянницу фальшива. И раз так, то продолжать цирк не имеет смысла. Нужно просто собраться с силами, повернуться к ищейке и сказать…
– Идгард, я всё объясню.
Маг узнал моментально, но не дрогнул. Очень медленно, с этаким истинным мужским величием, он расправил плечи и сложил руки на груди. Затем был пристальный взгляд и тихое:
– Та-ак…
Захотелось взвыть и забиться в какой-нибудь угол.
– Вы знакомы? – удивлённо выдохнул посредник. И уже со страданием, на грани слышимости: – О нет…
Пауза. Долгая, нервная, пронзительная. Лица Льюиса и Норса заметно побледнели, я же вновь испытала желание забиться в угол, а лучше исчезнуть вообще.
Только шанса на побег не было, возможности избежать разговора – тоже. Оставалось лишь одно – уповать на удачу и богов.
– Идгард, я всё объясню, – сглотнув, повторила я. Голос прозвучал жалко.
Вот теперь ищейка отмер…
– Конечно, объяснишь, – ровно сказал он.
Затем бросил взгляд на того из подчинённых, кто прежде командовал, и, указав на представителей теневого сообщества, отдал приказ:
– Выведите их отсюда. Сами тоже…
Ид не договорил, но все и так поняли. Льюис и Норс оказались в крепких объятиях сотрудников Департамента магического правопорядка, и спустя пару минут мы с Идгардом остались одни.
Ищейка молчал. Стоял там же, в той же позе и точно ждал объяснений. Но я не могла. Вот не могла, и всё!
– Айрин? – не выдержав, позвал он, и я мотнула головой.
Идгард таким ответом, конечно, не удовлетворился.
– Айрин, просто скажи, что происходит, – спокойно, без тени каких-либо эмоций попросил маг.
Я опять замотала головой, да ещё зажмурилась в придачу. Как итог ищейка отмер. Приблизился и протянул руку, предлагая встать.
В этот миг сердце, которое и так стучало, как шальное, совсем с ума сошло, а воздух в лёгких закончился. Тем не менее я сумела выдавить:
– Идгард…
А вот договорить не смогла.
Магу надоело ждать. Поощрять мою оторопь он тоже не собирался. Пока пыталась сформулировать мысль и справиться с дыханием, наклонился и сам за руку ухватил.
И застыл! Я, увы, тоже замерла, с ужасом сознавая: вот это яркое ощущение точно взаимно. В смысле, его испытываю не я одна, но и Идгард.
Ну а самое неприятное – суть данного ощущения была очевидна. Не требовалось ни учебников, ни справочников, чтобы понять: это – эффект узнавания, который… даёт Древняя кровь.
– Та-ак, – повторил маг.
Я напряглась безумно. Втянула голову в плечи и даже уши, кажется, прижала. Однако самое жуткое ожидало впереди…
Идгард без ошибки определил руку с узором и вздёрнул рукав платья. Спустя ещё секунду расстегнул один из своих кожаных браслетов, и в тишине кабинета прозвучало очередное:
– Та-ак…
Теперь в голосе ищейки слышалось не удивление, а самая настоящая угроза. Эта интонация стала поводом открыть глаза и… очутиться на грани обморока. Просто мой узор ожил и тянулся к узору Идгарда, как к родному. Оранжево-алые линии, украшавшие запястье мага, не отставали, тянулись к моим.
Когда линии переплелись, я нашла в себе силы перевести взгляд на лицо Идгарда и поймать ответный острый взгляд серо-синих глаз. И прошептать единственное, на что хватало сил, смелости и фантазии:
– Я всё объясню.
– Да, – Ид поджал губы, – конечно.
Из лавки мастера Льюиса я не выходила – меня фактически вывели. Одной рукой крепко прижимая за талию, во второй неся саквояж.
Но никакой романтики – просто в результате всех потрясений стоять на ногах было категорически сложно. К тому же Идгард… он, кажется, перестраховывался. Держал не только для того, чтобы помочь, но и для того, чтобы не сбежала.
У входа в лавку ждали четверо сотрудников управления, а также Льюис с Норсом. Парочка нелегалов была уже в наручниках и оптимизмом не пылала.
– Этими займусь позже, – кивнув на арестантов, сообщил подчинённым Идгард. – Пока в камеры предварительного заключения их определите и мастерскую обыщите как следует.
– А этот обыск… – попытался уточнить один из сотрудников.
– Можете хоть стены ломать, – перебил Ид. – Но чтобы улики были!
Мужчина удовлетворённо кивнул и тут же покосился на меня. Впрочем, с момента выхода на меня вообще все, включая зевак и сотрудников, проверявших соседние павильоны, косились.
Смотрели и ждали пояснений, однако лорд тес Вирион отчитываться не собирался. Окинув пространство цепким взглядом, он махнул припаркованному в отдалении мобилю – мобили, в отличие от экипажей, на рынок пускали, – затем жестом подозвал человека, которого я прежде за зеваку приняла.
– Ты за старшего, – заявил Идгард.
Мужчина с готовностью кивнул и всё-таки поинтересовался:
– А вы?
– Нужно доставить в управление особо опасную.
Человек не поверил, уставился удивленно, а я стыдливо опустила ресницы. Особо опасная. Я! Всё, это конец. Идгард, он… он…
– Я всё…
– Объяснишь-объяснишь, – уже зная, чего именно от меня ждать, перебил маг. Голос прозвучал настолько спокойно, что по спине мурашки побежали.
Дальше был мобиль, галантно распахнутая перед девушкой дверца и брошенное водителю:
– В департамент. К четвёртому подъезду.
Водитель глянул недоумённо, а потом даже рот от изумления приоткрыл. Ну а я задрожала пуще прежнего. С самого начала понимала, что ждать поблажек от Идгарда бесполезно, но теперь ситуация встала в полный рост.
Меня везут в Департамент магического правопорядка. Меня станут допрашивать. Меня… в тюрьму посадят. Но это всё мелочи в сравнении с тем, что посадят не только меня, но и маму с папой!
Когда мобиль тронулся, я воспользовалась тем, что остались фактически наедине и сидим на одном диванчике. Потянулась, вцепилась в рукав мужского плаща и прошептала:
– Идгард.
Ищейка медленно повернул голову, одарил взглядом, а я в настоящую панику впала.
– Идгард, умоляю, родителей моих спаси.
– А за сестру с братом просить не будешь? – поинтересовался он.
– Они не виноваты. – Я замотала головой. – Они вообще ничего не знают.
Маг хмыкнул и… промолчал.
Он сидел на том же диванчике, смотрел на меня и не выражал никаких эмоций. Спокойствию Идгарда могли бы позавидовать все столь любимые Вирджем мраморные бюсты, вместе взятые, и все скалы в придачу. Только меня это спокойствие никак не удовлетворяло.
– Идгард, – позвала тихо и снова потянулась, чтобы коснуться уже не плаща, а его руки.
Знакомое ощущение узнавания, принадлежащее Древней крови, и руку мою крепко сжали. Потом медленно, но неотвратимо потянули к губам – только это не нежность была, практически агрессия.
– Почему ты скрывала? – спросил Ид.
– Я ошиблась, – выдохнула искренне. – Я… совершила глупость.
– А тогда, в Раваншире? Ты ведь могла сказать, – продолжил напирать он.
Сразу вспомнился гобелен и ночь на праздник Нового солнца. Идгард пришел ко мне из храма, где ему снова не повезло, а я…
– Прости, – прошептала, потупив взгляд. – Я готова принять любое наказание и даже сопротивляться не буду. Только умоляю, спаси моих родителей. Они не виноваты. Они…
Я осеклась и замолчала, а Идгард не ответил. Так и не выпустив мою руку, откинулся на спинку диванчика и прикрыл глаза.
Несколько долгих минут я рассматривала его лицо – в свете нового зрения оно тоже изменилось, стало умопомрачительно красивым. Потом заставила себя отвернуться и уставиться в окно.
Весь окружающий мир выглядел необычно, и если в процессе поездки с Норсом я была слишком напряжена, чтобы обращать внимание на пейзажи столицы, то теперь, вопреки всякой логике, рассл