Я осталась одна в номере. Всё, всё, как прежде: две кровати, шкаф, тумбочка, трюмо и стол. В изнеможении я села на кровать, даже покрывала старые, наверное, с тех далеких времен остались.
Не успела я достать из сумки вещи, чтобы переодеться, горничная вернулась. Она принесла комплект постельного белья и большую корзину, доверху набитую продуктами. Девушка бросила простыни на кровать и стала выкладывать на стол огурцы, помидоры, зелень, вареную картошку, мясные котлеты и прочую вкусную снедь. В конце она достала из корзины бутылку домашнего вина.
– Присаживайтесь, поди есть хотите?
Я воспользовалась приглашением. Переживания переживаниями, но ела я в последний раз еще дома, а если разобраться, то вчера вечером, сегодня утром только выпила чашку чая.
– Лера, меня зовут Лерой, – представилась девушка. Она разлила вино по стаканам и подвинула ко мне тарелку с закуской. – Ешь. А тебя как зовут? – Лера, не церемонясь, перешла на «ты».
– Мариной.
– Ну, не грусти, Марина! Давай выпьем за нас, за женщин! До дна! Сразу почувствуешь, как полегчает! – Она опрокинула в себя стакан и подождала, когда выпью я. – Говорю тебе, плюнь на все и на всех. Раз уж сюда приехала, отдыхай. А хочешь, я тебя с кем-нибудь познакомлю? Тут туристы на постой попросились, есть очень достойные мужские особи.
– Нет, не надо меня ни с кем знакомить. Принеси лучше чая.
– Ты что? Еще вино не выпили, а ты чая! По одной! За любовь! – Девушка снова налила вина и протянула мне стакан.
Пить мне не хотелось, вино мне не понравилось, оно было приторно-сладким и немного горчило, но я все же сделала несколько глотков и отодвинула от себя стакан.
– Ну как? Полегчало? – поинтересовалась Лера, ей вино было по вкусу, второй стакан она выпила так же легко, как и первый.
– Да, – согласилась я. Мне определенно стало легче, я уже не так трагично смотрела на сложившуюся ситуацию. Кто-то глупо пошутил, но ничего, завтра я приеду домой и разберусь, кому выдрать ноги.
От выпитого вина голова моя затуманилась, ноги стали тяжелыми, и приятное тепло окутало мое тело. Мне захотелось спать, но рядом сидела Лера, и я не знала, как избавиться от назойливой гостьи.
«А чего я стесняюсь? За номер я заплатила, за ужин сейчас рассчитаюсь или нет, лучше завтра, сил никаких нет подниматься и лезть в кошелек. Пусть себе идет, а я буду спать», – мысли мои путались, я еле сдерживала себя, чтобы не упасть на кровать.
– Знаешь, Лера, я очень устала и хочу спать. Пожалуй, чая уже не надо. И это все унеси. Деньги получишь завтра. Ты не против? – Я демонстративно встала из-за стола и прилегла на кровать.
Лера, конечно, была против того, чтобы так рано заканчивать вечеринку, но ей ничего не оставалось делать, как молча собрать остатки еды и уйти.
Как только за девушкой захлопнулась дверь, я расслабилась. За прошедший день я так устала, что мне не хотелось ни думать, ни разбираться в случившемся. Веки мои сомкнулись, и я крепко заснула. Последняя моя мысль была о том, что завтра утром первым автобусом я отсюда уеду.
В аэропорту, пока объект торговался с таксистом, Игорь быстро нашел арендованную машину. Это был весьма потрепанный «Рено» серого цвета. Сундуков поискал рукой под бампером и извлек ключи. Доверенность и документы на машину лежали в бардачке.
Игорь мысленно поблагодарил шефа, Максима Седых, это он побеспокоился о машине, как только узнал, каким рейсом будут лететь Клюквина и Сундуков. Еще во время службы Максим Седых, в недалеком прошлом майор милиции, обзавелся множеством друзей в разных уголках страны. Друзья не подвели и на этот раз. Один звонок накануне, и вот к услугам фирмы автомобиль, неброский и надежный.
«Ну что ж, теперь в путь! – подумал Игорь. – Машина, конечно, не супер, но зато в глаза не бросается. Будем надеяться, она только с виду такая убитая».
Сундуков заранее разжился адресом лагеря, но вперед решил не вырываться, чтобы не упустить объект из виду, мало ли что даме может прийти в голову, вдруг она возьмет и изменит маршрут.
Как только такси тронулось, Игорь пропустил несколько машин вперед и пристроился следом. Сначала ведомая машина пыталась оторваться, и Сундукову пришлось поволноваться. Он поднажал на газ и вскоре за поворотом чуть не влетел в такси. Собственно, в такси влетел до него другой автомобиль, и, слава богу, все обошлось без пострадавших, обе машины отделались только разбитой фарой и погнутым капотом. Игорь проскочил мимо и через пятьдесят метров съехал на обочину – подождать, когда водители разойдутся с миром и поедут дальше. Вскоре на дороге показался виновник происшествия, таксист ехал с положенной скоростью, вел себя смирно и в дальнейшем правил не нарушал.
Недалеко от въезда в лагерь Игорь остановился, подождал, пока таксист высадит пассажирку, и только после этого поставил машину на стоянку с внешней стороны ограждения.
Он незаметно прошел на территорию и обосновался в покосившейся от старости беседке. Два часа он наблюдал, как Клюквина с недоумением бродит по лагерю, что-то ищет, кого-то выспрашивает. Потом зашла в спальный корпус, сняла номер и безвылазно в нем засела. Сундукова это очень удивило.
«За каким чертом она сюда приехала? Не похоже, чтобы ее здесь ждали. Хотя, кто его знает, зачем она вообще оказалась в этом заброшенном лагере. Посмотрим», – подумал Игорь и решил побеспокоиться о своем ночлеге.
Он разыскал горничную, сочинил сказку о том, как отстал от компании, и попросился переночевать. Та с радостью взяла деньги, поселила его в соседней с Клюквиной комнате и убежала по своим делам.
Игорь прильнул ухом к стене. Он слышал звон посуды и негромкий голос горничной, приглашавшей свою постоялицу выпить. Застолье – первое, что пришло ему в голову, он пожалел о том, что не прихватил с собой ничего из съестного.
Голод – не тетка! Сундуков вышел из комнаты и отправился на поиски буфета или кафе. Есть же на территории лагеря заведение, где можно купить хоть какую-то еду? Он походил вокруг старой столовой и пришел к выводу: здесь уже давно никто ничего не готовил. На дверях пищеблока висел ржавый замок, а окна были оклеены выцветшими от солнца газетами. Идти в поселок Игорю не хотелось, и он отправился назад в корпус с надеждой подкупить чего-нибудь у горничной. Соорудила же она ужин Клюквиной? Чем он хуже? Сундуков давно усвоил истину – деньги решают все.
В коридоре он горничную не нашел, вернулся к себе. За стенкой была полная тишина. Ни шагов, ни шороха, ни какого иного звука Игорь не услышал. Он не поленился и опять вышел в коридор. Дверь в соседнюю комнату оказалась незапертой, он приоткрыл ее и увидел мирно спящую на кровати Клюквину.
«Спит. Странно, прошло-то всего минут двадцать, не больше. Время еще детское, даже толком не стемнело. Я на ее месте пошел бы погулять, воздух здесь такой чудесный», – подумал Сундуков и решил воспользоваться своим же советом и подышать горным воздухом.
Игорь натянул легкий свитер, намериваясь побродить по окрестностям подольше. Он обошел здание спального корпуса, незаметно заглянул в окно – так и есть, спит, даже не разделась, в чем приехала, в том и завалилась на кровать.
Сундуков вышел за территорию лагеря. Воздух, наполненный ароматами хвои и цветов, кружил голову. Южная ночь еще не вступила полностью в свои права, хорошо были видны очертания гор, деревьев, даже можно было разобрать буквы на вывеске с названием лагеря. Но с каждой минутой становилось все темнее и темнее. Застрекотали цикады. Где-то надрывно закричала ночная птица, внушая чувство тревоги непрошеным гостям ночного леса.
Игорь решил, что пора возвращаться, и оглянулся на темный лагерь, ни один фонарь не светился. Придется идти на ощупь, как назло, в это время луна скрылась за облаками, хорошо хоть дорожки не успели перекопать. Сундуков побрел к корпусу, заходить в номер не хотелось, книг он не брал, телевизора в комнате не было, а мозолить глаза горничной не входило в его планы. Он пошел к ранее облюбованной беседке, чтобы еще немного насладиться ночной прохладой.
В целом было тихо, лишь высоко над головой, в кронах высоких деревьев шелестел ветер. Со свистом упала шишка, больно треснув Игоря по голове.
– Е-мое! – от неожиданности он схватился за голову. – То ли ветром сбило, то ли белка-растеряха уронила. Все самое лучшее почему-то всегда достается мне.
«Вот почему я, здоровый и умный мужик, должен заниматься черт знает чем? Сижу в какой-то тьмутаракани и слежу за взбалмошной дамочкой. Мне это надо? Ни семьи, ни дома не имею. Как пес, вечно рыскаю в поисках заблудших душ. Как пошло в один момент наперекосяк, так и по сей день одни шишки на голову сыплются», – Сундуков потер ушибленное место.
Игорь рос без отца и был уличным пацаном. Мать с утра до вечера на работе, а он – во дворе. Когда ему стукнуло двенадцать лет, окончательно устав от постоянных визитов к классной руководительнице и директору школы, мать махнула на него рукой.
Сундукова в школе знали как первого хулигана и зачинщика драк. С синяками он ходил редко, больше от его кулаков страдали другие дети. И не известно, как бы сложилась жизнь Игоря, если бы не счастливый случай – он познакомился с Антоном Ивановичем, другом школьного физкультурника.
Один раз перед уроком физвоспитания Сундуков по своему обыкновению устроил драку. В разгар потасовки в зал вошел Антон Иванович. Он приметил крепкого мальчишку и пригласил в свою секцию вольной борьбы. Игорь прижился там, стал делать успехи, занимать почетные места на соревнованиях и к девятому классу защитил звание мастера спорта. Так его необузданная энергия была направлена в нужное русло.
К моменту окончания школы Игорь уже выступал за команду университета и был принят на юридический факультет практически без экзаменов. Учился он, как и все спортсмены, время от времени, с долгами, переэкзаменовками и хвостами.
Перед последним курсом, на сборах Игорь повредил плечо, не поехал на соревнования и остался на спортивной базе – следовало хорошо подлечиться, пройти курс массажа и восстановительных упражнений. Поскольку, кроме плеча, у него ничего не болело, он закрутил роман с молоденькой докторицей по лечебной физкультуре. И надо же было такому случиться, эта дама оказалась женой декана факультета, на котором имел честь учиться Сундуков. Обманутый муж приехал на базу в неподходящий момент и застал влюбленную парочку. Был жуткий скандал, сессию Игорю пересдать не разрешили. Не спасли его ни достижения, ни регалии. Так он покинул университет, не доучившись один год. Травмы стали постоянно преследовать его, и со спортом вскоре пришлось завязать. Игорь пробовал заниматься торговлей, не получилось, потом несколько лет проработал охранником, пока не устроился на работу в «Цербер».