– Уникальной границы, – вставил второй док. – Таких четких границ, будто бы прочерченных тонким карандашом, не имеет ни одна другая зона разлома!
– Да, коллега Яременко прав, граница уникальна! Так вот, мы тщательно запротоколировали и сфотографировали все предметы и деревья. Вообще все, что находилось или росло на экспериментальной площадке. Взгляните на то место, где была найдена эта емкость!
– Пусто, – Каспер кивнул и усмехнулся. – Ваша научная мысль понятна, коллега. Предметы переместились.
– Пока существовала версия о маскировке под этот конгломерат «серого», мы не могли этого утверждать. Но теперь все очевидно! Разломный прилив, если можно его так назвать, перемешал все фишки!
– Если их можно так назвать, – вставил второй док.
– Да, – первый кивнул. – Возможно, они были переброшены с другого края зоны!
– Пока это недоказуемо, – укоризненно качая головой, сказал другой док. – Давайте будем придерживаться строго научного подхода, Владимир. На первом этапе исследований следует просто описывать факты, а не строить преждевременные версии.
– Совершенно с вами согласен, Владислав, – ученый взволнованно поправил очки. – Следует срочно провести обследование данного предмета. Убежден, двойная трансформация должна была как-то повлиять на его физические параметры.
– Если трансформации происходили на молекулярном, а то и атомарном уровне, не факт!
– Коллеги, вы позволите к вам присоединиться? – Каспер коротко взглянул на Лунёва. – Это все ужасно интересно.
Андрей кивком разрешил.
– Это будет весьма кстати! Владимир, – представился первый док, – Мозгунов, док-консультант квест-групп.
– Влад Яременко, – представился другой. – Кандидат наук.
– А я Каспер, – парень задумался. – Аспирант.
– Коллеги, прошу за мной, – Мозгунов указал на один из малых кемперов, – надо принести сюда аппаратуру.
Лунёв проводил доков и Каспера задумчивым взглядом и обернулся к Мухе.
– Ты понял, что произошло?
– Будем искать пакали до морковкина заговенья, – Муха недовольно скривился. – Теперь нет никаких гарантий, что они в центре, поблизости от разлома.
– Вот именно.
– Да уж, – Бибик снял кепи и почесал макушку. – Теперь только всех квестеров в цепь и по дескану каждому в зубы.
– Зачем же в зубы? – послышалось сзади.
Товарищи обернулись и уставились на человека в легком походном костюме. Между прочим, в очень дорогом костюме. И очки у человека были явно дорогие, и часы, и обувь. И вообще выглядел он весьма респектабельно, хотя, кроме перечисленных предметов, о его положении свидетельствовала лишь холеная физиономия и стильная прическа. Ну и еще полдюжины вооруженных телохранителей в униформе службы охраны ЦИК.
– Доброе утро, Кирилл Константинович, – спокойно, но все же с нотками уважения в голосе, произнес Бибик. – А я гадал, кто тут координирует?
– Здравствуй, Степан, – Кирсанов протянул Бибику руку. – Да, я решил сам все увидеть. Еще вчера вечером сюда приехал.
– У Бернштейна из окна вид был, наверное, более смачный.
– Смачный? – Кирсанов рассмеялся. – Нашел ты эпитет. Что в этом «аномальном пудинге» смачного? А Бернштейну не хочу пока мешать. Две точки зрения при сравнении дают двойной эффект, не так ли, Андрей?
Кирсанов перевел цепкий взгляд на Лунёва и протянул руку ему.
– Я Кирсанов.
– Лунёв, – Андрей ответил на рукопожатие.
– Наслышан, – Кирсанов задержал руку. – Вы здесь… не случайно, ведь так?
– Скорее всего, так, – Андрей спокойно выдержал испытующий взгляд Кирсанова. – Мастер обычно предоставляет нам возможность самостоятельно разбираться с условиями нового этапа Игры.
– Даже так? – Кирсанов хмыкнул. – Что ж, будет о чем поговорить. Вы ведь не откажетесь побеседовать?
– Не вопрос, Кирилл Константинович.
– Просто Кирилл, – Кирсанов протянул руку Мухе. – А ты… Михаил. Верно?
– Просто Муха, – ответил бывший сталкер и, не задумываясь, тоже сразу перешел на ты: – А ты откуда о нас знаешь?
– Вы изрядно наследили в предыдущих квестах. В Чернобыльской зоне, в Минске, Питере, в Кыштыме, на борту сухогруза «Нью Лакки» и в Бангкоке. Ведь везде были вы либо Андрей.
– Еще вместе были, опять же в старой зоне и в Москве, – уточнил Муха. – Пакистан и Антарктиду я не считаю, там транзитом появились и смотались. А еще на Острове успели зомбятину погонять. Или она нас.
– На Острове? – заинтересовался Кирсанов. – В одиннадцатой зоне? И сумели оттуда выбраться?
– Бонус от Мастера, – не моргнув, соврал Муха.
– Да, наслышан, – Кирсанов опять обернулся к Андрею: – О Мастере Игры, бонусах, странных правилах, «серых»… мне докладывали другие квестеры. Но никто из них не играл ЗА Мастера. Во всех прочих случаях он выступал или в роли арбитра, или как наблюдатель, вот в чем отличие. Так что мне вдвойне интересно с вами побеседовать. Впрочем, чуть позже…
Кирсанов развернулся лицом к подъезжающему грузовичку. Новая попытка вывезти из зоны аномальный конгломерат едва не обернулась серьезной проблемой. На этот раз самогруз довольно легко закинул в кузов небольшой бесформенный артефакт, но когда пересек границу, рессоры у него едва не «выгнулись в обратную сторону», а задние колеса ушли в рыхлый грунт по самые оси. И предмет в кузове стремительно увеличился в размерах так, что чуть не сломал кран. В принципе, ничего особенного в преобразившемся комке не было, «артефактом» оказалась машина, но самогруз был рассчитан на эвакуацию машин чуть полегче. Все-таки эта машина была не простой, а боевой машиной десанта.
– Вот, блин! – выбираясь из кабины заявил водитель. – Я как ее сгружать буду?! Черт, сейчас колеса лопнут! Сколько в этой «бээмдэ» весу? Тонн восемь? Капец моему грузовичку, он же на пять рассчитан! Новый был почти! Дернул меня хрен с вами связаться!
– Успокойся, дружище, – сказал Кирсанов. – Я тебе все компенсирую. Сколько стоит такой грузовик?
– Ну-у, если поискать, – водитель смерил миллионера взглядом.
– Если не искать, новый.
– Даже не знаю, – парень замялся. – Я этот заказывал, мне пригоняли…
– Оставь телефон, данные и адрес, завтра тебе по нему доставят новый самогруз. И за сегодняшнюю работу заплатят втрое больше. А пока давай, добивай савраску, чего уж там.
– Ну, если так, – водитель с подозрением прищурился. – Не кинете?
– Ты чего, – толкнув его в бок, прошипел один из квестеров, – это ж сам Кирсанов!
– Понял, не дурак, – оживился водитель. – Ну, тогда повезло мне. Прям сон какой-то сбывшийся получается. Эх, поехали, камикадзе мой железный, еще чего притащим! А все равно, сгружать-то эту бандуру как?
– Сейчас пандус придумаем, тросом сдернем, – пообещал квестер.
– Да он уже и так почти по кузов в землю ушел, – заметил Бибик. – Слышь, рулевой, погазуй немного, заройся поглубже в грязь. Чтоб наклончик был и задний борт почти к земле прижался. А потом цепляйте БМД и дергайте, запросто спрыгнет с кузова машина крылатой пехоты. А потом грузовик тяните из ямы, и вся любовь.
– Толково, – одобрил квестер.
– Согласен, – вновь взглянув на Бибика и его «прикомандированных», сказал Кирсанов. – Со смекалкой в вашей группе все хорошо. Понятно, как вы прошли столько аномальных зон.
Издалека вновь послышались радостные возгласы и, казалось, кто-то даже пару раз восторженно хрюкнул. Хотя, наверное, показалось. Ученые копошились в своих приборах, а Каспер делал вид, что им помогает, но на самом деле, похоже, просто развлекался, подтрунивая над увлеченными работой доками.
– Феноменально! – изучив какие-то данные на экране прибора, воскликнул Мозгунов. – Нам сегодня бесконечно везет на открытия! Я обожаю эту зону!
– Это действительно нечто, – чуть более сдержанно поддержал его Яременко.
– Док! – вдруг донеслось издалека. – Док Влад! Срочно!
Яременко обернулся и привстал. На порожке кемпера, в котором была оборудована передвижная научная лаборатория, стоял квестер и махал рукой с зажатой трубкой. Вплотную к зоне со связью еще возникали перебои, но на месте стоянки связь уже работала нормально.
– Что может быть срочного? – Яременко пожал плечами и виновато покосился на товарищей.
– Идите, коллега, – разрешил Мозгунов. – Заодно принесете еще пару контейнеров для мелких образцов.
– Я быстро, – пообещал док.
Быстро у него не получилось. Выслушав какое-то сообщение по телефону, он обмяк и уселся прямо на порожке кемпера. А квестер, который вызвал дока, уже махал рукой кому-то из своих товарищей по группе. И как только этот товарищ двинулся к лагерю, в одном из джипов зазвенели сразу две трубки, оставленные бойцами по причине ненадобности в зоне. А потом зазвенели и запели еще три или четыре телефона. И от этой дребедени всем почему-то стало не по себе. Особенно при взгляде на Яременко, а затем еще на двух квестеров. Им всем явно пришли плохие вести.
Увидев, как товарищи спали с лица, квестеры, которые узнали голоса своих трубок, бросились в лагерь со всех ног. Лунёв, Бибик, Муха и Кирсанов тоже насторожились, переглянулись и, не сговариваясь, направились к стоянке. Пришли они к моменту, когда все, у кого так внезапно зазвонили телефоны, уже выслушали сообщения. Кроме Яременко и двух бойцов, прибывших в начале перезвона, хмурое и даже мрачное выражение лица наблюдалось еще у двух квестеров. Трое оставшихся, наоборот, сияли, как начищенные медяки. Один даже начал приплясывать, но увидел, какие похоронные лица у прибывшей раньше пятерки, и успокоился.
– Что происходит? – строго спросил Кирсанов. – Кто звонил?
– С ЦИКом связь появилась, – пояснил квестер, который всех вызывал. – На пять минут всего… теперь опять глухо, как в танке.
– Так, ясно, – Кирилл Константинович обернулся к одному из угрюмых квестеров с мобильником в руке. – Что стряслось?
– Жена… ключицу сломала, – выдохнул квестер. – Прямо в ванной. Поскользнулась, и… вот. Как теперь с ребенком будет управляться… не знаю.
– Твоя семья в Центре живет? Тогда все нормально будет. Жену вылечат, а ребенок в детском секторе поживет, не страшно. А у тебя что стряслось?