— А он не собирался ужинать. — Ангелина еле сдерживала разгоравшуюся ревность. — Он плотно пообедал в рыбном ресторане. Кстати, рыба там потрясающая, во рту тает! — нахваливала она, поддразнивая Катю. — Анатолий две порции съел. — Ангелина нисколько не преувеличивала, так как сама не смогла ни кусочка проглотить после рассказа официанта о местных обычаях захоронения умерших.
— Может, он хотя бы салат покушает? — приуныла Катя.
— Так его нет, Катюша, — как бы между прочим сообщила Ангелина. — Анатолий ушел поплавать.
— Ночью? В темноте? — изумилась Катя.
— Да, — фантазировала Ангелина. — Здесь при гостинице организован клуб ночного дайвинга. Анатолий уже вторую ночь тренируется.
— И вы его так спокойно отпускаете? — не верилось Кате. — Это же очень опасно. Я бы своего Илью ни за что не отпустила.
— У меня другие принципы воспитания мужчин, — усмехнулась Ангелина.
— Вы очень мудрая женщина, — искренне восхитилась Катя. — Не то что я… Дурочка восторженная! Мне уже девятнадцатый год, а я все не могу расстаться с розовыми очками. Научите меня, как мне ума-разума набраться.
— У меня нет никаких особых секретов, — сжалилась над Катей Ангелина. — Стремись относиться к людям так, как бы ты хотела, чтобы они относились к тебе.
— Так просто? — Катя задумалась над словами Ангелины.
— Это только кажется, что просто, — предостерегла она девушку. — Давай-ка лучше поужинаем, а то вся твоя стряпня остынет.
Катя спохватилась, переставила кастрюльку и тарелки на стол, положила салфетки, оставив на сервировочном столике прибор Анатолия.
— Где сейчас мой Илья? — взгрустнула Катя. — Наверное, голодный, холодный, одинокий… А что если его не мафия похитила, а он сам сбежал от меня к другой женщине? Тогда пусть лучше не возвращается! Я никогда его не прощу!
«Где сейчас мой Анатолий? — думала Ангелина. — Как бы он не влип во что-нибудь из-за своего дружка… У Анатолия такой горячий нрав!»
— Эх, Катюха, жаль, что пиво кончилось, и у нас нет чего-нибудь покрепче! — заметила она вслух. Взвинченные нервы Ангелины требовали чего-нибудь, что вернуло бы утраченный покой.
— У меня есть заначка, — созналась Катя.
— Чего ж ты раньше молчала, чудачка! — обрадовалась Ангелина. — Тащи сюда!
— Мне перед Анатолием было неудобно, — засмущалась Катя. — Еще подумает, что я вас спаиваю. Тогда на девичнике так все нехорошо получилось и с коньяком, и с платьем.
Катя расстегнула молнию на сумке. У Ангелины захолонуло сердце: вдруг Катя обнаружит пропажу сотового телефона? Нет! Катя застегнула сумку. Не в этом отделении. — Она раскрыла боковой карман и вынула недопитую бутылку. — Это и есть местная водка «Арак», которую раскритиковал в «Тубусе» мой гурман. А я потихоньку припрятала бутылку, а то он чересчур быстро опустошал запасы бара.
— Наливай! — скомандовала Ангелина.
Катя свинтила пробку, сбегала в кухню за рюмками и наполнила их до краев.
— За что пить будем?
— Как за что? — поразилась Ангелина. — За любовь! За ее радости и за ее огорчения.
— Это про меня сказано, — согласилась Катя, чокнувшись с Ангелиной. — Но за любовь я все-таки выпью…
— Б-р-р-р, — Ангелина едва пригубила рюмку. — Твой гурман был прав: эта водка ничуть не лучше нашего самогона. Надо было у Сандры кубинского рома прихватить.
— Не упоминайте при мне ее имени. — Катя выпила водку до дна. — Это не женщина, а погибель для таких обалдуев, как мой Илья.
— Катя! — укорила ее Ангелина. — Сколько можно говорить об одном и том же. Сандра — экзотическая птичка, и любой приезжий мужчина обратит на нее внимание. Ведь и ты тоже не отвергала ухаживания Виктора.
— Это другое дело! — противилась Катя. — Я мстила!
— За что?!
— За все! — Катя налила себе вторую рюмку и наполнила до краев рюмку Ангелины. — За то, что он днем ухаживал за мной, а по ночам во сне повторял имя бывшей жены! За то, что он клялся мне в любви и называл своей малышкой, а сам пялился на пышногрудых негритянок! За то, что он обещал устроить настоящую королевскую свадьбу, а сам хотел откупиться фиктивным браком с липовым свидетельством!
— А ты накажи его, — предложила Ангелина, накладывая в тарелку вожделенное лобио. — О как вкусно! — она облизала испачкавшийся в подливке палец. — Не выходи за него замуж!
— Не выходить замуж? — помрачнела разочарованная Катя. — Если бы вы знали, какое у меня красивое свадебное платье! Оно такое белое, и кружева белые-пребелые, и еще беленькие капроновые перчатки, беленькие туфельки и белая-белая фата…
— И еще длинный белый лимузин с черным водителем, красивый свадебный обряд, усыпанные бриллиантами обручальные кольца, подарки, цветы и безумная ночь страстной любви, — досказала за нее Ангелина.
— Илья заказал для меня букет из белых лотосов, курс косметических процедур и макияж с прической, про нас снимут фильм, вся церемония будет сопровождаться этнической музыкой и танцами профессиональных исполнителей в балийских костюмах. А после заключения брака и ритуальной религиозной церемонии нас должны доставить на небольшой корабль, который отправится в однодневный круиз… Ой, — осеклась Катя. — Я проболталась… Это же был наш сюрприз…
«Хорошо, что Анатолий не слышал про очередной сюрприз Голубева и Кати. А то бы его кондрашка хватила», — размышляла Ангелина, но вслух поддержала Катю:
— Да ладно, чего уж там… Какие у нас могут быть друг от друга секреты! Раз проболталась, договаривай до конца.
— Что говорить?.. — Катя снова покопалась в сумке и извлекла со дна красочный глянцевый буклет. — Вот, сами читайте.
— Интересно, интересно. — Ангелина придвинулась к Кате и откинула подальше ее сумку, чтобы девушка случайно не обнаружила пропажу трубки.
На обложке буклета, специально переведенного на русский язык, крупными буквами было напечатано: «Свадьба в стиле Сальвадора Дали». Ангелина перевернула страницу и ознакомилась с новыми подробностями из жизни обожаемого ею художника.
«Даже если вы не звезда шоу-бизнеса и не знаменитый политик, вы можете составить компанию Тине Тернер, Гельмуту Колю, Мику Джаггеру, Нельсону Манделе, Стивену Сигалу, которые всем курортам мира предпочли великолепие Бали, — читала Ангелина. — На острове, где все дышит негой и красотой, любят проводить медовый месяц жители Старого и Нового света. Если сила вашего чувства глубока и требует острых ощущений, подарите вашей возлюбленной незабываемое удовольствие каждое утро нежиться в бассейне, водная гладь которого будет устлана лепестками гибискусов или роз. Говорят, что эту романтическую моду, как и моду на особую свадебную церемонию, первым на острове ввел экстравагантный Сальватор Дали…»
«Свадебный люкс, украшенный цветами, игристое вино… Ну, в этом, допустим, никакой экзотики, — размышляла Ангелина. — На женихе и невесте — местные национальные костюмы… А вот, наконец, описание самой церемонии…»
«Священник прочтет хвалебные речи к богам, благословит новобрачных и попросит богов исполнить все их желания. Указательный палец невесты и мизинец жениха свяжут «благословенной золотой нитью» и окропят водой. С этого момента молодые обязаны заботиться друг о друге. В знак данного обета новобрачных угостят рисовыми шариками, склеенными кокосовым молоком. Чтобы любовь передалась на семь последующих поколений, молодые должны семь раз передать из рук в руки листья бетеля, а затем бросить их на землю. Потом под традиционную балийскую музыку выполняется ритуал «поклонения кокосу», который, по преданию, считается символом плодородия и процветания. По окончании церемонии новобрачным выдается балийская грамота о венчании — «лонтар», написанная старинным балийским письмом на пальмовых листьях. Получив свидетельство о браке, молодожены зажгут масляную лампу, символизирующую единство и успех…»
— И по окончании обряда — снова шампанское и круиз на яхте, — добавила Катя. — Ну, а полная брачная церемония с официальным оформлением подтверждается чиновником в присутствии двух свидетелей.
— Красивый обряд. — Ангелина вручила буклет Кате.
— Неужели вы смогли бы отказаться от всего этого? — Катя ждала ответа Ангелины.
— Честно говоря, не знаю… — Ангелина представила Анатолия и себя в роли жениха и невесты на этой волшебной церемонии. — Разве может кто-нибудь в здравом уме отказаться от такой возможности…
— Ох и наплавался же я! — раздался с улицы голос вернувшегося из разведки Анатолия.
Ангелина метнулась к окну: Анатолий торопливо снимал разорванную рубашку и делал Ангелине знаки, чтобы она, незаметно от Кати, бросила ему другую одежду. Ангелина показала ему глазами на дверь и нарочито громко ответила:
— Как мы тебя заждались, дорогой! Может, перенесем все тарелки в сад и закончим ужин в романтической обстановке под звездным небом?
— С удовольствием! — Анатолий понял ее намек. — Я как раз проголодался, как зверь, от ночного ныряния.
— Катюша, тебя не затруднит собрать все, а я на минутку выскочу на улицу, проверю все ли там в порядке? — Ангелина прихватила со стула футболку Анатолия и выскользнула за дверь.
Катя не совсем поняла, о каком порядке говорила Ангелина, но расспрашивать не стала, чтобы не показаться навязчивой. Она переставила обратно на сервировочный столик почти нетронутый ужин и покатила его к входной двери.
— Не сюда! — через минуту Ангелина влетела назад. — Через кухонную дверь удобнее и быстрее.
Катя послушно развернулась и покатила столик на кухню. Ангелина чуть помедлила, пока девушка покинула комнату, и сунула в ее сумку конфискованную Анатолием трубку и ключи. Услышав, что Катя уже вовсю болтает с Анатолием о его странном ночном развлечении, Ангелина не удержалась и пролистала меню ее телефона. В списке принятых звонков ничего не значилось, и строка сообщений тоже была пустой. Значит, Голубев так и не позвонил…
Ангелинина тревога усилилась. Почему Анатолий так долго пропадал? Где и при каких обстоятельствах он разорвал рубашку? А вдруг он с кем-то подрался? Но с кем? У Анатолия на этом остро