рассмотрении оказавшихся бревенчатыми домами и сараями. Жилые дома стояли на каменных фундаментах. Все постройки крыты соломой. На улицах чистота и порядок. Центральная деревенская магистраль даже посыпана щебнем. Ну, вылитое кулацкое село средней полосы России.
Турболет стал ходить над самыми крышами, высматривая жителей. Не замечая направленных на них крохотных объективов, аборигены спокойно занимались хозяйством. Люди как люди. Отнюдь не трехметровые, всего с двумя глазами. Достаточно стройные, среднего роста, черноволосые, мужчины с аккуратно подстриженными бородами. В одежде доминировали туники из серого домотканого холста. У мужчин туники по колено, подпоясаны кожаными ремнями с бронзовыми или серебряными бляшками. У женщин одежда ниже колена, перепоясана у кого затейливо витым шнуром, а у некоторых металлическими цепочками. На ногах практически у всех добротные кожаные сандалии. Только молодежь бегает босиком. Почти все мужское население, за исключением подростков носит на поясе кинжал.
Из домашней скотины мы опознали кур, гусей, коз, овец, собак и какую-то разновидность буйвола. Вот чего мы не заметили так это лошадей и повозок. Вообще не было видно каких-либо колесных конструкций.
— Ну, вот, Ваше Сиятельство, вам и Атлантида и атланты! — сказал Мишка. — Довольны находкой?
— Эх, не так я представлял себе эту загадочную землю и её обитателей! — Разочарованно сказал Георгий Николаевич. — Остров как остров, люди как люди! Нет, мне, конечно, интересно посмотреть на жизнь доисторического поселения, но…
— А вот это и есть историческая реальность, во всем своем неприглядстве, — скучным голосом сказал Гарик. — Мне вспоминается, что я вот точно так же был разочарован, первый раз прогулявшись по Москве. Сейчас ведь даже и не вспомню, какого года!
— Я помню, — зевая, сказал Мишка. — Первое глубоковечное погружение мы совершили в 1812 год. Хотели на знаменитый пожар посмотреть!
— Да, разочарование было сильное, — припомнил я. — Дома грязные, жители в пыльной одежде, под ногами глинисто-навозная жижа. А какие там были мухи! Размером с собаку! Б-р-рр! Этот поселок по сравнению с Москвой девятнадцатого века просто загляденье! Лубок! Домики аккуратные, пейзане дородные! Прямо-таки витрина сельской жизни!
— Погоди! Как ты сказал? Витрина? — задумчиво протянула Маша. — А ведь за витриной обычно что-нибудь скрывается! Какое-то здесь все ненатурально правильное, конфетно-мармеладное, аж зубы ломит!
— Да, Машуль, мне кажется, что ты права, — до меня тоже постепенно начало доходить. — Тут явно кроется подвох!
— То есть, вы хотите сказать, что эта милая идиллия — маскировка? — врубился Бэтмен. — Давайте возьмем «языка» и поспрашиваем его с пристрастием!
— Вот интересно, а на каком языке ты будешь своего «языка» допрашивать? — вставил реплику практичный Гарик. — Когда мы первых негров в плен взяли, нам крупно повезло. Совершенно случайно, как рояль в кустах у нас оказался свой знаток суахили! А здесь как будем выкручиваться? Жестами попытаемся объясниться или картинки будем рисовать?
— Миха, чего ты дурака валяешь? — вмешался я. — Какие на хрен «языки»! У нас в руках самый совершенный прибор для вскрытия исторических загадок! Надо просто проверить ближайшую тысячу лет. Пятьсот лет назад и столько же вперед. И все сразу станет ясным.
— Правильно! — одобрительно сказал Георгий Николаевич. — Таким способом мы легко увидим момент зарождения и расцвет этой цивилизации!
Гарик быстро настроил таймер одного из «глазков» на пять лет назад и перевел изображение на половинку голоэкрана. Мы потрясенно уставились на картинку. Ничего кроме поросшего кустами поля на месте поселка не было! Гарик ещё быстрее стал тыкать в кнопочки. Пять лет вперед. И опять перед нами пустынный лужок. Остальные «глазки» продолжали транслировать образцовое село.
— Получается, что пять лет назад этой деревни здесь не было, а через пять лет её уже не станет, — потрясенно сказал Георгий Николаевич. — Так ведь и никаких следов не осталось!
— Гарик, давай на день назад! — скомандовал я. Горыныч с бешеной скоростью набрал на таймере нужную цифровую комбинацию. Включение! На экране перед нами заросший кустами пустырь! В салоне турболета установилось гробовое молчание. Я почти отчетливо услышал, как в головах моих друзей, да и в моей собственной загудели и начали плавиться мозги.
— Это муляж, обманка! — сказал я, — деревня возникла из ничего и затем бесследно исчезла! Сдается мне, что этот макет приготовили специально для нас! Слушайте, а если это вообще ловушка? Не дай бог, мы бы открыли «окно» и вышли бы пощупать всё руками… Тут бы нас и прихватили!
— Валить отсюда надо, и как можно скорее! — сказал Мишка, снимая с предохранителя автомат.
— Ну, понеслась! — пробурчал Игорь. — Посмотрите на экран!
Картинки, до этого исправно демонстрирующие заросший кустами лужок вдруг одновременно сменили изображение на панораму деревни. Князь среагировал моментально — резкая команда пилоту, и «Анчар» взмывает в небо с максимальным ускорением. Все кто стоял, попадали на пол салона, на ногах удержался только Глеб, вовремя схватившийся за спинку кресла. Турболет набрал десять тысяч метров высоты, и тут на экранах блеснули вспышки, изображение пропало. Поняв, что провести нас не удалось, таинственный оператор принял другие меры.
— Кажись, пронесло! — заметил Андрюха, машинально потирая задницу, хотя «Юшман» прекрасно смягчил падение. — Что это было?
— Нам представили дубликат миража, причем сразу во всех интересующих нас точках времени! — Ответила Маша, — Вот интересно, это массовый гипноз, галлюцинация или голограмма?
— Скорее всего, голограмма! — Ответил я, — ведь мы смотрим не своими глазами, а через видеокамеры, вряд ли подверженные гипнозу! И потом изображение появилось мгновенно, словно кто-то щелкнул выключателем!
— Вот бы узнать, кто там балует, — нехорошо улыбаясь, сказал Андрюха, — он бы у меня, сука, свои кишки на локоть наматывал. И это не метафора!
— Ладно, оставим лирические отступления, — сказал я, прекрасно понимая, что Шевчук не шутит. — Давайте думать, что делать дальше! Боюсь, Ваше Сиятельство, что с наскоку эту проблему не решить! Тут необходимы тщательные, кропотливые исследования. Может быть придется подключить профессиональных историков.
— Лучше профессиональных детективов, — сказал Мишка, — здесь явно скрывается какая-то тайна! Тут не исследования нужны, а расследование! Ведь получается что тот, кто нам картинки показывал находится одномоментно в разных временах!
— Хорошо, — подумав, ответил князь, — я на досуге решу, что делать с полученной информацией! В любом случае, господа, большое вам спасибо за эту чудесную прогулку! Я теперь знаю точное местонахождение объекта моих многолетних поисков. Теперь, даже если вы по каким-либо причинам не сможете продолжить наше совместное приключение, то я самостоятельно организую экспедицию.
— К моему великому сожалению, Ваше сиятельство, у нас накопилось много незаконченных дел. Но мы вам оставим эти «глазки» и два комплекта темпор-машин. В свободное от государственных забот время вы сможете возобновить изучение феномена. Но будьте крайне осторожны, неизвестный явно враждебен, — посоветовал я князю. — Сначала нас обстреляли лучевым оружием, потом, поняв, что мы настырные подкинули ловушку, а когда мы не повелись, снова открыли огонь!
— Вашсиясь! Генерал Щербаков на связи! — из дальнего конца салона, где находились терминалы и пульты управления мобильного штаба подал голос Борис. — Говорит, что у него срочное сообщение!
Главнокомандующий извинился и прошел в свой кабинет, находящийся в хвосте турболета. Через минуту князь вернулся к нам с весьма озадаченным видом.
— Господа, начштаба доложил мне, что несколько часов назад в Тихом океане без вести пропала японская эскадра, более трех десятков вымпелов. На сопровождавшем японцев фрегате «Варяг» видели вспышку белого света и слышали щелчок.
— Ещё один пробой, — смекнул Горыныч. — Скорее всего, эта эскадра сейчас находится в нашей реальности.
— В вашем мире могут возникнуть большие проблемы, — сказал князь, — дело в том, что японцы готовились к нападению на Сан-Франциско. И зная их, могу предположить, что невзирая на перемену обстановки они приказ выполнят. Если у вас есть возможность, постарайтесь предупредить свое правительство о происшествии. А правительство пускай передаст предупреждение в САСШ.
— Ну и хрен с ними, — беззаботно ответил Гарик, — достанется америкосам, так и поделом! Спишут всё на происки Бен-Ладена.
— Но ведь погибнут гражданские лица, мирные люди! — удивился князь пофигизму Игоря.
— В нашей реальности американцы со своей гнусной политикой уже давно стоят поперек горла у всего мирового сообщества, — вмешалась Маша. — И граждане США полностью отвечают за эту политику. Ведь это они выбирают президента, проводящего непопулярный во всем мире курс. Мало им было взорванных нью-йоркских небоскребов, так они полезли в Афганистан и Ирак.
— И потом, Ваше Сиятельство, в своей реальности мы не представляем какой-либо организации, — добавил я, — так, что нам вряд ли кто-нибудь поверит! Но мы все равно попытаемся что-нибудь сделать, может быть через прессу. Есть у нас один знакомый журналист, владелец собственной газеты.
— Вот и славно, — улыбнулся князь, — видимо крепко вас достали американцы, что вы не хотите им помочь! Ладно, пока мы летим домой, я предлагаю обсудить ещё одну тему. Правительство и лично государь уполномочили меня оказать вам любое материальное содействие, чтобы хоть как-то компенсировать неудобства, связанные с организацией и проведением африканского рейда.
— Ну, деньги нам естественно не нужны, у нас свои девать некуда, — ляпнул Мишка, — если только начать их солить, или попытаться купить Майкрософт!
— Вы лучше нам что-нибудь из техники подкиньте, — подхватил Игорь, — ваш технический уровень намного опережает наш.