— Опять ты…
— Ну, предположим не опять, а снова… — мимоходом отметив, как одногруппник бережно и сковано двигает одной рукой, сдвинула кепку на затылок и потерла лоб.
— Ну судя по твоему цветущему виду, сарафанное радио у нас работает на совесть и даже почти не врет. А теперь, пока нас не схватили за шкирку и не проверили на прочность наш вестибулярный аппарат, колись, Павлик, что случилось.
— Не твое дело, Каркуша!
— Жарков, не беси меня, пожалуйста. Нервов нет, новые не завезли, а впереди еще полдня, которые у меня распланированы по минутам, — вытащив телефон, пролистала новые сообщения и недовольно дернула плечом, отстукивая носком кед рваный ритм. — Мне еще за город выбраться надо успеть и вернуться оттуда до темна. Не ты ж меня повезешь, так что не трать время, рассказывай!
К моему вящему удивлению наш задира коротко глянул на меня и… Поведал свою историю. В общих чертах она совпадала с тем, что мне «добрые» однокурсники и прочие знакомые рассказать успели, пока я сюда из библиотеки добиралась. Как в свое время высказался Сеня, подтверждая народную мудрость, на каждую гайку найдется свой болт с левой резьбой. Вот и на Жаркова нашлась компания с факультета основ безопасности жизнедеятельности. Красивая такая, накачанная и горящая жаждой укоротить Олегу не в меру острый язык.
В чем именно они не сошлись во мнениях, парень признаваться категорично не пожелал. Зато уточнил, что, не смотря на количество противников, держался с ними на равных и кое-кто выглядит куда как страшнее, чем он сейчас. Я за него искренне порадовалась, ага. Вот еще бы на глаза эта стачка никому не попадалась, вообще бы цены им не было! А так…
Их заметил секретарь ректора и настучала заму по воспитательной работе. Тот в свою очередь вычислил по камерам, кто участвовал в данном мероприятии и, как сказанули сегодня представители худфака, вуаля! Ну а раз Жарков не просто на моем факультете, но еще и в моей группе, чего ж я удивляюсь-то срочному вызову к куратору на ковер?
— Дурак ты, Жарков, — вздохнула, поправляя кепку и морально готовясь к лекции в исполнении Олега Евгеньевича.
— Эй! Они первые…
— Да мне параллельно-перпендикулярно! Решили подраться, так хоть не палитесь так безбожно! — закатав рукава толстовки, я стянула кепку с головы, медленно вдохнула-выдохнула и постучала в дверь, тут же заглянув в учительскую. — Олег Евгеньевич! Можно?
— Воронова… Как же я рад вас виде-е-еть… — и куратор так улыбнулся, что даже у меня сердце в пятки уйти успело, предварительно составив завещание. Сглотнув, я нахмурилась и, уцепив пытавшегося сбежать Олежека за локоть, вошла в кабинет, с покорно и повинно склоненной головой.
Оттягивать неизбежное было бессмысленно. Олег Евгеньевич Злобин имел крайне интересную особенность запоминать все, а потом, в самый неподходящий момент неожиданно припомнить. Полностью и безоговорочно оправдывая собственную фамилию, ага.
Выволочка получилась знатная. Куратор не орал, не топал ногами, но так задушевно шипел, что я невольно вжимала голову в плечи и смущенно шмыгала носом, посыпая голову пеплом. И поддакивала в нужных местах, соглашаясь, что воспитательная работа на нуле, что драки имидж портят, рейтинг обнуляют и так далее, и тому подобное.
А главе студсовета нужно побольше времени проводить в стенах родного университета, раз даже собственные одногруппники от рук отбиться соизволили! Да-да, студент Воронова, это про вас и это для вас! И если в ближайшие пару недель произойдет хоть одно, даже самое маленькое происшествие, с участием студента Жаркова, то вам, Мирослава, ваше свободное посещение мило помашет ручкой на прощание.
Вместе со списком всех остальных привилегий, вот ей-богу, Воронова!
Мне на эту тираду возразить было нечего. Так что, вздохнув и пообещав улучшить посещаемость, успеваемость и поведение Жаркова, я, с милостивого разрешение Олега Евгеньевича, собрала остатки гордости и выдержки с ковра, вылетев из учительской как пробка. И то, что при этом я чуть не пришибла дверью кого-то из одногруппников меня не волновало, ну вот совершенно. Куда больше меня занимал другой вопрос…
Когда ж эта черная полоса невезения, начавшаяся с утра в понедельник закончиться соизволит?! Сегодня вторник, но отчего-то неприятностей меньше не становится, скорее уж наоборот. Растут, мать их, в той пресловутой, любимой Черепом, геометрической прогрессии!
А самое главное, как мне теперь успеть на другой конец города?
Глава 3
Никто не спорит, что заповеди, законы и понятий должны соблюдаться.
Всеми другими.
— Я сошла с ума, я сошла с ума… — наворачивая круги по парковке, я старательно давила кнопки на телефоне, слушала очередной ответ автоответчика, чертыхалась и начинала все по новой. — А я сошла с ума… Какая, мать его, досада!
«Абонент временно не доступен, пожалуйста, оставьте сообщение после сигнала или перезвоните позднее». От приятного, но насквозь механического женского голоса начал дергаться глаз. Плюнув, сунула телефон в карман и, остановившись посреди небольшого пятачка почти сухого асфальта, принялась обдумывать возможные варианты.
Их было, скажем так, не шибко-то много. Нужный мне автобус благополучно уехал без меня, пока куратор канифолил мне и Жаркову мозги и прочие части тела. Наличных с собой не хватит на такси даже в одну сторону, а ближайший банкомат, как назло, через два квартала от университета. Ко всему прочему Череп видимо свалил на очередную тренировку от своей конторы, и дозвониться до него сейчас не проще, чем докричаться до луны. И что получается?
А получается полная и беспросветная жопа, прости господи. И только в нашей стране, это даже не часть тела, а целый комплекс мероприятий! Без которого я вполне могла бы обойтись хотя бы сегодня. Но когда мне так везло-то?
— Нет, ну это форменное безобразие, — всплеснув руками, вновь начала наворачивать круги. Совершенно не обращая внимания на то, что Жарков, отпущенный на волю только после воспитательного подзатыльника, озадаченно наблюдает за всеми моими телодвижениями.
Пренебречь, вальсируем, как любит поправлять сама себя Солнцева. Моя деятельная натура, осознавая, что опаздываю я не на учебу, а в очень важное место, на не менее важную встречу, просто не могла сидеть на месте. И уж точно мне было совершенно пофиг, кто и куда смотрит. У меня, в конце концов, были проблемы поважнее.
— Эй, Каркуша…
— Нет, ну как так-то? — вздохнув, я зацепила пальцами лямки рюкзака и подпрыгнула на месте от досады и негодования. — Если пешком, я до туда ладно если к утру доберусь… Не, я не против прогулки по ближайшей лесополосе, свежий воздух там, закаты, рассветы, цветочки, грибочки… Но боюсь, дикие звери такого соседства, даже краткосрочного, не переживут! Волков инфаркт схватит, медведи в иммиграцию уйдут, а лоси… Или олени… Короче, эти рогатые срочно пойдут под ближайшие машины кидаться, лишь бы со мной не встретиться. Жаль только…
— Каркуша!
— Жаль только пожалеть бедную флору и фауну в нашем отечестве некому и подвезти главу студсовета никто желанием особым гореть не собирается. Ну правда, не факел же с олимпийским огнем! А…
— Мирка! — я икнула от неожиданности, когда Жарков дернул меня за капюшон толстовки, привлекая к себе внимание. Хотя куда большим шоком стало то, что ко мне впервые обратились по имени…
И, о чудо, вообще его знали, оказывается!
Олег, тем временем, вздохнул, стиснул зубы, явно себя пересиливая, и тихо поинтересовался:
— Тебя подвезти?
— А?! — если бы меня не держали за капюшон, я бы, где стояла, там и села, удивленно хлопая глазами.
Брюнет поморщился и зло сощурился, сжимая пальцы крепче. Я аж голову в плечи вжала, опасаясь за сохранность собственной головы, но Жарков меня удивил. Он глубоко вздохнул и медленно, чуть ли не по слогам повторил:
— Тебя подвезти? Я на машине сегодня.
— А… А пары? — от неожиданности, я брякнула первое, что в голову пришло. Учитывая недавнюю головомойку от куратора и собственное клятвенное обещание улучшить чью-то посещаемость, вопрос все-таки был актуален. — Тебе ж это… Надо свою посещаемость подправлять, не?
— Один день без меня переживут, до этого ж не померли как-то, — скривился Олег, недовольно дернув плечом. И, отпустив мой капюшон, сунул руки в карманы, старательно глядя куда-то в сторону. — Если что, справку сделаю. Ну? Тебя подвезти или как? Соображай быстрее, Каркуша. Пока я не передумал спасать твою пернатую задницу.
— Тьфу на тебя, — буркнула, сдвинув кепку на лоб и почесав затылок. — Ладно, согласная я. Мне нужно на Лесную пятнадцать, это за городом, микрорайон Зеленый мыс… Ну если тебе это о чем-то говорит, конечно.
— Так изящно меня в топографическом кретинизме еще не обвиняли, — совершенно неожиданно для меня, задира всея группы хмыкнул и… Улыбнулся. После чего дернул козырек моей бейсболки вниз и махнул рукой. — Пошли, несчастье. На месте разберемся.
— Э… Жарков, а тебя точно по голове не били? — осторожно поинтересовалась, идя следом за одногруппником. И почему-то остро сожалея, что это не я одолжила сегодня биту у первокурсника по фамилии Снегирев.
А зная Психа, бита теперь либо пришла в негодность, либо в чьей-то личной коллекции устрашающих и причиняющих боль предметов, либо сломанная в мусорке валяется. Единственное, что я знала точно, так это то, что к своему владельцу она явно не вернулась.
— Каркуша, я может дуболом, задира и прочее… Но не люблю в должниках ходить, особенно перед одногруппниками, — Жарков глянул на меня искоса и вытащил ключи, подойдя к потрепанной, но все же прилично выглядевшей шевроле, классического черного цвета. — Ты меня перед куратором прикрыла, шишки за меня огребла. Я тебя подвезу, куда там тебе надо. И будем в расчете. Лады?