– Пока мало что понятно. Очень необычно сплетены заклинания, которые в кольцо загружены. Некоторые из них вообще считались абсолютно несочетаемыми.
– То есть?
– Считалось, что невозможно загрузить в один артефакт, например, заклинание защитного круга для владельца и заклинание, обжигающее чужого при прикосновении. Дело не только в том, что первое заклинание из светлых, а второе – темное, это… ну, как мороженое из яичницы с беконом, понимаете?
– Вот я бы насчет этого не зарекалась: слышала об одном великом кулинаре, который как раз делает мороженое с таким вкусом, – усмехнулась я. – Но о заклинаниях… А что здесь?
– А здесь, как я уже сказал, совершенно разнополярная начинка! И еще одно: мы никак не можем вычислить мага, который это сделал. Слепок ауры мастера на кольце видим совершенно четко, только у нас нет такой ауры в архиве за последние лет двести пятьдесят – триста. Более ранние слепки аур, к сожалению, вообще не сохранились, несовершенные тогда были техники.
– Получается, что это или незарегистрированный маг или кто-то старше трехсот лет! Такое бывает? – вмешался Дэн, очень внимательно следивший за дискуссией.
– Всякое бывает. В общем, пока ничего не могу сказать толком, – завершил мэтр Корстон. – Мы работаем.
У меня осталось от этого разговора очень сильное ощущение недоговоренности. Причем недоговаривали все трое. Я, например, умолчала не только о том, что высокому эльфийскому научилась вовсе не в монастырской школе. Нет, там, разумеется, давался курс, как и положено для девушек из хороших семей, но только низкий вариант языка, используемый для неофициальных разговоров. А вот тот высокий эльфийский, от которого холодели кончики пальцев и по спине строем маршировали мурашки, тот язык, который использовали для магии и дипломатических нот, я выучила, когда гостила в Серебряном лесу у дедушки. И почерк на сгоревшем листке узнала – почерк моего деда, лэрда Эоринариэля, верховного мага королевства эльфов.
Не знаю, о чем умолчали Дэн и мэтр Корстон. Наверное, о многом. Они все-таки лица официальные.
8 ноября 2183 года
Настал момент оформления собственности на соседний участок.
Утром мы с Норбертом отправились к адвокату, где нас уже ожидал представитель нынешнего владельца дома. Неугомонный Делиньяк увязался за нами, дав честное слово не становиться видимым без острой необходимости. У меня были серьезные сомнения в том, что мы одинаково понимали термин «острая необходимость», но избавиться от маркиза все равно не было никакой возможности. Бумаги подписали быстро, но сам процесс нотариального оформления можно было бы в известной степени сравнить с процессом родов. Как по продолжительности, так и по мучительности. Наконец все формальности были соблюдены, договор скреплен магической печатью столичного Департамента недвижимости, агент получил чек, и мы с Норбертом оказались владельцами старого дома с привидением и окружавшего его заросшего участка.
Поправка: очень нужного нам старого дома с чрезвычайно полезным привидением и прекрасного большого участка практически в самом центре Верхнего города.
Это надо было отметить.
И мы отметили, забравшись в кабинет Норберта и открыв заветную бутылку пятидесятилетнего келимаса. Маркиз Делиньяк, по понятным причинам, келимас не потреблял, но в разговоре принял живейшее участие, с удовольствием сказав немало нелицеприятного об именитых гостях ресторана. Нет, просто удивительно, сколько гадостей может узнать абсолютно бессовестное привидение!
После келимаса я с чистой совестью сказала, что работать нынче не в состоянии, пряности у всех на сегодня приготовлены, а я пошла отсыпаться, что и было мною с блеском проделано. Правда, проспала всего часа три и уже поздно вечером решила заняться нашей загадочной баронессой Макмердок. Ведь помимо естественных и популярных средств добычи информации (сплетни и слухи) была еще и замечательная Сеть, а в ней поисковая система HirSaila («искать мудрости» на низком эльфийском).
Я набрала в поисковой строке «баронесса Макмердок», и мне высыпался длинный перечень ссылок, в основном на газетные статьи примерно четырехлетней-пятилетней давности. Ну да, по словам Лили, именно тогда баронесса вызвала неудовольствие королевы. Почитав статьи, я с отвращением закрыла поисковик. Удивительно, как большинство газетчиков способны превратить в… конечный продукт жизнедеятельности любую, даже самую невинную историю. А в историях баронессы не было никакой невинности – много лжи, мелкой подлости и никчемных измен. Но главного я не нашла, а именно какой-то связи между баронессой Макмердок и Норбертом Редфилдом. Придется спросить напрямую, почему же эта дама была так решительно настроена ему вредить. Неудобно-то как!
И не говорите мне, что спросить как раз удобно, а искать в Сети информацию о человеке совсем наоборот! Я и сама иногда так думаю…
9 ноября 2183 года
Пятница всегда была днем адским, как и суббота, но на эту был намечен визит в «Олений рог» главной дамы-патронессы грядущей благотворительной недели, иначе говоря – ее величества королевы Клотильды. Инкогнито, разумеется, но, думаю, только самая ленивая мышь в соседней сырной лавке не знала, почему весь наш тихий бульвар был запружен «прогуливающимися» в штатском. Само собой, все столики были заранее расписаны между придворными, за вычетом тех, которые отвели на долю Службы безопасности. Ясное дело, все блюда пробовались поочередно Фредом, Норбертом, дворцовым магом и королевским виночерпием лордом Астоном. Разумеется, скатерти и фартуки официантов, как и куртка, и белоснежный колпак Фреда, были накрахмалены до хруста, букеты обновлены за полчаса до открытия, серебро начищено; хрусталь даже в этот хмурый ноябрьский день сверкал так, что глазам было больно.
В общем, предпарадная лихорадка пронеслась через «Олений рог», не оставив в покое никого.
Мы с Норбертом и поварами несколько дней спорили, какие блюда поставить в меню для высочайшего посещения. Самые популярные? Так не исключено, что ее величество пробовала их в исполнении Дэвида, многое в нашем меню осталось от него. Самые неожиданные? А кто знал, какие у нее были пищевые фобии? И ладно бы просто аллергия на жареный лук, как у одного нашего постоянного клиента, а если ей не нравится какой-то вкус или запах? Об этом Гвендолен никак не смогла бы меня предупредить, хотя я пару вечеров пытала ее расспросами о предпочтениях королевы.
В результате было решено остановиться на золотой середине, и меню пятницы выглядело так:
Холодные закуски:
– салат из четырех видов помидоров с оливковым маслом и свежей зеленью;
– салат из запеченных баклажанов с петрушкой и козьим сыром;
– севиче[3] из белой рыбы;
– устрицы;
– ростбиф с яблочным чатни;
– тартар из говядины.
Горячие закуски:
– фуа-гра с джемом из инжира и свежей зеленью;
– жареные колбаски из дичи;
– жареный камамбер с брусничным вареньем;
– лисички в сметане.
Супы и первые блюда:
– консоме;
– суп из белых грибов;
– чаудер;
– тыквенный суп-пюре со сливками;
– ризотто с трюфелями.
Основные блюда:
– камбала в сливочном масле с лимонным соусом (миньер);
– барабулька с виноградными листьями;
– утиная грудка с джемом из инжира или апельсиновым;
– жареный цыпленок, фаршированный сушеными абрикосами;
– королевская оленина;
– телячьи котлеты «Софи» с трюфельным соусом;
– пилав по-маргилански.
Десерты:
– шоколадный фондан с соусом из манго;
– липкий финиковый пудинг с карамельным соусом;
– сырное ассорти с медом и орехами;
– чернослив с начинкой из лимонного крема;
– «Зеленые аллеи».
Решили не подавать эльфийских блюд, кроме «Зеленых аллей». Пока что все они удавались Фреду хуже, чем Дэвиду, а зачем сравнение, еще и не в нашу пользу? Рецепт же пилава привез мэтр Корстон из оркских степей, расхвалив это блюдо чрезвычайно. Хаким был в восторге: он вырос в тех краях, вроде бы даже какая-то часть орочьей крови у него была, и пилав он любил с детства. Норберт опробовал приготовленную Хакимом экзотику и дал добро на подачу нового блюда в день «Д». Конечно, пришлось поломать голову (и ноги) с пряностями, но я добыла все, что полагалось по прописи, даже совсем уж небывалую на нашей кухне черную зиру из Парса.
Я посмотрела на экран, отражающий камеру наблюдения в главном зале. Забыла упомянуть, что Норберт решил вывести камеры наблюдения не только к себе в кабинет и на стол метрдотеля, но и в мою комнату. Разумно, мне кажется. Случись что, кто-то из нас троих заметит. Это если не считать маркиза Делиньяка.
Главный зал был забит битком. За одним из столов я заметила Гвендолен еще с одной леди в полумаске и двумя кавалерами; за другим внезапно увидела графа Вальдруна с дамой. Сердце мое ухнуло в пропасть. Я вдруг ужасно огорчилась. Зачем он пришел вместе с королевской свитой, да еще и не один? И колокольчиков сегодня не было…
Ее величество королева Клотильда появилась, как и было оговорено, ровно в девять, в компании двух фрейлин. Джонатан отвел их в кабинку и подал меню. Мне было очень любопытно, что же выберет ее величество; честно говоря, мы в ресторане даже держали пари. Я, например, была уверена в консоме и телячьих котлетах, даже поставила золотой. Впрочем, это для нас всех было большое событие, а для королевы, наверное, обычный ужин. Просто не в малой столовой, а в городе.
Джонатан вернулся на кухню с заказом. Все столпились вокруг его волшебного блокнота, исписанного закорючками. Такой жуткий почерк я встречала разве что у врачей-немагов, его вообще только аптекари могли разобрать.
– Ну? – озвучила общий вопрос Майя.
В голосе Джонатана, объявляющего заказ, прозвучала торжественная медь:
– Для ее величества – салат из помидоров, консоме, пилав и… – еще и паузу сделал, зараза! – финиковый пудинг!