— Трофейные республиканские корабли для изучения могут стать товаром?
— Теоретически, могут, а вот практически, тут смотря чем с ними Техносоюз поделился, но до чужих технологий они охочи.
Семьдесят Седьмой только кивнул и масштаб карты уменьшил.
— От Брентаала мы можем атаковать Корусант…
— Бред, — фыркнул Иргэн.
— Разумеется, — вновь подражая Свезу муркнул Семьдесят Седьмой, — но это понимают военные, и, возможно, даже политики, но не охваченные истерией обыватели.
— Допустим, — не стал категорически отвергать мысль начштаба.
Доводилось ему порой такую откровенную ерунду в таких объемах продавать, что он с изрядным скепсисом к толпе относился, а обыватели, подогретые охочими до сенсаций и сочных кадров журналистами, всегда ей становятся.
— Самым простым и правильным для нас, по всем канонам, будет путь на северо-запад. Прямиком по Перлемианскому до Кастелл, а оттуда хоть до Фелуции бежать можно.
— Очень разумно, особенно, если сенаторы военным палки в колеса совать начнут и примутся войска на защиту миров растягивать, — кивнул Иргэн воодушевленно.
В его глазах, снятие блокады с родины госсамов, выглядело весьма и весьма привлекательной операцией. Благодарность Шу Май с одной стороны, и реальная помощь им с другой — гарантировалась. Привлекало и то, и то почти одинаково сильно, а уж какие перспективы давало, он аж языком прищелкнул.
— Именно этого от нас и будут ждать, — разбил мечты начштаба адъютант.
— Согласен, — вздохнул Иргэн, прогоняя дым сладостных видений. — И где ты предлагаешь нам еще отметиться? Учти, топливо у нас не бесконечное.
— Именно понимание последнего и ведет нас в сектор Сесвенна, прямиком на Эриаду.
— Ты бы на вирусы проверился. Ладно, допустим, если нас у Федалле резервы с Кореллианского не перехватят, то по Хайдианскому до Маластара мы проскочим. Наверняка и от наглости такой растеряются, да и преследователи все силы по дороге соберут. На сам штурм нас тоже хватить должно, но Эриаду нам не взять. Да если мы треть доведем, уже герои.
— «Покорители» прибьются, с них ударим по промышленным объектам и забросаем планету десантными капсулами с коммандос, может и кого высадить успеем. В любом случае, от нас мало что останется, но противник лишится мощного промышленного центра в нашем подбрюшье.
— В любом случае, наша боеспособность окажется паршивой, а так, жертвуя собой, мы и стапели не занимаем, и много наших кораблей высвобождаем.
— Именно.
— Знаешь, Семь-Семь, когда меня Свез обратно на Севомдигии отправил, а потом все, кто с ним в рейд пошли, героями стали, меня злость заела. Все понимаю, «Барышник» мой только на роль приманки годился, но ведь все равно, жутко обидно. А вот теперь, когда почти все герои сейчас у Рилота пугалом и чуть ли не единственным резервом фронта работают, судьба дала мне шанс.
Смотря на оскалившегося неймодианца, сжавшего нечто невидимое в поднятом кулаке, на его горизонтальные волнистые щели зрачков, сейчас превратившиеся в почти прямые линии амбразур, дроид испытал самый натуральный приступ веселья. Причем, тот не сопровождался никакими замыканиями или сбоями.
— Вы неправильный неймодианец, сэр. Должен заметить, командир странно влияет на разумных, сэр.
— И не говорите, сэр, — кивнул Канак Иргэн, одаривая дроида выразительным взглядом.
Смеяться они начали одновременно. Несколько младших офицеров, пользуясь возможностью отвлечься, лишь обменялись взглядами и дружно вернулись к своей работе. Не их ума это дело. Подумаешь, неймодианец с дроидом ржут, да на этом флоте и не такое случается.
Глава 51
Сознание ко мне возвращалось медленно-медленно. Вначале пришло ощущение тьмы. Знаете, такое, когда свет яркий выключают внезапно, и вы понимаете, что ничего кроме черноты не видите. Вот именно так я и начал в себя приходить. Осознал, что тьму вижу. Затем пришло ощущение тела, а сразу вслед за ним слабость накатила такая, что голова закружилась и не сразу понял, что на потолок смотрю. Провода и трубки уже потом ощутил, когда с затрепыхавшимся желудком справился. «Медбокс», — всплыло в голове не столько узнавание обстановки, сколько понимание. Не знаю, что больше способствовало, то ли запахи, то ли своеобразная атмосфера. Последнее, что увидел — лицевая пластина меддроида. Просто отключился.
Второе возвращение в реальность далось легче. Живот не возмущался, а силенок заметно прибавилось. Смог голову поднять и оглядеться. Ничего нового не увидел, так, всего лишь убедился, что действительно в медбоксе нахожусь. Практически неуловимый даже для меня звук приводов активировавшегося дроида — стал своеобразным сигналом к отключению. Решив, что организму виднее, не стал противиться. Только на этот раз просто уснул. Внешне — это мало чем от обморока отличалось, но я то — знал, что все не так, как кажется.
Третье пробуждение оказалось намного лучше предыдущих. Тело хоть и зудело, но зуд этот радовал. Мышцы на тренировку и желание поработать недвусмысленно намекали — прекрасно. Конечно, вскакивать не стал, но вполне уверенно сел. Спешащий ко мне меддроид попытался что-то там про постельный режим и необходимость лежать пиликать, но был послан за протеиновой кашицей, да погуще. Возмущался металлический Айболит не долго, как получил в лоб пучком проводов с трубочками, так и потопал приказ выполнять. Или это его мое «не дождётесь» убедило? А, не важно.
Умяв порцию для четверых и отправив меддроида за двойной добавкой, скользнул в легкий транс. Просто чтобы состояние свое оценить. Удивительно, но ничего кроме лёгкого истощения не обнаружил. Что ж, запас питательных веществ в пузе имеется, а скоро и еще «стройматериалов» доставят. В общем, принялся за дело. Естественно, никакие целительные техники, вот так, по щелчку пальцами, утраченную форму не вернут, но дней за пять отъемся, а там — декада-другая, и снова зеленым и пупырчатым стану. В конце концов, я же только массу потерял, так что ерунда.
— Наконец-то вы очнулись, сэр! — приветствовал с порога адъютант, умудрившись разом всеми своими манипуляторами махнуть.
— Рад тебя видеть, — усмехнулся в ответ, уж больно он комично выглядел. — Летать учишься?
— Летать? Шутите, сэр. Так, отчет меддроида можно удалять не анализируя.
— Тебе видней, — шевельнул ухом, как бы отмахиваясь. — Давай, вводи меня в курс дела. Где мы, как мы, что мы, кто у нас на хвосте и прочее.
Семь-Семь сложил лапы-манипуляторы, приняв, так сказать, стационарное положение и, активировав встроенный проектор, приступил к обстоятельному отчету. Я решил не торопиться с вопросами. Понять, что сейчас мы в гипере находимся, труда не составило. Сообразить, что раз он так располагается, то и не скоро из прыжка выйдем, в общем-то, тоже.
— Из-за паники в штабе республиканского космофлота и несогласованности действий нам удалось разбить направленные ими силы по частям. Суммарные потери ВАР на четверть превысили то, чем обладали мы на начало операции.
Смотря на схематичное изображение появляющихся и гибнущих боевых групп, оценивая стремительно растущий счетчик потерь противника, разделенный по типам кораблей, только и оставалось, как с пытающейся отвиснуть челюстью бороться. Что ближайшие части и соединения сами или по приказу к нам явятся — это ожидалось, но не в таком же количестве.
— У них там что, совсем в штабе, того, — крутанул пальцем у виска, шокированный итогами резни.
— Не могу знать, сэр. Подобная реакция выходит за все возможные рамки расчета и прогнозов.
— Дальше давай, — чуть поднял уши, решив не забивать голову размышлениями до тех пор, пока не получу всю информацию.
— Когда нам удалось разрушить целостность орбитальной конструкции верфей, я приказал флоту перестроиться.
Голограмма отразила слова дроида, а я лишь кивнул. Сам бы так же поступил, не дело живой мир в мертвый хаос превращать.
— Далее, мной была спланирована кампания, которую мы и принялись осуществлять. Выделив в отдельное соединение сохранившие ход, но утратившие половину боеспособности корабли, я направил их к Комменору. В то же время трофеи и обеспечивающие их прикрытие части отправились к Федалле. Лишившиеся способности к прыжку остались в системе Куат.
— Интересный ход, — почесал в задумчивости гриву, прикидывая варианты, — продолжай.
— Мы исходили из того, что тихоходные линкоры появятся в пункте назначения заметно позже и рассчитывали отвлечь собранные на Кореллианском маршруте силы.
— И раз мы еще живы, то это явно удалось.
— Более чем, сэр. Республиканцы полностью сняли блокаду с Неймодии и Балморра. Проходящее мимо них соединение передало две трети дроидов, тем самым значительно укрепив оборону.
— Решил рискнуть потерять время?
— Это было не принципиально, от захвата Комменора мы все равно ничего особо не выигрывали.
— Но его все равно удалось взять.
Упомянутая система нынче светилась зеленым. Правда, вокруг нее имелся красный круг, означающий осадное положение, но сам факт успеха — это не отменяло.
— Да, сэр. Республика собрала на орбите совершенно незначительные силы. Мы с лёгкостью разбили их и высадили оставшихся дроидов под прикрытием орбитального удара.
— Сотня торпедных аппаратов любую ПКО с ПВО заткнут. Смотрю, боеприпасы ты приказал не экономить.
— Именно так, сэр, — вывел сводную таблицу Семьдесят Седьмой. — Я все равно не рассчитывал сохранить данное соединение.
Жаль конечно, я бы не стал поступать подобным образом, но оставалось утешаться тем, что он снял с кораблей живых. Так себе на самом деле утешение, я между развитыми искинами и органиками давно уже что-то вроде знака равенства поставил. «Скорей уж примерного равенства», — поправил мысленно сам себя, решив быть до конца честным.
— Флот под командованием Энакина Скайуокера появился в системе спустя восемнадцать часов с начала десантной операции. Это позволило мне, с высокой долей вероятности, вычислить возможное место его базирования.