Аэротакси, с живым водителем из аборигенов, вмиг доставило к порту. Пучеглазый пилот, напоминающий помесь камбалы и рака, оказался парнем словоохотливым. Стоило ему только узнать, что я собрался на экскурсию, так он тут же вывалил на меня кучу советов. Заодно ещё и контактами своего родственничка снабдил. Семейный подряд — обычное дело. Впрочем, судя по мыслям и эмоциям, имеет смысл воспользоваться, если мы тут, конечно, задержимся. Ленивая попытка заглянуть в будущее принесла сплошную неопределенность. Что ж, нашим проще, мне же легче. Вот оценю подводные красоты, там и решать буду. У меня вообще что-то вроде приступа лени наблюдается. Дико хочется сибаритствовать. Определённо — это возрастное. Грива во всю растет, стричь не успеваю. Еще и тело… Даже от эрзацброни наемника избавиться пришлось. Проще новую купить или сделать, чем старую подгонять.
Спровадив Мирра, Немак поспешил уединиться в каюте. Вот уже несколько дней, как он получил сообщение от Золы, но всё не решался его просмотреть. Он сильно сомневался, что сумеет скрыть от ученика мысли и эмоции. Пусть падаван и весьма вольно трактовал кодекс, но дети и семья — это вам не коммерция. Не был Немак уверен в том, что Мирр его поддержит. Да он даже в самом себе толком уверен не был. Просто возможность увидеть любимую женщину и дочь манила его словно пламя мотылька. Чуть дрогнувшей рукой он включал датапад и впился жадным взглядом в голограмму.
«Привет», — помахала рукой Зола и радостно улыбнулась. «Иса, скажи папе привет», — обратилась она к сидящей на коленях девочке. Смотревший на двух самых дорогих ему людей, Немак подался вперёд и, с глуповато-счастливой улыбкой на лице, нежно коснулся объемного изображения. Маленькие фигурки подернулись рябью, и он тут же убрал руку. Между тем, Зола продолжала щебетать: «…у нас всё хорошо, вчера ещё один зубик прорезался, Иса, покажи папе зубик», но малышку куда больше интересовала погремушка, а не объектив камеры. «Я договорилась о работе на шахтах, буду заниматься подбором персонала, сейчас пока удалённо работаю, но через пару месяцев придется лететь…», — делились планами и новостями Зола. Немак чуть тряхнул головой и сосредоточился на словах любимой женщины. Ему совершенно не нравилась ее идея. Тащить девочку на какую-нибудь глыбу, которая миллионы и миллиарды лет болталась в пустоте, пока ее не нашли и не превратили в изъеденный ходами кусок сыра? Он слишком много повидал подобных!
«Не волнуйся, я не собираюсь работать на астероидах, слишком опасно, и никаких возможностей для дочки», — будто бы прочитала его мысли Зола. «Слава Силе, а то бы я тебе дал», — пробормотал Немак. «Я устроилась в новую колонию, местечко конечно дикое, но есть перспективы карьерного роста, кое-какая инфраструктура и отличная медицинская страховка. Выбила!» — Зола победно улыбнулась. «Умница», — кивнул Немак, испытав гордость за свою женщину. «…Представляешь, прибегаю я на жалобные писки, и вижу, как эта разбойница, — рассказчица погладила дочь по голове, — загнала в угол бедного дроида, и пытается на него взобраться. Несчастный уборщик, только и мог что пиликать. Жаль заснять не успела», — вздохнула Зола. «Проказница», — расхохотался до слез Немак и, с видом гордого донельзя отца, посмотрел на сосредоточенно грызущую погремушку Ису.
«А еще я ей про тебя сказки рассказываю. Что ты сильный и смелый, летаешь в космосе и помогаешь другим. Она, конечно, еще не понимает, но любит про тебя слушать», — говорила Зола, а сердце Немака предательски сжималось. «Я понимаю, что вам нельзя иметь семей и привязанностей, но ты не мог бы нам фотографий прислать? Просто… у меня только запись твоей тренировки с учеником есть, — опустила голову Зола. — Так хоть будет, что дочке показать», — добавила она. Слова осколками обсидиана полоснули по душе Немака. Безуспешная попытка скрыть грусть и затаенная боль в глазах, тараном ударили по скорлупе самоконтроля. Скрипнув зубами, он остановил видео и был вынужден потратить время на дыхательные упражнения. Только, направлены они были не на эмоции, а на то, чтобы заткнуть мерзкий внутренний голосок, вздумавший читать проклятые строчки кодекса.
Досмотрев видео, Немак потер лицо руками и усмехнулся. «Платьишко. Дорогое конечно, но посмотри какое красивое, а материал? Потрясающе. Только представь, как она в нем будет выглядеть, когда дорастет. Настоящая принцесса!» — слова Золы мотались в пустой голове эхом. Перед глазами вставало нечто розовое, колоколообразное, с фонариками на плечах и какими-то вставками, оборками, рюшечками. «Или это кружева?» — задумался Немак. «Тьма!» — выругался он. Его совсем не это волновало. Подумаешь, в фасонах и разных прибамбасах не разбирается. Ерунда и мелочь. Выучит, дело не хитрое. Его другое раздражало. Несколько тысяч кредитов — это дорого? Для его дочери и женщины — это значительная сумма?! «Надо в кантину», — тряхнул головой Немак. Там можно найти случайного собеседника и поделится с ним наболевшим. Ну не с Мирром же!
Полный эмоций и впечатлений, я вернулся на корабль. Определенно, на этой планете стоит задержаться. Вид подводных вулканов произвел неизгладимое впечатление. Смотря на последствия буйства природных сил как-то враз осознаешь свою незначительность. Кипящие водовороты на огромной глубине. Потрясающие потоки пузырьков, сливающихся в натуральные колонны. Издали они выглядят живыми, а вблизи гипнотизируют. Фосфоресцирующие, бликующие, разноцветные. Слов нет, чтобы передать эту картину и те ощущения, которые возникают, когда ты плывешь в хаосе нагромождений застывшей лавы.
Когда наш батискаф проплывал через многокилометровые арки и спускался в глубины ущелий, на дне которых сквозь трещины светилась магма, дыхание перехватывало даже у обычных туристов, не то что у меня, способного ощутить все это на совершенно ином уровне. До конца дней своих не забуду, как пройдя темным и мрачным тоннелем, освещенным лишь тусклыми рубиновым отблеском, мы оказались на краю долины вулканов и попали в совершенно иной мир. Разноцветный лес кораллов. Буйство красок и жизни. Невероятный контраст и облегчение. Составители маршрута профессионалы экстра-класса — так тонко играть на чувствах и эмоциях. В общем, я был в полнейшем восхищении и желал задержаться подольше.
— Мирр, — приветствовал меня слегка поддатый учитель, благоухающий местными винами и сияющий эмоциями в Силе. Последнее по степени воздействия раз в десять превосходило первое.
— Хорошо погуляли, мастер? — искренне порадовался настроению Немака.
— А, ерунда, — отмахнулся он. — Как твоя экскурсия? Нашел что-нибудь интересное?
— Еще как. Думаю, вам обязательно стоит на это взглянуть. Просто потрясающе!
— Обязательно, — кивнул Немак улыбаясь.
— Э… правда?
— Конечно! Но чуть позже. Я тут с нашим коллегой встретился и о деле совместном договорился.
— В смысле коллегой? Откуда тут собратья?
— Да нет, — рассмеялся излучающий позитив Немак, — я про вольного торговца.
— А… — не то, чтобы был сильно удивлен, за учителем изредка наблюдались попытки приложить свою руку к коммерции, но вот коллегами он раньше вольных капитанов как-то не называл.
— Мужик вроде нормальный, предлагает совместно груз тут взять и в соседнем квадрате продать. Есть там у него какие-то контакты, чтобы таможню пройти.
— Контрабанда?! — вот тут я был действительно удивлен.
— Нет, как я понял, там какие-то льготы по каким-то программам или квотам. В общем, ты у нас суперкарго и вообще в этих делах лучше моего разбираешься, так что двигай к нему и обсуди все в деталях. Я несколько не в форме, да и не люблю все это, — изобразил нечто неопределенное учитель.
— Прямо сейчас? — скептически глянул на хронометр. — Поздновато уже.
— Лаол сказал, что в любое время, сроки там у него горят или что-то вроде того. И вообще, считай это миссией, падаван. Площадка шесть-девятнадцать, второй сектор.
— Так точно, мастер. Разрешите бегом?
— Шагом, падаван, с чувством собственного достоинства и высоко поднятым хвостом, — хохотнул Немак.
— Еще гриву распушить предложите.
— Не, куцая больно, — смерил ехидным взглядом гордость любого катара-самца мастер. — Так иди.
Махнув хвостом и решив, что со столь веселым мастером спорить бесполезно, к тому же, протащить по льготам-квотам местных вкусностей — дело архиприбыльное, отправился беседовать с этим Лаолом. Тащиться через весь космодром было лениво, поэтому решил дойти до терминала и воспользоваться транспортом. По времени такой крюк особого выигрыша не давал, но все меньше ноги нагружать. К тому же, так солидней получалось. Заодно и узнаю, что у нашего возможного напарника за корабль.
Отправив падавана договариваться с подсевшим в конце вечера типом, Немак поспешил в каюту. Пара минут на то, чтобы сосредоточится, еще двадцать на то, чтобы очистить организм. Все, теперь можно было и за ответное сообщение браться. Поделившись слегка отредактированной историей с парой собутыльников постарше, пересказав ее несколько раз, он вдруг осознал, что давно уже готов был ответить Золе. Не совсем сам, правда.
— Парень, ты ведь уже ей раз сто в мыслях ответ сочинял, — хлопнул Немака по плечу седоусый техник.
— Ну да, — кивнул джедай.
— Вот и не дури. Если бы тебе она и дочь были безразличны, ты бы над ним не думал и мне душу не изливал. Поверь, я-то знаю о чем говорю, славно в молодости погулял, — техник указал на искусственный глаз и шрам, идущий от брови к уголку губы.
— Да понимаешь, ну не знаю даже, — замялся Немак, не сумев выразить словами чувства.
— Знаю, я ведь потому это с рожи и не убираю, чтобы помнил, всегда помнил, каким дураком был.
— Спасибо, — кивнул тогда Немак, окончательно приняв решение.
Собравшись с духом и приведя в относительный порядок скачущие мысли, он включил запись. «Здравствуй Зола. Привет Иса. Это я, твой папа. Извините, что не ответил сразу. Мне нужно было многое осознать и переосмыслить», — Немак виновато улыбнулся и развел руками. «Всю жизнь меня учили, что я не должен иметь привязанностей и любви. Запрещали чувства и эмоции. Только недавно, с рождением тебя, малышка, я понял, каким был дураком», — Немак убрал ладони в рукава. Спрятал не находящие покоя руки. «Зола, я не думал, что наш мимолетный роман приведет к чуду. Я не знаю, лю