А что касается казачьих частей, то вместо временных было велено сформировать постоянный «комплект полков» утвержденного штата — в каждом 501 казак, из них 1 полковник, 5 есаулов, 5 сотников, 5 хорунжих. Для Дона требовалось создать комплект из 60 конных полков, для Черномории — 10 конных и 10 пеших. С этого времени казачьи полки стали именоваться не только по командирам, но и по номерам. Получала более правильное устройство артиллерия. На Дону формировались 3 конных роты по 12 орудий. На Кубани для обслуживания войсковой артиллерии (20 разнокалиберных пушек) выделялся один из пеших полков. Еще один нес службу на береговой флотилии из 10 канонерских лодок. Общий срок службы казакам устанавливался в 30 лет, из них 25 лет — «внешней», и 5 — «внутренней», на территории Войска. Донцов посылали на западные границы на 3 года, на Кавказ — на 2 года. Потом они сменялись и на 2 года отпускались на льготу (т. е. домой для ведения хозяйства). В Черноморском Войске установился другой порядок — 1 год на границе, 2 на льготе. Но тут сама льгота была понятием условным, поскольку требовалось охранять и защищать от набегов собственные станицы. Позже, в 1811 г. царь уравнял черноморцев с донцами и в придворной службе, повелел сформировать Лейб-гвардии Черноморскую сотню (от которой берут начало Кубанские сотни Собственного Его Императорского Величества Конвоя).
Положение о Войске Донском император приказал считать образцом, по нему стали разрабатываться положения для других Войск: Оренбургского, Уральского, Сибирского. Реформы проводились не только по инициативе царя и правительства. Активным преобразователем казачества стал и донской атаман М.И. Платов. Впрочем, он и раньше проявлял не только воинские, но и административные таланты, учился этому при Потемкине. И Платов был первым, кто занялся унификацией вооружения. Ружья, сабли, пики, пистолеты казаки приобретали самостоятельно. У кого деньги водились — старались купить получше, бедные — подешевле. Пользовались и трофейным или дедовским снаряжением. Платов испросил разрешения у императора централизованно закупить одинаковые ружья на тульских заводах. Их выдавали казакам, вычитая стоимость из жалованья в рассрочку.
Платов очень заботился о благосостоянии родного края, развитии образования, здравоохранения, промыслов. Дон в ту пору достиг расцвета. Некоторые казаки разбогатели, вели крупные дела. И отрываться от хозяйства для службы им становилось слишком накладно, нанимали вместо себя других. Это допускалось во всех Казачьих Войсках, но наемничество имело различную степень распространения. В Уральском и Черноморском оно использовалось весьма широко, даже князь Потемкин, формально числясь казаком Кущевского куреня, следовал обычаю и для участия в боях выставлял вместо себя наемника. На Дону наемка применялась гораздо реже. И результаты она давала негативные — запутывалась очередность, снижался престиж службы, да и каждый, конечно, стремился найти наемника подешевле. А дешево нанимались пьяницы, гультяи. Платов решил вообще избавиться от такого явления, но учесть и интересы богатых хозяев. В 1804 г. он добился у царя выделения категории «торговых казаков». Их было 300 человек, от военной службы они освобождались, а за каждый год, когда находились на службе их сверстники, платили в войсковую казну по 100 руб. Что было выгодно и им, и Войску.
Главным же преобразованием Платова стал перенос столицы Войска Донского. Место расположения Черкасска было удобным для рыбной ловли, плаваний по Дону, держания перевозов. Но оно каждый год затоплялось. Наводнения в густонаселенном городе создавали антисанитарные условия, вызывали болезни. Нельзя было и расширить город — вокруг лежали заливные луга. И в 1804 г. Платов испросил разрешения царя на строительство новой столицы. Вместе с инженерами и 12 делегатами от Войска атаман объехал разные места. Лучшим было признано расположение станицы Аксайской. Но по каким-то причинам (которые у разных авторов отличаются) выбрали другое место — у слияния речушек Тузлова и Аксая.
18 мая 1805 г. здесь был торжественно заложен Новочеркасск. Многие жители Черкасска были недовольны, не хотели менять место жительства. Платов употребил власть, воздействовал суровыми приказами. И 9 мая 1806 г. состоялся массовый переезд. От Черкасска отчалила флотилия судов и лодок с войсковыми регалиями, учреждениями, духовенством, переселяющимися казаками и казачками. На новоселье атаман устроил великий праздник, куда велел прислать от каждой станицы по 3 старика и 3 выростка от 13 до 16 лет — чтобы запомнили торжество и передали память потомкам. Но развернуть задуманное строительство Платову удалось лишь значительно позже. После нескольких жестоких войн.
44. НА ФРОНТАХ ОТ ПЕРСИИ ДО ШВЕЦИИ
В начале XIX в. на Россию обрушились такие испытания, перед которыми блекли все битвы предыдущего столетия. Причем войн разразилось сразу несколько. С утверждением русских в Закавказье не смирилась Персия. Начала натравливать горцев, азербайджанских вассальных ханов, а в 1804 г. шах Фетх-Али объявил войну, поклявшись «выгнать из Грузии, вырезать и истребить русских до последнего человека». В 1805 г. загромыхали войны против Наполеона в союзе сперва с Австрией, а потом с Пруссией. А Наполеон, в свою очередь, в 1806 г. втянул в войну против русских Турцию.
Казаки покрыли себя славой на всех фронтах. Главный был на западе. Прикрывая маленькую армию Кутузова, которая отступала перед французами, разгромившими австрийцев, 4 ноября 1805 г. у деревни Шенграбен насмерть встал 5-тысячный отряд Багратиона, в том числе донские полки № 2 Василия Сысоева и № 3 Василия Ханжонкова. На отряд навалились 30 тыс. французов Мюрата. Битва длилась 8 часов, русские части были окружены, но отбивали все атаки. А ночью при свете пожаров Багратион пошел на прорыв — в авангарде поставил донское полки, за ними устремились в штыки пехотинцы. И вырвались, хотя отряд считали обреченным… За Шенграбен царь учредил новую коллективную награду — Георгиевские знамена. Среди частей, первыми получившими их, были оба казачьих полка.
Но еще тяжелее пришлось русским под Аустерлицем. Отвергнув разумные предложения Кутузова и доверившись австрийским советникам, Александр I привел армию к разгрому. Когда разбитые войска побежали, перемешиваясь между собой, на них навалилась наполеоновская конница и принялась истреблять. На выручку был вызван резерв, лейб-гвардия. Она располагалась поодаль, к месту сражения подходила по частям. Почти полностью погиб в атаке кавалергардский полк, тяжелые потери понесли лейб-гусары. Но за ними подоспели лейб-казаки полковника Чернозубова. Получив приказ, они скакали 9 верст, с ходу ударили в пики и смогли отбросить французов. После чего вместе с остатками других частей прикрыли отход…
Война передвинулась в Пруссию, к российским границам. И по всей Европе заговорили о Платове, который привел с Дона 13 полков, став походным атаманом казачьих частей в Германии. 26 января 1807 г. русская и французская армии сошлись у Прейсиш-Эйлау. Два дня ревела артиллерия, полки сходились в рукопашной. Началась метель, снежная буря. В этой круговерти вместе с пехотинцами и регулярной кавалерией рубились с неприятелем полки Иловайского 9-го, Андронова, Малахова, Грекова 18-го, Ефремова 3-го, Киселева 2-го, Папузина (для командиров, носящих одинаковые фамилии, при Александре было введено обозначение не по именам, а по номерам, по очередности поступления на службу). Конница Мюрата вклинилась между нашими корпусами и прорвалась к расположению резервов, но положение спасли казаки, нанесли фланговый контрудар, опрокинули и перекололи французов. Эта битва стала первой, когда Наполеон не смог победить противостоящую ему армию.
29 мая в сражении у Гейльсберга отличился суворовский сподвижник Адриан Карпович Денисов, с 8 полками оборонявший правый фланг главных сил. Атаки французской кавалерии сменялись казачьими контратаками, лавина конницы каталась по полю то в одну, то в другую сторону. Наполеон, силясь обойти фланг, направлял сюда все новые части. Бросил и тяжелых кирасир в стальных латах. Кто-то из казаков догадался, крикнул: «Колпаки долой!» Донцы поняли, стали направлять пики в лицо, под каску. И кирасир тоже опрокинули. Казаки провели ночь без сна, без еды, не расседлывая коней. Под утро Платов приказал Денисову перейти на левый фланг с тремя полками. И тут они вдруг столкнулись с выдвигающимися крупными силами французской пехоты и конницы с артиллерией. Поняв, что его неминуемо раздавят, Денисов использовал единственный шанс — упредить врага. Бросил казаков в атаку, и противника обратили в бегство. Позже Денисов писал: «Видя сие, не постигал я, каким образом остаюсь победителем. Ясно видел я, что сие произошло от единой благости Всевышнего Творца к нам». И тут же, на поле боя, слез с коня, встал на колени и начал молиться [63].
2 июня русская армия потерпела поражение под Фридландом. Прикрыли ее отступление за Неман и не позволили Наполеону развить успех казаки Платова. 4 июля при поддержке донской артиллерии они надолго задержали французов на Таплакенской плотине. 5 июля оборонялись 4 часа, построив засеку в Кучелакском лесу… Но последствия неудач были тяжелыми. Александру пришлось заключить с Наполеоном Тильзитский мир. Россия отказывалась от вмешательства в прусские дела, а два монарха становились «друзьями».
В ходе торжеств Платов, как и другие генералы, был представлен Наполеону. Атаман слыл «физиономистом» (а среди казаков, конечно же — характерником) и пришел к выводу относительно Бонапарта: «Хотя быстный взгляд и черты лица его показывают великую силу ума, но в то же время являют и необыкновенную жестокость. Этот человек не на благо, а на пагубу человечеству рожден» [105]. Однако Наполеон аналогичной проницательности не проявил, в Платове его заинтересовала лишь «экзотика» — он был изумлен умением атамана стрелять из лука, даже подарил за это драгоценную табакерку. Но когда Бонапарт наградил ряд русских военачальников орденами Почетного Легиона, Платов принять его отказался. Правда, и Александр высоко оценил участие казаков в войне. Теперь все Войско Донское было удостоено Георгиевского знамени, а атаман — ордана св. Георгия II степени. Многие казаки получили только что учреждунный для нижних чинов «Знак отличия ордена св. Георгия» — в просторечии Георгиевский крест (сперва имевший одну степень). Ну и, наконец, только после этой войны Александр I подтвердил «все права и преимущества» Дона, дарованные прежними монархами, и «неприкосновенность всей окружности его владений».