ю…
— Я согласен с вами, капитан… ловушки, судя по всему, его… любимый стиль. К тому же действительно — ночной марш… и знаете, я думаю — одной ловушкой здесь не обойдется! Я попытаюсь объяснить это нашим… союзникам, но — вряд ли генерал меня послушает, хотя я все равно попробую его… переубедить. Прикажите разбивать лагерь, Олдридж, мы в любом случае остаемся сегодня здесь и никуда не пойдем… Да, и еще одно, капитан, — обязательно выставьте двойные караулы!
Предсказание Боттон-Джонса, кстати, исполнилось в точности — дивизия генерала Лоутона двинулась в путь только через два часа… когда уже окончательно стемнело. А точнее — двинулись ее передовые подразделения, а основная масса войск «провозилась» еще не меньше часа. Британцы наблюдали за всем этим — с невысокого пригорка чуть в стороне от дороги, а солдаты Олдриджа, заняв тот самый «почти нетронутый» участок испанских укреплений и выставив караулы, готовились ко сну. Глядя на удаляющуюся нестройную колонну, которая освещала себе дорогу множеством факелов, полковник криво улыбался, вспоминая те слова, что небрежно бросил в его сторону командующий американским авангардом: «Если вы, милорд, ваши офицеры и солдаты так… боитесь ночных переходов, то… можете оставаться здесь сколько захотите. Надо же кому-то охранять выгруженные запасы — пока остальные будут сражаться… и ваша рота вполне для этого подходит… она позволит поучаствовать в бою большему количеству храбрых американских парней!» Для той же цели в поселке Дайкири, вернее — в его развалинах и вокруг них был оставлен еще и батальон волонтеров, но в отличие от англичан — эти расположились где попало и как попало — о дисциплине все они имели весьма смутное представление, а уж о караульной службе — вообще практически никакого…
— Как вы думаете, Олдридж… — Боттон-Джонс все еще улыбался, — найдется хоть кто-нибудь, кто скажет генералу Лоутону… какой он, в сущности, дурак?
— Я считаю, что испанцы вполне с этим справятся, сэр, — капитан тоже улыбнулся и, небрежно махнув рукой в сторону уходящей колонны, добавил: — Вот только поймет ли господин генерал то, что они ему скажут… или просто разозлится?
— Не знаю, но… мне почему-то жалко его подчиненных, Уильям…
— Мне тоже, сэр… надеюсь, хоть они сумеют понять разницу между испанцами и индейцами… если, конечно, успеют, сэр. С таким-то командующим…
— Как здесь все запущено, — протянула Лейт. — Ты знаешь, Крис, по-моему, ваши драгоценные ночные прицелы сегодня не так уж и нужны… с такой подсветкой-то. Такое впечатление, что они уже в Сантьяго настоящий карнавал устроили…
— Скорее уж факельное шествие, но ты не совсем права, — австралиец покачал головой. — Я привык к тому, что противник не дурак и когда в них полетят пули, они обязательно погасят эту красивую иллюминацию. И с «подсветкой» — все…
— Это-то понятно… но вот ДО того «ночники» будут только мешать. Да и к тому же… я не уверена, что они успеют вовремя погасить ВСЕ свои факелы! А что, если… ха! Крис, пусть половина твоих стреляет не по офицерам, а по факельщикам… чтобы они поняли: «факел — это смерть»! Нет, не половина — пусть по ним стреляют все! Все равно в том хаосе, который там будет, офицеров вы сможете засечь только случайно! В том случае, если заметите кого-то из них, конечно, — очередная пуля ему… Но факелы — в первую очередь! Пусть пугаются, бросают и… идут дальше без них!
— Я понял, Лейт… нам действительно нужно не «выбить офицеров», а просто всех их задержать… и отсутствие света задержит колонну лучше, чем несколько убитых в авангарде командиров… Принято. Ты сейчас куда, то есть с кем?
— С «Джексонами» — в Демайябо… среди твоих «профи» мне делать нечего — разве что зарабатывать себе стойкий комплекс неполноценности… — Лейт взлетела в седло и махнула рукой. — Все, до встречи — место сбора знаешь!
— Вот сумасшедшая… тьфу ты — баба с дедовской винтовкой, а туда же… — Клаас, бур, постоянный напарник Криса, смачно плюнул на землю…
— Эта «баба» перережет тебе глотку, чертов расист, а ты этого даже не заметишь! Пошли, они уже близко… а нам еще надо успеть на лежку.
— Ну-ка, постой, сын кенгуру! Как это — не замечу?!
— Клаас, заруби на своем бурском носу, что эту, как ты сказал — «сумасшедшую бабу», раньше звали — лейтенант Табити… сообразил?
— Ты серьезно, Крис? Да нет, с ТАКИМ бы ты не шутил… — Клаас, споткнувшись, тихо выругался… правда, почему-то совсем не по поводу того, что чуть было не упал. — A la Mere de Diable sous la queue une telle nouvelles![22]
«Если ругается по-французски, значит — поверил и… обалдел. А уж как я обалдел, когда узнал, кто она на самом деле… — подумал австралиец, укладываясь на заранее и тщательно подготовленную позицию. — Я-то сначала не поверил, пока не подтвердила Катрин… Стоп! Отбой! Скоро начнется работа…»
Огненная змея вызывала в памяти нечто знакомое, но не лично, а как будто с полотна киноэкрана. Старая черно-белая пленка и — бравурные марши «победителей»… «высшей расы»… ублюдков в коричневой и черной форме… — «Как в тире — стрелять… чуть ниже огня… в фитиль… Прямо в голову несущего факел!!!» — но тогда это было невозможно, хотя просто зашкаливало от этих огней и так же фанатично горящих глаз. — «Жаль, что вы — не немцы… не ТЕ САМЫЕ немцы. Хотя… у вас пока тоже неплохо получается. Пока. А конец вашей истории — пропишем мы! Как… делали это всегда. Не обижайтесь…» — Первый залп. Всегда внезапный, хоть и ждешь его и сама стреляешь, но… адреналин бьет в виски, а ты передергиваешь затвор. — «Может… стоило все-таки взять СВД? Нет, уже привыкла к этой…», — и стреляешь… стреляешь…
У каждой змеи — есть голова. А на ней — есть нос. Что будет, если змею стукнуть по самому кончику носа? Неприятно ведь, правда? Змея тут же остановится, откинется назад, поднимется повыше и попытается укусить обидчика. А если вот так же ударить… колонну солдат? Армия — не змея, и она не сможет быстро остановиться… подняться и раздуть капюшон! Голове колонны не отвернуть от прямого залпа, и… начинается хаос! Те, кто идет сзади, напирают… Они пока не поняли, что же там, впереди, случилось. Передние пытаются бежать… или атаковать, но… Те, кто бежит, мешают храбрецам… а атакующие — трусам! Этот хаос ненадолго — рано или поздно кто-нибудь из командиров наведет порядок, но со стороны… очень интересное зрелище! Если ты не идешь в этой самой колонне… Особенно — в тех самых передних рядах!
«Выстрел. Выстрел. Сменить обойму… Черт!»… — Откуда-то сзади вырываются всадники. — «Вашу мать! Куда вас несет?!» — Сектор обстрела перекрыт. — «Да чем они думают, идиоты! Сейчас же всех постреляют нахрен!» — Стрельба стихла, но внезапно по ушам ударили взрывы. — «Чертовы „смертники“! Да какого ж лешего!!!» — Остается только ругаться, потому что стрелять уже нельзя — впереди мелькают, будто вытканные из мрака силуэты… на фоне уже редких факелов это даже красиво…
— Сеньора, быстрее! — Всадник наклоняется с седла и протягивает руку.
На раздумья — времени нет. Рывок… Быстрее! Во весь опор! За спиной удаляются крики и выстрелы… — «Это задержит их… минимум на час. А может, и дольше — если они вздумают… еще и эту деревушку штурмовать. Давно уже пустую. Надеюсь, Крис и его ребята успели самых „умных“ поотстреливать!»…
— Жаль, что они так рано… могли бы и еще часок где-нибудь проторчать, — Билли с широкой улыбкой повернулся к капитану Стэнфорду. — Было бы виднее…
— Да ладно вам, сэр… и так неплохо, — тоже улыбнулся тот. — Да к тому же… они поснимали свои мундиры — интересно, зачем? Я вам скажу, что… целиться в полутьме по белым рубахам — одно удовольствие, сэр! А вот то, что сегодня концерт начинают не мои ребята… действительно жаль. Они так долго ждали этого момента…
— «Пострелять по янки…» — вы это имеете в виду? — Ковбой тихо рассмеялся. — Я думаю, что теперь случаев проделать это у них будет предостаточно…
— Я тоже на это надеюсь, сэр… что-то они еле тащатся… странно, ведь дождя-то сегодня не было, дорога высохла… Да они вообще остановились!
— Кажется, наши стрелки научили их осторожности… или напутали до паралича в ногах… Нет, опять двинулись… значит — недостаточно напугали…
— Что ж, теперь наша очередь… учить их, сэр. Мои ребята и их «машинки» дают неплохие уроки, правда, плодами обучения могут потом воспользоваться далеко не все ученики. Черт побери… снова остановились… кстати, вы заметили, сэр… в отличие от того, что сообщила миссис Лейт, у них нет ни одного факела…
— Ну, значит, кое-какие уроки янки все-таки усвоили… один — так точно. Правда, боюсь, такая… старательность им — ну нисколько не поможет…
— Это точно, сэр… особенно, учитывая, что нам-то особо стараться не надо, еще вчера вечером… пристрелялись… ага… пошли наконец-то…
— Судя по всему, это была их последняя остановка…
Артем был прав — передовой дозор американцев уже подходил к реке… Брод был отмечен вешками, а на берегу вообще — высокими столбами, так что не перепутаешь, но как только первый солдат осторожно подошел к воде… почти, что у него из-под ног в небо взлетела сигнальная ракета! Та самая — «три зеленых свистка»…
И густые заросли — на берегу, противоположном от дороги, по которой двигалась колонна — буквально взорвались пулеметным огнем. В грохоте восьми MG34x, такого же количества их «местных братьев» — SIG UMG, менее частом — шестнадцати ПКМов и гораздо более громком — четырех «Утесов», потерялись хлопки РГ40х, но результат их «работы» уж никак нельзя было не заметить — на дороге и частично — НАД дорогой, расцвели яркие цветы взрывов. (Двадцать четыре гранатометчика роты Стэнфорда тоже не забыли вчера пристреляться… как по дальности, так и по длине шнура!) И неважно, что в огневую ловушку попал только авангард дивизии Лоутона — никто и не стремился уничтожить ее всю… зато вот солдатам авангарда, судя по тому, с какой скоростью и, главное, СКОЛЬКО их, сломя голову и совсем не глядя под ноги, вломилось в заросли на «своей» обочине, — хватило по уши! Но вообще-то под ноги желательно смотреть всегда. Особенно, если среди ваших противников есть не только дисциплинированный капитан Стэнфорд… или даже «пулеметный фанат» Янош, но и — Гердан, у которого весьма специфические (саперные) навыки, не менее специфическое чувство юмора и большой опыт изготовления «сюрпризов» из чего угодно — включая снаряды различных калибров. («Ну, я же говорил, что они — не отличат этого от артобстрела!») И — взрывы загремели снова… а под их аккомпанемент — отстрелявшие по ленте пулеметчики и все остальные участники «Fiery Show»