О чем вы говорите, дамочка? Такой костюм требует головы и лица, сиречь прически и макияжа, неплохо бы и аксессуаров добавить в виде туфель, сумочки и украшений.
Аксессуары были, но волосы и лицо все портили. Не подходили они к дорогой элегантной тряпочке, ну совсем не подходили!
И потом, в том месте, куда меня поведет Никотин, тоже не дураки сидят. Увидят фирменную одежку и сразу подумают, что с меня можно деньги тянуть немерено.
Нет уж, Кадырова, снимай-ка ты свой красивенький костюмчик и влезай в брюки, джемпер и турецкую куртку, купленную на ташкентском рынке. Шапка должна быть по Сеньке, сомбреро - по Хуану, а каждый сверчок гораздо успешнее справляется с вокалом, когда сидит на своем шестке, а не на чужом.
- Наталья Сергеевна, вот обед для Алены, - я открыла холодильник и показала хозяйке кастрюльку и мисочку, - вот это - для Николая Григорьевича, вот в этой кастрюле - ваш овощной суп, разогреете в микроволновке, и салат, я его не заправляла, чтобы не мок.
Наталья рассеянно смотрела в мою сторону, но, по-моему, слышала не все, а понимала еще меньше.
- К ужину я вернусь, - пообещала я.
- Надеюсь, - бросила Мадам и удалилась в гостиную.
На "Новокузнецкую" я приехала минут за десять до назначенного времени, но Никотин уже ждал меня в условленном месте. Все тот же плащ, все та же "беломорина" в желтоватых пальцах, только глаза не веселые, как вчера вечером, а строгие.
- А куда мы идем? - спросила я, вышагивая рядом с ним.
- Мы идем в частное детективное агентство, которое возглавляет мой ученик.
- Вы с ним уже говорили о моем деле? Он согласен взяться за него?
- Я ему звонил.
Что- то дядя Назар снова стал неразговорчивым, уж не случилось ли чего? Не буду больше приставать к нему с вопросами, чтобы не раздражался.
Остаток пути мы проделали молча. Садовническая улица показалась мне тихой и провинциальной, наверное, из-за трехэтажных домов и некоторой обшарпанности фасадов. Вход в таинственное агентство оказался сродни поиску сердца Кощея Бессмертного: войти в дверь, сказать заветное слово охраннику, пройти во внутренний двор, найти еще одну дверь, набрать код, подняться на второй этаж, набрать еще один код, сказать еще одно слово еще одному охраннику… В общем, головоломка. Пройти по коридору, найти еще одну дверь и набрать еще один код. Наконец мы вошли и сразу попали в объятия шумного рослого мужчины, демонстрировавшего бурную радость от нашего прихода. Такой прием меня насторожил. Пусть у меня не такой уж большой жизненный опыт, всего-то тридцать семь прожитых лет, но и его хватало на то, чтобы вспомнить: когда тебя с таким энтузиазмом встречают, тебе, скорее всего, уже заранее собрались отказать, а показным радушием маскируют принятое решение, дескать, мы тебя так любим, так любим, а если уж отказываем, так не потому, что плохо к тебе относимся, а потому, что дело не в нашей компетенции, или не по нашему профилю, или нам не по зубам.
Нас тут же провели в уютный маленький кабинетик, усадили в когда-то мягкие, а ныне сильно помятые тяжелой жизнью посетителей креслица, предложили чаю и кофе. Никотин попросил кофе покрепче, я от угощения отказалась, потому что внутренне уже была готова либо к отказу, либо к заламыванию столь непомерной цены, что какой уж тут чай-кофе, тут валокордин впору принимать.
- Как жизнь, дядя Назар? - бушевал в своем откровенном благодушии хозяин кабинета. - Как же я обрадовался, когда вы мне позвонили! Сто лет вас не видел!
- Таки что тебе мешало? - неожиданно произнес Никотин как-то очень по-одесски. - Или я на другой планете живу? Давай-ка знакомься с клиентом, Сева. Не будем терять время.
- Всеволод Огородников, - привстал здоровяк, протягивая мне мощную длань. - Глава агентства, директор, можно сказать.
Я пожала руку и пробормотала:
- Вероника Кадырова.
Подумала немного и добавила:
- Женщина при маленьких деньгах и больших проблемах.
Вот так, пусть все будет ясно с самого начала. Если его отпугнут мои маленькие деньги, то это будет видно сразу, и можно будет обратиться в другое агентство, не теряя времени.
Всеволод оглушительно расхохотался:
- Маленькие деньги, большие проблемы плюс хорошая реакция плюс чувство юмора. Вполне высококачественный коктейль. Мы с вами поладим.
- Вы уверены? - осторожно спросила я.
- С ним можно ладить, - кивнул Никотин. - Не надо только плевать ему в кашу. Это мудрый совет старика Бабеля. Приступай, Севочка, время не ждет.
Всеволод как-то вдруг посерьезнел и приобрел вид деловой и неприступный.
- Дядя Назар в двух словах обрисовал мне вашу проблему, - обратился он ко мне. - Я так понимаю, ваша хозяйка - дизайнер-архитектор, занимается строительством и ремонтом? И времени у вас на все про все - дня три-четыре, не больше.
- Совершенно верно.
Он нажал какую-то кнопку и проговорил в микрофон:
- Леша, зайди ко мне.
Через минуту в кабинете появился совсем молодой парнишка лет, наверное, двадцати двух - двадцати трех.
- Леша, у нас объект - дизайнер-архитектор. Чем можешь помочь?
- Чем могу - помогу, - загадочно ответил юный Леша и потянулся к телефону. - Имя мне напиши.
Всеволод вопросительно посмотрел на меня.
- Сальникова Наталья Сергеевна.
А Леша уже быстро шнырял пальцами по кнопкам телефонного аппарата.
- Але, пап? Здорово. Нет, все в порядке… Да не трогал я твой мобильник, он еще со вчерашнего вечера на заряднике стоит… Ну да, на кухне… Нашел? Вот и ладно, а то чуть что, так сразу я виноват. Слушай, а мать дома?… Понял. Я ей на мобильник звякну. Нет, ничего не случилось, просто нужна ее консультация. Ага, пап, пока, до вечера.
Он снова принялся набирать номер.
- У нашего Лешки матушка тоже дизайнер, они там все в одной профессиональной толпе тусуются, - вполголоса сообщил нам с Никотином Сева.
- Але, мам? Привет. Ты можешь говорить?… Ну, минут на десять… Ага. Слушай, у нас тут клиентка одна, она загородный дом строит, ей порекомендовали дизайнера, но она хочет предварительно собрать сведения, а то сама знаешь… Да ну их, этих богатых, у них свои примочки.
Боится, что ее обманут, обсчитают, обшарлатанят и все такое… Ага… Сейчас… Сальникова Наталья Сергеевна. Знаешь, да? Класс! Мам, ты мне можешь назвать буквально по три фамилии тех, кто может ее охарактеризовать хорошо, и тех, кто может о ней рассказать что-нибудь негативное? Нет, больше не нужно, по три свидетеля с каждой стороны - вполне достаточно для грамотного судьи.
Шучу. Если будет нужно, я потом еще тебя спрошу, а пока мне и по три человека хватит. Ага… Ага… И телефончики их, если можно…
Леша нагнулся над столом и быстро записывал фамилии. Сердце у меня забилось от предчувствия удачи. Вот ведь до чего все, оказывается, просто! Сейчас Лешина мама назовет имена самых яростных недоброжелателей Мадам, и найти шантажиста среди этих троих - дело одного дня. Ну сколько может стоить один день работы частного детектива? От такой суммы я точно не разорюсь. Может, даже украшения продавать не придется.
Леша положил трубку и выпрямился.
- Вот список людей, которые могут дать общую характеристику объекта. Что-нибудь еще, Всеволод Андреевич?
- Пока можешь идти, но далеко не уходи, я тебя позову. Если мы с клиентом, - Сева бросил на меня быстрый взгляд, - договоримся и подпишем контракт, ты будешь заниматься этим делом.
Такой молоденький! Да что он умеет-то?! Только дело все испортит. Я-то, дурочка наивная, думала, моими проблемами будут заниматься самые лучшие сыщики из числа учеников Никотина… А меня отфутболили к какому-то молокососу.
Дождавшись, когда Леша покинет помещение, Всеволод взял в руки список, быстро пробежал глазами.
- Вот, значит, какой у нас получается расклад, уважаемая девушка Вероника, - неторопливо заговорил °н. - В этом списке люди, которые знают вашу хозяйку.
Но крайне маловероятно, что тот, кого мы ищем, находится среди них. Такие удачи случаются, но исключительно редко. С каждым из этих людей нужно поговорить, прощупать их, получить от них еще какие-нибудь имена и конкретные истории про Наталью Сергеевну.
Потом вычленить наиболее вероятных ее врагов и пустить за ними наружку. Вы, надеюсь, понимаете, что сам шантажист, то есть тот, кто вам звонил, не входит в число ее знакомых, но действует он по наводке. Таким образом, мы сначала вычисляем нескольких предполагаемых наводчиков, или, если хотите, инициаторов шантажа, его организаторов, а потом при помощи наружного наблюдения устанавливаем их связи. Из этих связей отбираем самые подходящие, то есть наиболее подозрительные, и работаем уже конкретно с ними. Было бы идеально, если бы нам удалось все сделать настолько оперативно, что к пятнице у нас осталось бы всего три-четыре подозреваемых. Тогда нам останется только проследить, кто из этих четверых будет звонить вам в двенадцать часов. На этом закончится первый этап и начнется второй.
- Какой? - ошеломленно спросила я.
Все мои надежды рушились. Я-то думала, что будет легко и просто, а это ж какая прорва работы предстоит!
Мне за всю жизнь столько не заработать, чтобы расплатиться.
- С шантажистом нужно будет поработать, чтобы он больше не поступал так некрасиво. И с тем, кто его нанял или в долю взял, - тоже.
- И это тоже стоит денег, - безнадежно добавила я.
- Ну это само собой. Все стоит денег.
- Сколько? - спросила я, собираясь с духом, чтобы услышать свой приговор.
- Один час работы наружки стоит пятьдесят долларов.
Я зажмурилась, пытаясь быстренько прикинуть, на сколько часов работы хватит моих денег.
- Установить данные о человеке, то есть кто он, где живет, чем занимается, его паспортные данные, - четыреста пятьдесят долларов, - безжалостно продолжал Всеволод Андреевич. - Сделать так, чтобы он больше не пакостил, - полторы тысячи. Плюс собственно работа по установлению круга отрабатываемых, то есть беседы с людьми, обладающими нужной информацией. Здесь могут быть скидки, поскольку эту работу мы делаем сами, в частности, Леша. А всю остальную работу делают профессиональные сотрудники милиции, с которыми у нас контракт, и на их услуги существуют твердые та