Пока ехали, Настя позвонила Короткову. Юра от пельменей отказался, и голос у него был такой, какого Настя давно уже не слышала. Собственно, такого голоса у полковника в отставке Юрия Викторовича Короткова не бывало с того момента, как он перестал служить в уголовном розыске.
– Доедешь до харчевни – пришли мне машину, пусть Володя мне позвонит, я скажу куда. Как освободишься – возвращайся на постоялый двор. И как-нибудь поярче веди себя, позаметнее.
– Ага, поняла.
Ей на мгновение стало грустно. Юрка с Егоровым что-то затевают, у них появилась новая информация, они оба приняли охотничью стойку. Они делают дело. Дело, которое любят и которому посвятили свою жизнь. А она… Носит документы, в которых ничего не понимает. И обедает в дорогом ресторане в обществе самого богатого бизнесмена города. Все как раньше, когда-то давно-давно, когда она только начинала работать в розыске: она – женщина, и ее отодвинули. И кто отодвинул? Не чужой дядя, который видит ее впервые, а Юрка, близкий друг и коллега по работе, знающий ее как облупленную и видящий насквозь. Уж кто-кто, а Коротков не должен был бы сомневаться в ее способностях и навыках…
«Эй, подруга, алё, – остановила себя Настя. – Ты, никак, обижаться собралась? То, что происходит сейчас, есть прямое следствие того, что происходило вчера. А вчера гвоздем программы была именно ты. Так что уймись. Кроме того, Юрка попросил тебя вести себя позаметнее, стало быть, тебе отведена определенная роль, которую ты должна сыграть, и сыграть на совесть, иначе подведешь ребят. Ну-ка кончай расстраиваться и бери себя в руки».
Под козырьком на высоком крыльце перед входом в ресторан стояла, как и ожидалось, Инна в накинутом на плечи дождевике и с большим зонтом в руках. Увидев, как подъехала машина, помощница Ворожца торопливо сбежала по ступенькам. Юбка открывала ее ноги чуть выше колен, и Настя впервые обратила внимание на то, что ноги у Инны очень красивые, длинные, с мускулистыми округлыми икрами. «Как она бегает с такой скоростью на своих высоченных каблуках! – с уважительным удивлением подумала Настя. – Это же уму непостижимо! Я на таких не то что бегать или просто ходить, я даже стоять не смогу».
– Петр Сергеевич и Игорь Валерьевич вас ждут, – сообщила Инна, провожая ее мимо входа в общий зал ресторана к лестнице, ведущей вниз.
Ах вот оно как! Значит, там еще и полковник Баев… Обед в узком кругу для неформального общения. Господи, да чем же они с Коротковым так их напугали? Чего эти два кренделя к ним прицепились? Сперва Ворожец пригласил в гости и вел светские беседы с совершенно очевидным двойным дном, а теперь еще и совместная трапеза с начальником УВД. Наверное, не зря Юрка попросил вести себя поярче. Ну, поярче – так поярче. Она им устроит свет в глаза – мало не покажется.
Инна привела ее в небольшой уютный кабинет со столом на шестерых. Здесь было очень симпатично, хотя ни одного окна, зато много дерева в интерьере. На этот раз Баев показался Насте не таким угрюмым, как при первых двух встречах, он даже пытался быть любезным и улыбаться.
– Как успехи? – поинтересовался полковник. – Справляетесь? Или нужно чем-то помочь? Вы только скажите, мы всегда готовы.
– Вот! – Настя демонстративно и со стуком положила на стол толстую папку, в которую складывала документы по мере получения их в разных конторах. – Планы, схемы, договоры, выписки, паспорта участков… Голова кругом идет! Лично мне приглянулся один участочек с северной стороны, но мой коллега уверен, что цена непомерно высока, даже пытаться смысла нет. Но участок чудо как хорош! На берегу озера. Кажется, оно называется Верхнее Озеро.
– Ваш брат уже в курсе? Вы ему говорили, что присмотрели участок?
– Нет, конечно, – рассмеялась она. – Это ведь только мое мнение, а я в этом деле не профессионал. Решать будет Юрий Викторович, он директор аналогичного пансионата и намного лучше меня разбирается в вопросе. Мое дело – подай-принеси.
– Но ведь банкир Каменский ваш родной брат, – не отступал Баев. – Неужели ваше слово для него ничего не значит?
Она пожала плечами и открыла толстую кожаную папку меню.
– Я никогда не лезу в его дела, – сказала она равнодушно, делая вид, что изучает перечень блюд. – А он не лезет в мои. Моя задача – помочь Юрию Викторовичу собрать максимально полную информацию обо всех участках, которые покажутся ему достойными внимания.
Баев поерзал на стуле, лоб его прорезала глубокая морщина.
– Ну, хорошо, – вступил Ворожец, – давайте предположим, что вам лично очень понравился какой-то участок и Юрий ваше мнение разделяет. Предположим, ваш брат очень захочет его купить. Но ведь ему нужны гарантии, что трасса пройдет именно с той стороны, где находится участок.
– Конечно, – рассеянно кивнула Настя и перелистнула страницу меню.
Вот они и подобрались к самому главному. Сейчас начнут прощупывать, насколько мощные связи у банкира Каменского в правительстве и, в частности, в Минтрансе. Ведь если его банк «АПК» пережил все кризисы последних пятнадцати лет и не рухнул, значит, и связи есть, и поддержка имеется.
– О, чудесно, здесь есть салат из рукколы. Не возражаете, если я его закажу? А пельмени вы мне сами закажете, на ваше усмотрение, вам лучше знать, какие здесь самые вкусные.
Она захлопнула меню, отодвинула от себя и весело посмотрела сначала на Ворожца, потом на Баева.
– Именно поэтому нам поручено не только подыскать участки, но и проработать вопрос о вероятности принятия того или иного варианта проекта трассы. С участками мы вроде разобрались, вот сейчас Юрий Викторович ждет от меня документацию на пять участков, которые нам показались подходящими. – Она бросила выразительный взгляд на папку, лежащую на столе. – Три с южной стороны и два с северной. А с проектом трассы у нас пока ясности нет. Если вы можете нам помочь информацией, будем искренне благодарны.
– Да у нас самих тоже особой ясности нет, – отозвался Ворожец. – Меня ведь Юрий уже спрашивал об этом. Что скажешь, Игорь Валерьевич? Может, ты по своим каналам какую-то информацию получал?
«Ой, кино и немцы! – подумала Настя, переводя взгляд с одного собеседника на другого. – Вот прямо я должна не сходя с места поверить, что вы между собой этот вопрос никогда не обсуждали и Ворожец совсем-совсем не в курсе, знает Баев что-нибудь по поводу проекта трассы или нет».
Разговор тек ни шатко ни валко, мужчины никак не могли подобраться к главному вопросу, который ждала Настя: сможет ли Александр Павлович Каменский «продавить» в Москве нужный проект трассы, если будет заинтересован? Наконец, вопрос все-таки был озвучен, когда уже покончили с закусками и ждали пельмени.
– Трудно сказать, – ответила она, вставая. – Мне плохо известны возможности брата. Но полагаю, они весьма и весьма обширны. Где здесь дамская комната?
– Инна вас проводит. – Ворожец немедленно схватился за телефон. – Инна, зайди.
Выйдя в сопровождении Инны из кабинета, Настя подмигнула помощнице.
– Где здесь можно курить?
– Так прямо в кабинете можно было, – удивилась Инна. – Игорь Валерьевич же курит, там и пепельницы стоят.
– А закон антитабачный здесь не соблюдают?
– Ну, закон… – Инна усмехнулась. – Это в Москве закон. А у нас тут все иначе. У нас все точки общепита разорятся, если этот закон соблюдать. Для больниц, детских учреждений и учреждений культуры – да, его ввели и соблюдают строго, это правда. А для гостиниц и ресторанов правила остались старые.
В общем, Настя это уже и так поняла с первого же дня пребывания в Вербицке, но ей нужно было оставить Ворожца и Баева в кабинете наедине с ее папкой, при этом дать им достаточно времени на ознакомление с содержимым. Да при этом сделать так, чтобы они ничего не заподозрили. И чашка кофе с сигаретой в ресторанном баре в обществе помощницы Ворожца – идеальное прикрытие. Времени, разумно необходимого для похода в туалет, для задуманного явно недостаточно.
– Честно говоря, – она сделала виноватое лицо, – я позавтракала в семь утра и до приезда сюда моталась по учреждениям и кабинетам ваших чиновников. С самого утра – ни одной чашки кофе. А я без него не человек. Тем более погода так резко переменилась, дождь начался, давление упало, я в свои годы уже очень это чувствую. И чашка кофе с сигаретой мне просто жизненно необходимы. Просить принести кофе посреди трапезы мне как-то неудобно.
Они поднялись по лестнице, вошли в большой зал и уселись за барной стойкой. Настя для поддержания легенды попросила двойной эспрессо. Обычно она не пила такой крепкий кофе, но чего не сделаешь ради выполнения Юркиной просьбы. Ничего, положит сахару побольше или молочка нальет. Прокатит как-нибудь.
– Да, – Настя сделала вид, что спохватилась, – там же пельмени должны сейчас принести, мужчины будут меня ждать, все остынет… Нехорошо получается.
– Не беспокойтесь, – улыбнулась Инна, – я предупрежу.
Она тут же позвонила Ворожцу и сказала, что Анастасия Павловна задержится минут на пятнадцать, потом подошла к официанту. Официант выслушал ее, посмотрел на часы и кивнул. Ну и славно, теперь Ворожец и Баев точно знают, что в течение ближайших пятнадцати минут у них полностью развязаны руки. Наверняка предусмотрительный Петр Сергеевич попросил Инну сообщить, когда дамы двинутся из бара вниз. Пусть спокойно посмотрят документы, убедятся, что москвичи интересуются исключительно земельными участками, и успокоятся. А то ей уже изрядно поднадоела подозрительность полковника Баева.
После перерыва на кофе атмосфера за обеденным столом стала заметно легче. Ворожец ласково пожурил Настю за то, что она не попросила принести кофе сюда, посетовал на ее чрезмерную застенчивость, рассказывал анекдоты. Баев, похоже, тоже немного расслабился и даже выдал некоторую полезную информацию, касающуюся присмотренных ими участков. Впрочем, Коротков все это и так уже наверняка знает от Егорова. Но Настя с деловым видом достала блокнот и все старательно записала, при этом делая пометки на полях документов из папки. Одним словом, изо всех сил строила из себя секретаря при большом начальнике и девочку на побегушках.