Лампа в коридоре моргнула и выключилась, и Чак подскочил, чтобы проверить, всё ли в порядке с генератором.
— Мы остались без средств связи после инцидента, который, как нам теперь известно, был спланированной кибератакой на инфраструктуру нашей страны и мировой Интернет.
— Что-нибудь новое нам скажут? — прошептал Винс. Генератор снова ровно зарычал, и в коридоре включился свет. Чак вернулся и встал рядом со Сьюзи, положив руку ей на плечо.
— Мы по-прежнему не знаем полного масштаба этой атаки, как и того, насколько глубоко на нашу территорию проникли неизвестные захватчики. Я говорю с вами не из Вашингтона, и моё местопребывание будет засекречено, пока мы не поймём лучше, против кого мы сражаемся.
По коридору пробежала волна шепотков.
— И хотя этот инцидент затронул всю Америку, более того, все страны мира, отдельные районы пострадали меньше от атаки неизвестных нам сил. К западу от Миссисипи проблемы с электричеством были вскоре разрешены, как и в большинстве штатов на Юге, но на Новую Англию пришёлся самый сильный удар, и ситуацию серьёзно усугубила серия зимних штормов.
Приятно было узнать, что не все в Америке оказались в такой же беде.
— Военные силы страны были приведены в готовность второго уровня DEFCON, высочайший уровень протокола в нашей истории, но теперь вновь установлен четвёртый уровень. Это ответ на вопрос, почему армия не могла помочь в решении местных проблем, — потому что мы ожидали следующей атаки.
— Говорил же, — прошептал Чак. — Эти болваны сторожат границы, а мы умираем у них за спиной.
— Но я могу, наконец, поделиться с вами результатом длительного расследования: насколько мы установили, большинство, вероятно, даже все атаки проводились под руководством или при содействии организации, принадлежащей Народно-освободительной армии Китая.
Снова послышался громкий шёпот. Мы все повернулись к китайской семье в конце коридора, но поспешно отвели взгляд, осознав, как себя повели.
— Мы уже расположили в Южно-Китайском море четыре группы боевых авианосцев и ждём результатов международных заседаний ООН и НАТО. Мы не отступим и не оставим наших граждан в их бедах. У меня есть для вас хорошие новости: я постановил использовать все имеющиеся у нас резервы, чтобы в течение ближайших дней восстановить подачу электричества и работу экстренных служб в Нью-Йорке и по всему Восточному побережью.
Коридор разразился радостными возгласами.
— Но, — сказал президент и вздохнул, — к моему сожалению, я должен сообщить жителям Нью-Йорка, что по требованию центра по контролю заболеваний, которое я одобрил, остров Манхэттен временно объявляется зоной карантина, вследствие распространения болезней, передающихся водным путём. Карантин продлится не более одного-двух дней, и я прошу жителей Нью-Йорка оставаться в помещениях, в тепле и безопасности. Мы скоро будем с вами. Храни вас Господь.
Радио смолкло.
День 21 — 12 января
Снова шёл снег.
Я поднялся с Тони на крышу поиграть с Люком, а заодно набрать выпавший снег в бочку для воды. Крупные хлопья падали сквозь тишину с неба, поглотившего город серой раковой опухолью.
И мы находились в самом центре.
Вчера, после речи президента, мы остались в коридоре и слушали жаркие обсуждения по радио. Все были потрясены и не могли поверить услышанному, но когда стало известно о военных контрольных пунктах, в людях закипел гнев. На Манхэттене оказалась значительная часть лучших юристов Америки, и в Сети, и на радио уже звучали угрозы засудить власти за нарушение прав человека и постановлений Конституции.
«Ни китайцы, ни иранцы — никто здесь на самом деле не замешан. Власти пытаются скрыть нападение инопланетян, это же и ребёнку понятно».
Увы, даже мои любимые сторонники инопланетного вторжения были неспособны поднять настроение.
Чак заявил, что штурмует мост с пистолетом наперевес, и пусть кто-нибудь только осмелится ему помешать. Но вскоре в mesh-сети выложили новости о первых стычках и жертвах на мосту Джорджа Вашингтона. К вечеру, вместо гнева, Нью-Йорк поглотили уныние и подавленность.
Раньше все считали, что лучше просто переждать, когда, наконец, все проблемы решат, но стоило президенту объявить людям, что они не могут уехать, что они в западне, все до последнего решили, как можно скорее покинуть город. Винсу на ноутбук пришли фотографии с Ист-ривер, где люди проваливались под воду между застывшими во льду лодками и тонули в реке, словно крысы.
О метро можно было забыть. Большинство тоннелей в Нижнем Манхэттене и в районе Челси затопило ещё в первые дни после отключения электричества. А при такой температуре они ещё и промёрзли насквозь. Наверняка, кто-то пытался спрятаться в метро, но мы ничего о них не слышали, и не собирались спускаться в тоннели на разведку.
Мы встретили утро в коридоре с затаившейся в сердце тревогой.
Мы спали на одном диване: я, Лорен и Люк рядом со мной, и Винс. Оказавшись отрезанными от окружающего мира, мы тянулись друг к другу, к тёплым чувствам, ещё не угасшим в каждом из нас.
О том, чтобы спустить джип Чака на землю, мы даже не заикались. Не было никакого смысла.
Чак сидел, словно парализованный, и смотрел прямо перед собой в стену. Винс — так же безучастно в экран ноутбука. Близился полдень, я лежал на диване в коридоре и листал список радиостанций на телефоне.
— Я не верю ни единому слову президента. По-моему, они нам не договаривают чего-то. И записали это послание специально для Нью-Йорка, чтобы объяснить нам, почему держат нас…
Я переключил на следующую.
— …пускай тащат свои задницы в Ист-Виллидж, чтобы увидели всё своими глазами. Как они могут нас тут бросить? Почему нам никто не…
Следующая.
— …в это поверить? Если в Америке всё в порядке, от чего прячется президент? Господи, да мы можем вылечить рак, чего они так боятся какой-то древней…
— Можешь включить «Общественное»? — спросил Винс, поднявшись с дивана. — Быстрее.
Я пролистнул список станций, нашёл её и сделал звук погромче. Рори тоже потянулся к радио в центре коридора, чтобы увеличить громкость. Пэм спала рядом с ним, — она всю ночь провела на ногах, стараясь помочь всем по мере возможности: у кого была инфекция, у кого — расстройство желудка, у кого — простуда.
— …иранская группа хакеров «Ашиайне» взяла на себя ответственность за вирус «Scramble», поразивший сети логистических компаний, и призналась, что они начали…
— Говорил же, это арабы, — сказал Тони, поднявшись с дивана.
— Они не арабы, — ответил Рори.
— …ответной меры за нападение Соединённых Штатов на Иран несколько лет назад в кибератаках с применением вирусов «Stuxnet» и «Flame»…
Сьюзи выглянула из-за плеча Чака. Эллароза и Люк спали в кроватке перед ней, посередине коридора.
— Так это не были китайцы?
— …изначально целью атаки были Сети правительства США, однако, вирус вскоре поразил и второстепенные системы…
— Иранцы — персы, а не арабы, — повторил Рори. — Они изобрели науку и математику. А «Ашиайне» — это ещё не иранское правительство.
— …НАТО рассматривает вопрос общих мер обороны, в то время, как правительство Соединённых Штатов уже готовится к решительным действиям…
— Ты, похоже, немало о них знаешь, — сказал Чак Рори.
Рори пожал плечами.
— Я писал о них в «Таймс». Это моя работа. У КСИР в наличии имеется весьма опытный киберотряд.
— …хотя доступ в Интернет по всему миру до сих пор крайне затруднён, в Европе ситуация приходит в норму, и радиосвязь восстановлена в большинстве штатов на Восточном побережье…
— КСИР?
Рори сделал радио потише.
— Армия Ирана — Корпус Стражей Исламской революции. Смесь коммунистической парии, КГБ и мафии. Если бы у «Halliburton»[20] был ребёнок от Гестапо, — это и были бы Стражи.
— Они настолько хороши? Могли они всё устроить? — спросил я. Может, это была лишь уловка, попытка заявить ответственность за действия, куда выше их способностей. И тогда весь мир будет смотреть на Средний Восток, не замечая настоящих преступников.
Рори засмеялся.
— Командующий киберподразделением Рафаль — настоящий эксперт в своём деле.
Он задумчиво поднял глаза к потолку.
— Важно понять вот что: США не способны соперничать с другими странами в кибервойне. У нас господствует иное мышление: превзойти врага в численности, как солдат, так и техники, но в киберпространстве нам нечего противопоставить.
— Но Интернет — наше изобретение, разве нет?
— Да, но мы не контролируем его. Армия может потратить десять миллиардов на какую-нибудь супертехнологию, но чтобы её сломать, достаточно одного умника с ноутбуком из «Best Buy».
— Так, значит, иранцы?
— Они уже изменили правила игры, когда в конце две тысячи двенадцатого напали на мирные цели — их вирус «Shamoon» уничтожил данные на пятидесяти тысячах компьютеров в «Saudi Aramco» — так что, этот случай не отличается от прочих их действий, тем более, что у них есть повод — прошлое нападение США, — По-твоему, это их оправдывает? — скептически спросил Чак.
— Конечно, нет. Но это объясняет многое. Что здесь гораздо важнее — то, что кто-то наконец-то признался. Возможно, это поможет разобраться в происходящем.
— Вот, что значит, кибервойна, — тихо сказал я. — Грязь, вонь, болезни, карантин…
Рори молча кивнул. Он выглядел ужасно худым и слабым. Он уже пару недель почти ничего не ел, изо всех сил пытаясь придерживаться веганской диеты. Я не мог поверить, что это он выдал нас Полу, будто у него был какой-то скрытый мотив.
— Можете снова включить радио? — из того конца коридора послышался голос Ричарда. — Ваше мнение, безусловно, очень интересно, но я хотел бы узнать, что происходит в реальности.
Рори потянулся к радио на книжной стойке, чтобы сделать громче, а я направился к центру коридора. Женщина с дочкой вышли куда-то, а её сын — года четыре, не больше — остался один на диване и играл с пожарной машиной Люка. Я до сих пор с ним не разговаривал.