Кики невольно попятилась, но не смолчала — слова слетели с языка сами собой:
— Это ведь ты назвалась моим именем и забрала вишневое варенье?
— Ты о чем?
— Не делай так больше, поняла? Я добросовестно отношусь к своей работе и несу ответственность.
— А я разве сказала, что это я сделала? Мы с тобой просто случайно столкнулись, чего ты на меня набросилась? — Девочка смерила Кики пристальным взглядом с головы до ног.
— Но… Но… Ты же… Да кто ты такая? Где ты живешь? Ты местная?.. Сколько тебе лет? — затараторила Кики, сама толком не понимая, что она такое говорит. Ее ноги сами собой отступили еще на несколько шагов.
— А с чего это тебе так хочется все-превсе обо мне вызнать? Зачем тебе знать, кто я такая? Я что, обязана быть хорошей девочкой из приличной семьи, иначе у тебя сердце не на месте? — колко бросила девочка, развернулась и пошла прочь, проводя рукой по растущим вдоль тропинки высоким травам, словно поглаживая их.
— Прости, я не хотела тебя обидеть! Но… скажи хоть, как тебя зовут? — крикнула Кики вслед удаляющейся девочке.
— Меня? Меня Кэкэ зовут, — отрывисто ответила та, обернувшись. — Удачи тебе, котик, веди себя хорошо! — И она пошла себе дальше, а потом вдруг подняла обе руки и помахала ими в воздухе вправо-влево. Дзидзи так и застыл на месте.
Девочка шла быстро и вскоре исчезла за поворотом. И тут до ушей Кики и Дзидзи снова донеслась песенка:
В небо смотрит стрекоза,
Хоп! — а крылья не летят!
Хи-хи-хи!
Пропев это, девочка визгливо расхохоталась. Услышав слова песенки, Кики переменилась в лице.
— А-а! Ужас! Что я натворила! Я же совсем забыла про Томбо!
Кики подхватила Дзидзи, который по-прежнему оцепенело стоял столбом, запрыгнула на помело и взмыла в небо. Светлая полоска на западе стала еще тоньше и темнее. Кики подгоняла помело что было сил — и вот она уже над Бесконечным парком. Томбо одиноко сидел на качелях.
— Прости, я опоздала! — выкрикнула Кики, подлетев к Томбо. — Теперь уже нельзя, да? Слишком темно?
Томбо молча поднялся с качелей и посмотрел в небо:
— Я не дождался и запустил ее без тебя.
— Ой, правда? Тогда, пожалуйста, запусти ее еще раз, мне очень хочется посмотреть!
— Ничего у меня не вышло. Я даже рад, что ты этого не видела. Она взяла и улетела прочь. Умчалась по прямой куда-то вдаль, будто ей только туда и нужно было. А ведь я пытался сделать так, чтобы она зависала и прилетала назад… но она не вернулась. И все-таки… Все-таки она очень красиво летела, — с ноткой гордости в голосе добавил Томбо, слегка ободрившись.
— Как жаль, что я этого не видела… А куда она улетела?
— Туда. — Томбо, печально поморщившись, махнул рукой в направлении прочь от моря.
— Прости… — только и смогла сказать Кики.
— Я сделаю еще одну. И в этот раз у меня обязательно все получится. Смастерю вертушку, чтоб летала не хуже тебя! — запальчиво пообещал Томбо, стараясь прогнать уныние прочь.
Вечером Кики уселась на стул, подставив лицо дующему ветру.
— Они меня не дождались… — пробормотала она себе под нос.
Дзидзи дернул ушами:
— Но, Кики, это ведь ты все позабыла. А ведь я тебя несколько раз спросил: «Ты уверена, что можно?»
— Ой, Дзидзи, так ты помнил?
— Ну да. Поэтому я и переспрашивал столько раз! Но потом, когда Кара начала петь, это было так замечательно, что я тоже обо всем забыл.
Кики совершенно пала духом:
— Как же я устала…
Глава 4Как распознать ведьму
Вот уже четыре или пять дней Кики вставала очень рано и тут же принималась полоть сорняки, настырно прорастающие среди целебных трав на грядках.
— Все лезут и лезут, и конца-края этому не видно! — огорченно воскликнула Кики, поглядев на кучу выполотых сорняков.
— Целебные травы приятно пахнут — вот к ним и липнет все, что ни попадя. Но это и впрямь тяжко: каждый день все по новой.
Дзидзи тоже копался передними лапками в грядке и теперь отфыркивался, стряхивая с мордочки приставшие к ней комочки земли.
— Да, но… Как ни странно, прополка — это довольно увлекательное занятие, затягивает. — Кики смахнула пот со лба тыльной стороной руки, продолжая левой рвать сорняки.
И тут раздался сбоку голос Соно:
— Эй, Кики, глянь-ка! Какая чудная девочка идет! Вон там, Кики, смотри!
Кики разогнулась и посмотрела туда, куда показывала Соно. По улице, прямиком к ним, шагала Кэкэ, та самая девочка, с которой Кики на днях столкнулась неподалеку от аллеи криптомерий, куда ведьмочка приходила с Карой Таками. За спиной у девочки висел рюкзак, такой огромный, что Кэкэ пошатывалась под его тяжестью, а на голове красовалась черная шляпа причудливого фасона — словно пара рогов. В довершение всего на Кэкэ была нелепая длиннющая юбка, развевающаяся при каждом ее шаге.
— Ой, да это же та самая девочка, которая заходила на днях за булочками! — вырвалось у Соно.
— Здрасте! — Кэкэ фамильярно помахала рукой Кики и Соно, которые молча уставились на нее. — Ну, прошу любить и жаловать! — широко улыбнулась она.
— О чем она? Кого любить и жаловать? — Соно вопросительно воззрилась на Кики, совершенно сбитая с толку.
— Я тоже ничего не понимаю. — Кики легонько покачала головой, не зная, что и думать.
Кэкэ передернула плечами, снимая рюкзак на землю:
— Решено: я остаюсь здесь. — Она жизнерадостно улыбнулась.
— Здесь — это где? — хором спросили Кики и Соно.
— Здесь — это здесь, в твоем доме. Чего тут непонятного? — Кэкэ раздраженно поджала губы и указала подбородком на Кики.
— И кто это так решил? — спросила Соно.
— Я! Разумеется, это я сама так решила. И не нужно так пугаться, мне совсем немного надо. Маленькая кладовка вполне подойдет.
— И откуда это ты такая умная, даже про кладовку знаешь? — язвительно спросила Соно.
— Ну, знаю, а что, нельзя? Я умею позаботиться о себе: если мне что нужно узнать — все разведаю. А что? Ты против?
— Как-то это все внезапно… — Кики мяла в ладонях подол юбки, пытаясь взять себя в руки.
— Вот-вот, такие дела так запросто не решаются! Нельзя заявиться к человеку и сказать: мол, хочу у тебя жить, — нахмурилась Соно.
— Но Кики-то ведь ты взяла и вот так запросто решила! А мне почему нельзя так же? А? А?
— Но ведь Кики же… Ведьма… — начала было Соно, а потом, прищурившись, начала разглядывать Кэкэ. — А ты что, тоже ведьма? — спросила она.
— Ах вот оно что! Выходит, не ведьмам нельзя? Ты поселила ее у себя, чтоб под рукой всегда была личная ведьма? Ишь ты, как оно…
— Ты думай, что несешь! — Соно, сотрясаясь от гнева, сделала шаг вперед.
— Ну-ну, тише, тише. Если дело только за этим, я ведь тоже ведьма. Свежеиспеченная, но вполне настоящая ведьма! — Кэкэ вдруг заговорила совсем другим тоном, она широко распахнула глаза, наклонилась чуть вбок и напустила на себя серьезный вид. Она словно стала другим человеком: сейчас Кэкэ производила впечатление пусть маленькой, н вполне здравомыслящей девочки.
— Ну а где тогда твое помело? — Соно взглянула на руки Кэкэ.
— Помела у меня нет. Но ведь это же не единственное средство распознать ведьму! — К Кэкэ в мгновение ока вернулось ее всегдашнее нахальство.
— Ну а по каким приметам тогда отличить ведьму? — живо спросила Соно.
— А что, ведьма непременно должна чем-то отличаться? Чтоб сразу видно было? — задиристо спросила Кэкэ.
В сердце Кики словно что-то легонько кольнуло. Ей и самой до сих пор не раз приходилось сталкиваться с подобными расспросами и нередко хотелось ответить так же. «Ведьму от человека отличает не одно лишь помело. Но к сожалению, вывернуть душу наизнанку вам напоказ я не могу» — сколько раз ей хотелось сказать это!
— Так, значит, ты тоже прибыла в Корико, чтобы начать жить самостоятельно? И собираешься здесь остаться? Но ведь здесь уже есть я! — Кики испытующе посмотрела на Кэкэ.
— И что с того, что ты уже здесь? Может, и я тоже кому-нибудь по душе окажусь! — Кэкэ показала Кики язык.
— Но насколько мне известно, в городе может быть только одна ведьма…
— Это правило придумали сто лет назад — почему бы его не поменять уже? Взрослые ведьмы вечно цепляются за старое! — Кэкэ хмуро усмехнулась, явно намекая, что Кики — одна из этих самых «взрослых ведьм». Для свежеиспеченной ведьмы она держалась с редкой уверенностью и явно готова была постоять за себя в споре с Кики.
— Изменить? Как их изменять-то? — пробормотала Кики. И тут она спохватилась: она ведь сама совсем недавно на радиостанции поступила не по правилам, а так, как сочла нужным. Может, она тоже этим что-то изменила?
— Скажи, где твой дом? — спросила Соно.
— Кое-где. Но он у меня есть, как положено.
— Далеко отсюда?
— Я что, обязана отвечать? Что, у каждой хорошей девочки должны быть свой дом, мамочка и папочка? А я не просто хорошая — я еще лучше! Да ну вас, хватит, надоело. Ничего мне не нужно! — Кэкэ резким рывком взвалила на себя рюкзак и зашагала прочь.
Кики испуганно посмотрела на Соно — та виновато потупилась.
— Постой! — Кики невольно подалась вперед. — Может, зайдешь ко мне, чаю попьем? Сонно, ведь можно?
— Ну, почему нет…
Услышав это, Кэкэ тут же обернулась.
— Ура-а! — закричала она. — Только не надо придуриваться, при чем тут какой-то чай? Спасибо за приглашение, я остаюсь!
— Ну и дела… — только и смогла выговорить Соно. — Только на одну ночь! — поспешила добавить она.
— Ой, да ладно вам! — хихикнула Кэкэ и подмигнула.
— Ну и что поделаешь с такой нахалкой? Я сдаюсь! Кики, приберись немного в кладовке. Постелить там что-нибудь на полу, и будет вполне сносно. Все равно не думаю, что это надолго. — Соно подняла руки, признавая свое поражение.
— Мне ничегошеньки не нужно, было б только местечко. У меня свой спальный мешок есть. Я до сих пор все это время в школу пробиралась ночевать, но там так холодно, что я больше не могу. — Кэкэ поволокла рюкзак в дом, откровенно довольная тем, что все вышло, как она хотела.