— Ну и дела… Нужно хоть мужу рассказать… — Соно заторопилась домой.
Когда Кики неохотно принялась за уборку, Кэкэ, к ее удивлению, тут же на удивление споро взялась помогать. Они сложили в угол все лишнее, вымыли пол и кое-как расчистили местечко, как раз достаточное, чтобы один человек мог улечься. Кэкэ тут же улеглась посередке.
— А здесь очень даже неплохо! У меня глаз-алмаз! — самодовольно произнесла она, подтянула к себе рюкзак и вытащила из него пухлый черный спальный мешок, лежавший на самом верху. Внутренняя подкладка спального мешка была броской алой расцветки, с узором из роз. Раз увидев ее, Кики уже не смогла отвести взгляд.
— Как красиво! — невольно вырвалось у нее.
— Именно. А все потому, что я живу, как мне нравится.
Сбоку подкрался Дзидзи. Он просунул мордочку в горловину спального мешка и принялся зарываться вглубь.
— Прекрати, Дзидзи! Кэкэ же гостья!
Кики попыталась ухватить Дзидзи за хвост, чтобы удержать его, но Кэкэ только расхохоталась.
— Да пусть, не жалко! Дзидзи тоже хочет поступать, как ему нравится, а-ха-ха!
Непонятно, услышал ли Дзидзи слова Кики и Кэкэ, но он никак не отреагировал и продолжил ввинчиваться в мешок, быстро продвигаясь к изножью.
Кэкэ принялась вытаскивать из рюкзака свои вещи и раскладывать их на полу. Черный свитер, черный жакет, черные перчатки, черный шарф, три пухлых, набитых под завязку черных полотняных мешка: большой, средний и маленький. В эту же кучу легли ярко-красная блузка и ярко-красный блокнот. Последней Кэкэ вытащила на свет маленькую сумочку из блестящей черной ткани. Она была крепко завязана шнурком, на концах которого покачивались две ярко-красные стеклянные бусины. Когда на бусины попал просочившийся снаружи луч света, они тускло замерцали.
— Ой, а это что? — спросила Кики.
— Это моя шкатулка с сокровищами, то есть сумка с сокровищами. — Кэкэ взялась за одну из бусин и покрутила его в воздухе.
«Дринь! Дринь!» — зазвенел телефон.
— А, это, наверно, заказ! — Кики подскочила с места, побежала в свою комнату и сняла трубку, однако при этом она не спускала глаз с Кэкэ.
В трубке раздался мужской голос:
— Алло… Скажите… Хм, это… Это аллея Гинкго? — Человек говорил неуверенно, словно ему почему-то было неловко.
Кики привстала на цыпочки, чтобы лучше видеть Кэкэ.
— Нет, это… — начала было она, но тут связь оборвалась.
— А у тебя, похоже, дел невпроворот, — рассудительно проговорила Кэкэ, подняв взгляд на Кики.
— Всякое бывает, но сейчас просто ошиблись номером, — с напускной беззаботностью откликнулась Кики, растянув губы в улыбке.
Этим же вечером, когда Кики, вернувшись домой, открыла дверь, из дверной щели выпала и скользнула на пол половинка бумажного листа.
Кики подняла записку и прочла:
Госпожа ведьма,
Смиренно прошу Вас оказать мне любезность и завтра, в час с четвертью пополудни, почтить своим присутствием «Лавку древностей», что в Виноградном квартале, дом двадцать два. Точно в назначенный час, не иначе.
— Как витиевато написано… «Смиренно, любезность»… Так в древности писали. И о чем же меня хотят попросить? — пробормотала Кики.
Тук-тук-тук! — Кики робко постучала в деревянную дверь.
Она прислушалась, немного выждала, потом постучала снова. Никто не отозвался. Внутри было так тихо, словно в доме совсем никого не было. Кики отступила от крыльца и снова посмотрела на вывеску над входом. Та была изрядно потертой, к тому же на нее падала тень от соседнего дома, так что прочитать вырезанные на не буквы было нелегко. Кики приподнялась на цыпочки и напрягла зрение. Все верно, написано: «Лавка древностей».
— Нет, все-таки именно здесь… — Кики достала из кармана найденную вчера в двери записку и развернула ее. Ведьмочка снова встала на цыпочки, в этот раз, чтобы рассмотреть полустертый номер дома. — Да нет же, я не ошиблась. И не опоздала… Но почему же никто не отвечает? — пробормотала она.
— Странно… Не нравится мне все это, — прошептал Дзидзи, сидя у ее ног.
Здесь, в Виноградном квартале, почти все дома — ровесники Корико. Когда-то давным-давно на этой улице были ряды роскошных магазинов и в квартале кипела жизнь. Но потом в городе проложили новые улицы, широкие и прямые, люди облюбовали себе новые места для прогулок, и Виноградный квартал пришел в запустение. Теперь в здешних лавках продавали только всякие старые и антикварные вещи, под стать старым домам. Кики случалось бывать здесь и раньше, и всякий раз двери всех лавок были наглухо закрыты и вокруг царила такая тишина, что и не понять было, работают ли они вообще когда-нибудь. Даже если изредка и попадался открытый магазин, покупателей в нем было не видать.
Как-то раз в разговоре с Томбо упомянул этот квартал:
— Там принято открывать лавку на пару часов в день — не больше. Бывает, увидишь, что открыто, зайдешь — а там записка: «Я в кафе на Главном проспекте». Дойдешь до кафе — там тебе тоже рады не будут: «А ты точно хочешь что-то купить?» Словно им торговать вовсе неохота. Поэтому люди ходить и перестали. Зато туда можно ходить поглазеть на окна и витрины! Там интересно: столько всяких необычных вещичек разложено! Многие даже не очень дорогие, так что эти лавки — все равно что коробка с сюрпризом!
Кики снова попробовала постучать, и в этот раз дверь легонько покачнулась. Дзидзи испуганно вздрогнул и обвил хвостом ногу Кики. Кики тихонько приоткрыла дверь и заглянула внутрь. В лицо ей ударила волна затхлого воздуха. Кики робко зашла в лавку.
— Здравствуйте!.. Я из ведьминой службы доставки, по вашей просьбе… — Кики хотела сказать это громко и четко, но грло у нее перехватило, и получился едва слышный лепет.
Когда ее глаза привыкли к темноте, Кики разглядела, что полки, стоявшие вдоль стен, были сплошь заставлены книгами, пластинками, статуэтками и разными другими старыми вещами. Однако на полках всему места не хватило, так что на полу тоже громоздились груды всевозможного старья. Кики так и застыла на месте: ей вдруг почудилось, что она ненароком забрела в какой-то другой, совершенно необыкновенный мир. Внутри не было ни души, но чье-то присутствие все же ощущалось. Словно бы сами вещи в лавке были живыми и тихонько вздыхали…
— Апчхи! Как тут пыльно! — Дзидзи прикрыл нос передней лапкой. Нигде не было никакой записки: «Я в кафе на проспекте» — или вроде того. И тут Кики заметила, что на приземистом деревянном столике прямо перед ней лежит потрепанная книга в темной кожаной обложке, а на ней белеет небольшой клочок бумаги, на котором что-то написано. Кики взяла записку и поднесла к свету. Почерк показался ей знакомым: он явно был похож на почерку из вчерашнего письма. Вот что было в записке:
Глубокоуважаемая ведьма,
Прошу Вас оказать мне услугу и некоторое время подержать эту книгу у себя. Я отдаю себе отчет в том, что моя просьба может показаться Вам несколько странной, однако прошу Вас не отказать мне в ней. Через некоторое время я непременно свяжусь с Вами.
Кики прочитала это вслух, а потом с недоумением воззрилась на Дзидзи:
— Здесь написано, что я должна взять эту книгу…
— Да, похоже на то. Но кто просит-то?
— Хозяин этой лавки.
— А это точно он?.. Подозрительно как-то. Словно послание от призрака…
— Дзидзи, перестать меня запугивать. Ну, пошли домой, раз так.
— А-а… Апчхи! — чихнул Дзидзи, содрогнувшись всем телом.
Кики попятилась было к выходу, но мысль о книге не давала ей покоя, и Кики взяла ее в руки. Книга оказалась куда тяжелее, чем казалось на вид, а по черной обложке расползлись большие пятна плесени. Кики попыталась ее открыть, но страницы отсырели, слиплись и не разъединялись.
— И это книга?.. Книга, которая не открывается, — разве так бывает?.. Мороз по коже. Это не «несколько странная», это более чем странная просьба!.. Но раз уж попросили… — Кики боязливо взяла книгу и поспешила выйти на улицу.
Глава 5Старая книга
— В записке было написано: «через некоторое время»… «Некоторое» — это сколько, хотела бы я знать? — размышляла Кики вслух, краем глаза посматривая на книгу, которую принесла из «Лавки древностей» и положила на столике у окна. Так она там и лежала. Каждый раз, когда Кики глядела на сплошь замызганную обложку, ее передергивало, и она ничего не могла с этим поделать. Прошла уже целая неделя, и Кики все сильнее чувствовала, что ее будто что-то гнетет, хотя она сама не понимала, что именно.
Дверь чулана с громким скрипом растворилась, и оттуда вышла Кэкэ. «Вот и еще одна забота…» — подумала Кики.
— Приветик! — бодро поприветствовала Кики Кэкэ и помахала рукой. Ее хвостики, перехваченные алыми лентами, торчали еще более вызывающе, чем обычно. Кэкэ была обута в красные туфли, с ее плеча свисала красная сумочка.
— Ой, ты здесь? Давно тебя видно не было… — ответила Кики на приветствие, невольно залюбовавшись Кэкэ. «Я тоже хочу как-нибудь набраться храбрости и так нарядиться… Но что бы на это сказала мама…»
Кики вдруг спохватилась и сделала движение к столику, пытаясь заслонить собой книгу.
— Да, я в последнее время дома редко бываю. Я и сейчас совсем ненадолго заскочила, после учебы. — И Кэкэ, рисуясь, похлопала ресницами.
— Учебы?
— Ну да. Я тут начала заниматься помаленьку. А то ведь так и поглупеть недолго! — Кэкэ дерзко и нарочито громко расхохоталась: — Ха-ха-ха!
— И чему ты учишься?
— А тебе зачем знать? Вечно тебе охота все про всех выведать! — задиристо ответила Кэкэ и направилась было к двери, но тут резко обернулась. — Ой, а знаешь, я вчера в городе такую забавную табличку видела на одной двери! «Авиаклуб»! Говорят, членство бесплатное.
Кики чуть не задохнулась. Дзидзи, сидевший на стуле, навострил уши.
— А что, Кики, ты о таком знаешь?