ия надвигающейся беды, нагнетания «саспенса». Ритм, музыка, шумы, неожиданные ракурсы съемки – все подчинено единой цели: создать напряжение, вызвать у зрителя чувство необъяснимой тревоги, неуверенности, ожидания чего-то страшного, что непременно должно произойти. И когда, наконец, наступает разрядка, зритель уже настолько психологически подготовлен к этому, что даже элементы мистического, которые столь умело вплетает Грэхем в ткань картины, кажутся вполне органичными и естественными. Еще в прологе ленты, когда ничто вроде бы не предвещает трагического исхода, отдельные слова, намеки, сделанные случайно и как бы без повода, по наитию, порождают предчувствие чего-то грозного, неизбежного.
Самые простые ситуации, благодаря умению режиссера использовать художественные средства, наполняются подтекстом, и постепенно усиливается ощущение угрозы, становящейся совершенно явной.
Что касается второй ленты «Татуировщик» Криса Бюргера, то уступая своему коллеге по ремеслу Крису Грэхему в профессионализме и создании шоковых эффектов, Бюргер силен в другом. История татуировщика, страстно желающего постичь секреты мастерства украшения человеческой кожи узорами, искусством тату, распространенным на Самоа, позволила автору не только познакомить зрителей с бытом и нравами самоанцев, но и затронуть важную для новозеландцев тему – непонимания белыми чужой культуры, что порой приводит к страшным последствиям. Герой беспечен, он неосторожно пытается проникнуть в другой мир, мир аборигенов, с их мифологизированным сознанием, культами и обрядами, колдовством, чуждый, непонятный и угрожающий мир, который незамедлительно обрушивает кару на любопытного.
Впрочем, новозеландское кино отдает щедрую дань и другим жанрам и в первую очередь комедиям, как одному из самых популярных и любимых зрителями. Крис Грэхем, автор «Паромщика», сняв в том же году комедию «Свадьба Сионы», доказал, что отнюдь не спешит тратить свой талант только на создание мрачных апокалиптических лент. И как мрачна и безнадежна атмосфера «Паромщика», так радостна и оптимистична жизнь четырех друзей «Свадьбы Сионы». И выясняется, что именно в «легкомысленном» жанре комедии режиссер тонко и ненавязчиво говорит о серьезных вещах. Итак, живут на свете четверо друзей и несмотря на то, что скоро им стукнет тридцать лет, их образ жизни практически не изменился с тех пор, как им было по 16 лет. Вечеринки, розыгрыши, бесконечная смена подружек, чьи имена уже давно перепутались – так проходят их дни. И если бы не предстоящая свадьба младшего брата одного из героев – Сионы, то, скорее всего, и дальше никому из парней не пришла бы в голову мысль, что пора задуматься о будущем, изменить образ жизни. Но Сиона ставит перед друзьями ультиматум: или они в течение месяца обзаведутся невестами, или рискуют не быть приглашенными на свадьбу. И если вначале герои принимают происходящее за шутку, то постепенно к ним приходит понимание, что время беззаботной юности прошло, пора взрослеть, нести ответственность за свои поступки.
К такого рода лентам принадлежит и комедия «Вся правда о мужчинах» (2009) П. Миддлдича. История супружеской измены, которая первоначально вызывает смех в зрительном зале, – уж слишком неумело врет герой своей половине, все время попадая в нелепые ситуации, постепенно сменяется другими эмоциями и заставляет задуматься над тем, что из-за легкомыслия любовь легко потерять, но как же трудно бывает восстановить доверие любимого человека.
Значительный интерес мировой критики вызвал новозеландский фильм режиссера Ван Даммена «Ромео и Джульетта» (2013), обращенный в первую очередь к молодым зрителям. Это очередная экранизация великой трагедии Шекспира, которую кинематографисты не устают практически раз в десятилетие пересказывать языком кино, стараясь «адаптитировать» пьесу великого драматурга. Только в 2013 году вышло два новых фильма с идентичным названием. Помимо новозеландского фильма, к истории Ромео и Джульетты обратился соотечественник Шекспира К. Карлай, который совместно с итальянцами и швейцарцами создал свой вариант. Не имея возможности анализировать английскую версию, надо признать, что новозеландец Ван Даммен пошел на определенный риск. Уже в трейлере к картине четко обозначена позиция авторов: «Шекспир для поколения Youtube». Правы и авторы аннотации к фильму, размещенной в Интернете, когда они написали следующее: «В каждом времени грустная история юных влюбленных находит свой отклик, воспринимается сообразно веяниям того или иного века. Фильм Ромео и Джульетта (2013) был создан для современного поколения молодых людей, для тех, кто пишет сообщения в Facebook или Twitter и «дружит» в «Одноклассниках», но, скорее всего, ни разу не брал в руки томик Шекспира. История, разворачивающаяся перед нами, обыгрывает вкусы современной молодежи, привыкшей смешивать гламур с грязью, трагическое с комическим, красивое с необычным и продажное с благородным и возвышенным». В 1996 году австралиец Бэз Лурманн пошел по тому же пути «осовременивания» пьесы, когда просмотр картины «Ромео плюс Джульетта» заставил многих парней и девушек прочитать оригинал. Статистические отчеты свидетельствовали о том, что в библиотеках резко возрос спрос на произведения Шекспира, а ряд издательств поспешил даже переиздать классика. «Осовременивание» и новое прочтение трагедии всегда таят ряд опасностей, для многих почитателей творчества великого драматурга даже изменение запятой в тексте представляется кощунственным. И после шумного, во многом даже скандального, успеха фильма Лурманна и блистательного исполнения роли Ромео Леонардо Ди Каприо, Ван Даммену пришлось непросто, но риск себя оправдал. Авторам удалось главное: доказать, что меняются времена и декорации, на смену тихим улочкам и площадям Вероны приходят бешеные ритмы, трейлеры, надувные бассейны, но люди всегда остаются людьми с их эмоциями и страстями. И сколько бы ни говорилось, что в наш циничный век с его прагматичным подходом ко всему нет места романтике и сентиментальности, это не так. Любовь была, есть и будет, и всегда бессмертные слова Шекспира «Нет повести печальнее на свете…» будут находить отклик в сердцах.
Так что, пережив немало «бурь», несмотря на определенные проблемы и с финансированием, и с прокатом, новозеландский кинематограф продолжает жить и бороться, и даже самые скептически настроенные люди не могут не признать, что у этого национального кино есть большое будущее.
Кадр из фильма «В ее облике», режиссер С. Норт, 2012
Кадр из фильма «Банда Келли», режиссер Г. Джордан, 2003
Кадр из фильма «Атакующая Группа Зет», режиссер Т. Бертелл, 1982
Кадр из фильма «Предложение», А. Хилкоут, 2005
Кадр из фильма «Рыжий пес», режиссер К. Стендерс, 2011
Кадр из фильма «Дьявольская скала», режиссер П. Кэмпион, 2011
Кадр из фильма «Последнее признание Александра Пирса», режиссер М.Дж. Роулинг, 2008
Кадр из фильма «Хоббит», режиссер П. Джексон, 2014
Кадр из фильма «Кокода», режиссер А. Грирсон, 2006
Кадр из фильма «Искатель воды», режиссер Р. Кроу, 2015
Кадр из фильма «Взгляд изнутри», режиссер Э. Доменик, 2000
Кадр из фильма «Сестры войны», режиссер Б. Махер, 2010
Кадр из фильма «Спящая красавица», режиссер Джулия Ли, 2014
Кадр из фильма «Добро пожаловать в Вуп Вуп», режиссер С. Эллиот, 1977
Вместо заключения
Исследование процессов, происходящих на современном этапе в австралийской и новозеландской кинематографиях, со всей очевидностью доказывает, что являясь во многом явлением уникальным, они тем не менее, бесспорно, являются составной частью мирового кинопроцесса.
И дело не в количестве фильмов, снятых австралийскими и новозеландскими кинематографистами, как у себя на родине, так и за ее пределами (хотя цифра получается впечатляющей). Гораздо более важным представляется то, что стараниями режиссеров, актеров, операторов пятого континента создано очень много высокохудожественных и оригинальных произведений, которые стали достоянием мировой кинокультуры.
Глубоко несправедливо, что до последнего времени мировое киноведение практически не обращало внимания на самобытные и яркие ленты, снятые в Австралии и Новой Зеландии. Картины, удостоенные главных призов на самых престижных мировых смотрах, как правило, оценивались критиками лишь как единичные успехи кинематографий «стран на краю света». А между тем в данном регионе на протяжении многих десятилетий существует серьезная кинематографическая школа, которая постоянно «поставляет» талантливых и интересных художников со своим оригинальным и неповторимым видением мира. Более того, отмечая достижения кинематографий этих стран на современном этапе, не стоит забывать, что кинематографии Австралии и Новой Зеландии насчитывают более ста лет истории, и за годы своего существования в этом регионе было сделано немало картин, которые по всем параметрам можно отнести к шедеврам. Более того, история австралийской и новозеландской кинематографий во многом поучительна. И особое внимание киноведению необходимо обратить на тот факт, что после многолетнего затянувшегося кризиса в сфере кинопроизводства, австралийская и новозеландская кинематографии в считанные годы сумели преодолеть стагнацию и вывести национальный кинематограф в мировые лидеры.
Бесспорно, в каждой национальной кинематографии есть своя специфика. И во многом австралийским и новозеландским кинематографистам пришлось неизмеримо труднее, нежели их коллегам из других стран. Географическая удаленность региона от Европы и Америки, малая численность населения, невнимание государства к культуре, узконациональные проблемы – все это долгие годы усугубляло положение кинематографий Австралии и Новой Зеландии. Однако практика доказала, что при соблюдении определенных условий, многие вопросы можно разрешить.
Почти два столетия назад Австралия и Новая Зеландия стали местом массового переселения европейцев, которые ехали в этот далекий край, отчаявшись найти у себя на родине счастье и удачу. Сегодня их потомки по тем же причинам уезжают из страны. Таков парадокс времени. Поистине «нет пророка в своем отечестве». Те, кто еще вчера был обласкан прессой и государственными чиновниками от кино, столкнулись с тем, что международное признание и призы самых престижных кинофестивалей мира весьма мало значат, когда разговор заходит о субсидировании новых проектов.