Возникает соблазн отнести пассивность Парвати и Девдаса на счет принятых в обществе запретов, однако они на самом деле не так уж угнетены обстоятельствами. Они по-разному реагируют на предначертанную им судьбу, но безропотно принимают ее, уповая на вечное милосердие. На прочтение фильма оказывают влияние использованные в нем повествовательные приемы — предчувствия, существование героев в разных пространствах, отказ от параллельного монтажа. Девдас и Парвати живут в отдалении друг от друга, но подлинной границы между ними нет. Каждый из них помещен в мифическое пространство, где они и существуют сами по себе. Их встречи нарративно решены столь формально, что зритель не верит, что их отношения завершатся счастливо.
«Девдас» оказал огромное влияние на индийское кино; с явной оглядкой на этого героя создавали своих экранных персонажей Гуру Датт и Радж Капур. Трагедия часто основывается на изображении падения героя, и наблюдение за падением великого человека частично действует на зрителя вдохновляюще, поскольку свидетельствует о бескорыстии сил, управляющих судьбами людей. Слова «судьба», «предопределение» несут в себе коннотацию окончательной категоричности, неприменимой в индийском контексте; слово «карма» значительно мягче. Жизненный путь Девдаса вел его неуклонно вниз, но движение по нему было неспешным и вполне спокойным. Этот путь достигает низшей точки в момент смерти героя, но даже тут Девдасу не отказано в возможности более счастливой другой жизни.
ПОТУСТОРОННОСТЬ
«Сант Тукарам» («Sant Tukaram», маратхи), 1936. Режиссеры: Вишнупант Говинд Дамле, Шейх Фаттетал. 131 минута. Черно-белый. Производство: «Prabhat Films». Композитор: Кешврао Бхоле. Оператор: В. Авадхут. В ролях: Вишнупант Пагнис, Гаури, Б. Нандрекар, Шанкар Кулкарни, Кусум Бхагват, Шанта Маюмдар, Мастер Чхоту, Пандит Дамле.
«Сант Тукарам» принадлежит к поджанру религиозных фильмов, которые были чрезвычайно популярны в 1930–1940‐х годах и продолжают оказывать свое влияние на индийский нарратив сегодня, хотя и в неявной форме. Фильм снят в виде хроники жизни святого и поэта XVII века из Махараштры, который перевел «Бхагавадгиту» с санскрита на язык маратхи, на котором говорили простые люди.
Повествование строится поэпизодно; фильм начинается с того, что Тукарам (Вишнупант Пагнис) уже находится в зрелом возрасте. Он живет с женой Джиджай (Гаури) и двумя детьми. Тукарам слишком далек от повседневных дел, так что все заботы по воспитанию детей и обеспечению семьи ложатся на плечи Джиджай. В одном из первых эпизодов мы видим жену Тукарама, которая предстает женщиной ворчливой, но надежной. Их сын болен и не может ходить, но Тукарам, взяв в руки однострунный музыкальный инструмент и обратив незлобивый блаженный взгляд к супруге, собирается покинуть дом, отдав свою судьбу богу Пандурангу. Не в силах дольше терпеть такое, Джиджай берет на руки ребенка, идет в храм, кладет сына перед божеством и угрожающе трясет сандалией, требуя исцелить больного. Внимание женщины отвлекли шокированные ее поведением молящиеся, а в этот момент мы видим, как бестелесные руки, обозначающие божественность, совершают пассы над ребенком, и он сразу поднимается на ноги, бодрый и здоровый. Мать счастлива, но радость не мешает ей поднять сандалию, которую она обронила перед божеством. Джиджай так же принадлежит нашему бренному миру, как Тукарам увлечен возможностью жизни за его пределами, так что она всецело предана мирским заботам — стирает, моет, ухаживает за коровой, которая уже не дает молока, но хотя бы снабжает хозяйство навозом. При всей своей сварливости жена предана мужу, и его божество, бог Пандуранг, это понимает. В одном из эпизодов Джиджай несет еду Тукараму, который медитирует на холме. Внезапно она присаживается на землю, потому что колючка впилась ей в босую ногу, но тут подходит старик, который помогает извлечь ее. И когда Джиджай продолжила путь, старик преображается — это сам бог Пандуранг, теперь уже в обличье резвого ребенка. По просьбе мужа Джиджай робко соглашается разделить скудную трапезу, и супруги мирно вкушают еду на холме.
Соперник Тукарама — лукавый брахман Саломало (Бхагват), который надиктовывает писцу благочестивые стихи, украденные у Тукарама, и вместе с тем призывает к его изгнанию. Саломало уговаривает проститутку соблазнить Тукарама, но женщина так поражена его простодушным благочестием, что в ней происходит глубокая перемена и она становится его последовательницей. Однажды Тукарам взялся охранять поле одного фермера, чтобы немного заработать и купить палочек сахарного тростника для детей, которые их любят. В первый день все шло хорошо, а на второй несколько негодяев, подстрекаемых Саломало, выпустили на поле стадо животных, и урожай погиб. Разъяренный фермер заставил Тукарама подписать соглашение, по которому тот должен возместить ущерб, но когда собранное зерно взвесили, чудесный поток зерна возместил все потери. Пораженный фермер выделяет Тукараму немалую долю урожая, а тот раздает зерно беднякам, которые еще беднее его.
Саломало жалуется на растущую популярность Тукарама среди бедноты уважаемым брахманам, и они посылают знатока санскрита Рамешвара Шастри разобраться в деяниях Тукарама. Камера прослеживает въезд Рамешвара Шастри в городок, показывая, как на его пути самые разные люди распевают гимны, сочиненные Тукарамом, и они не проходят мимо ушей посланца. По результатам расследования связка рукописей с песнями Тукарама должна быть брошена в воды ближайшей реки. Святой безутешен, но через несколько часов после исполнения вердикта богиня Сарасвати[55] возвращает рукописи, а обескураженный Рамешвар Шастри становится горячим сторонником Тукарама.
В положенное время Тукарам восходит на небеса, но прежде ему дозволено совершить еще одно чудо. Царь Шиваджи, прослышав о деяниях Тукарама, прибывает в городок, чтобы воздать ему честь и вознаградить по заслугам. Царские подарки и драгоценности восхищают Джиджай и ее детей. Нарядившаяся в роскошный наряд простая женщина выглядит нелепо, и Тукарам уговаривает ее вернуть подарки. Сам Шиваджи присутствует на молитвенном собрании, но в самый важный момент появляются враги царя, замыслившие его свергнуть. Однако тут вновь вмешивается божественная сила, каждый присутствующий на собрании принимает облик царя, Шиваджи благополучно избегает нападения и скрывается.
Когда приходит время Тукараму покинуть этот мир, множество второстепенных божеств прилетают на крыльях Гаруды[56], чтобы взять его с собой, а сам экранный Гаруда предстает в том пошлом виде, в каком он изображен на одной из картин Рави Вармы[57]. Тукарам приглашает Джиджай сопровождать его, но она отказывается; у нее слишком много дел на земле, и кто приглядит за детьми и коровой, если хозяйки не будет? Так что Тукарам удаляется на небеса в одиночестве, а его семья и последователи наблюдают его вознесение; Джиджай в слезах.
Жанр фильма соответствует тому, что в христианстве называется агиографией. Различие лишь в том, что в процессе повествования Тукарам не меняется. Если христианские святые поначалу показываются как обычные люди, которые под воздействием неких событий приходят к святости, то не личный опыт заставляет Тукарама вознестись к святости, она дана априори. При просмотре фильма становится ясно, что ни одно конкретное событие не оказывает влияния ни на развитие сюжета, ни на характер героя. Даже дети Тукарама на протяжении всего фильма остаются в том же возрасте, что и в начале. Особого внимания не уделяется и демонстрации значения проповедей Тукарама. Смысл заключается в следующем: статус Тукарама как святого определяется столь широко распространенной верой в то, что никто не нуждается в том, чтобы его убеждали в значимости и истинности его послания.
Будучи фильмом по форме, «Сант Тукарам» отчасти выполняет функцию иконы, чья значимость очевидна для верующих. Чудеса здесь не предназначены для того, чтобы вселить веру (как, например, в «Бен-Гуре»), они являются знаками взаимодействия режиссера и аудитории, заведомо разделяющих эту веру. Зрители уже предрасположены принять легендарную историю Тукарама, и фильм дает им возможность почтить объект веры, как это бывает при посещении храма.
«Сант Тукарам» — выдающееся произведение искусства, и главное здесь не в изложенных выше аргументах. В этом фильме безусловно есть сходство с другими мифологическими или религиозными картинами, но он превосходит большинство из них, и во многом благодаря образу Джиджай. Воздействие фильма обусловлено тем, как Вишнупант Пагнис погружает себя в роль Тукарама; более экспрессивная манера игры лишила бы образ привлекательности. В то же время фильм достигает особенной выразительности и благодаря естественности игры Гаури. Одна из трудностей изображения святости в индийском кино — неспособность режиссеров совместить потусторонние характеристики главных героев с необходимостью последних иметь дело с земными проблемами. Если в описании жизни христианских святых центральным является конфликт души и тела, то индийское кино погружает святость в самую сущность индивида. Поэтому никакая «слабость плоти» не может дополнить фигуру Тукарама какой-либо сложностью.
Джиджай в «Санте Тукараме» благодаря ее приземленности освобождает супруга от бремени ответственности, которая могла быть возложена на него, и именно она, а не Тукарам становится в итоге нравственным центром фильма. Укорененность Джиджай в физическом мире акцентируется в эпизоде, где она моет корову. Джиджай — земная женщина, но в то же время она искренне обожает мужа, и ее нежные чувства показывает сцена на холме. Через связь с женой и его поступки кажутся более убедительными. Вместо обычного для рядовых духовных фильмов конфликта образ Джиджай вводит в картину двоякий конфликт. Во-первых, это конфликт внутри семьи, когда Тукарам будто понапрасну растрачивает свои благодеяния, в то время как он мог бы вызволить семью из нищеты. Во-вторых, это двойственные чувства Джиджай по отношению к Тукараму. Предпочтя остаться на земле, чтобы продолжать исполнять свои обязанности, Джиджай делает выбор в пользу более трудного пути, хотя это не сулит ей никакого воздаяния. И вот этот не отмеченный почестями выбор делает ее в наших глазах более святой, чем ее муж.