Рози — дочь храмовой танцовщицы (девадаси), которая вышла замуж за археолога по объявлению, которое ее мать нашла в газете. Для Марко Рози не очень удачная партия, во всяком случае, он не желает, чтобы жена продолжала танцевать на публике. Во время одной из экспедиций, куда Рози отправилась вместе с мужем, она познакомилась с Раджу, главным героем фильма. К тому времени отношения между супругами уже дышали на ладан. Проводив Марко к месту раскопок, Раджу сопровождает Рози в прогулке по городу. Марко делает интересные открытия, а Раджу и Рози все более сближаются. Рози попыталась покончить жизнь самоубийством, и ее спасает именно Раджу, а не равнодушный к судьбе супруги Марко. Раджу уговаривает Рози продолжать карьеру танцовщицы, за что она ему очень благодарна. Рози обнаруживает, что у мужа есть любовница, и ее отношения с Марко обостряются до предела. В итоге Рози переезжает к Раджу, но их отношения вызывают резкие нападки со стороны соседей. Мать Раджу уходит из дома, и он остается вдвоем с Рози. От всего этого страдает репутация Раджу, он начинает терять клиентуру. Пара решает, что Рози будет выступать, а Раджу станет ее антрепренером.
Рози берет псевдоним Налини и добивается успеха, Раджу богатеет. Услышав о ее успехе, Марко приходит посмотреть на нее, но Раджу его не пускает. Все шло хорошо, пока Раджу не пристрастился к азартным играм; он теряет деньги, отношения с Рози разлаживаются. К Раджу является адвокат Марко, требуя подписать документы, дающие Рози право на доступ к драгоценностям, хранящимся в банковской ячейке. Раджу не показывает женщине эти бумаги и подделывает ее подпись. Вскоре это обнаруживается, и он попадает в тюрьму.
Не испытывая раскаяния, после освобождения из заключения Раджу поселяется в сельской местности, в старинном храме, и вскоре его начинают считать святым. Соперники-святые недовольны его присутствием и пытаются развенчать его, уличая в незнании санскрита, но он демонстрирует свои познания в английском, и это гораздо больше впечатляет местных жителей. Мало-помалу Раджу приобретает авторитет как добрый советчик, и его простые слова воспринимаются как высшая мудрость.
Случилось так, что местность, где он поселился, живя на пожертвования селян, постигла засуха, и в деревне начинаются бесчинства и погромы. Раджу решается на отчаянный поступок: объявляет, что будет голодать, пока мятеж не прекратится. Эти слова окружающие понимают так, будто он не притронется к еде, пока не прольется дождь. Узнав, чего от него ждут люди, Раджу приходит в смятение. Он пытается убедить их, что недостоин поклонения, рассказывает, что был в тюрьме, но этот эпизод его жизни только наталкивает их на сравнение Раджу со святым Вальмики[83]. Раджу слабеет, а его слава распространяется все дальше; лицезреть божество приезжают его мать и Рози. Они понимают, что Раджу на пороге смерти, но ничем не могут помочь. И когда он испускает последний вздох, начинается дождь.
Повествование «Святого» не укладывается в признанный канон, потому что фильм основан на необычном тексте и довольно точно его придерживается. Однако и здесь необходимо было сделать какие-то уступки массовому кино. Поэтому мать выступает в фильме в качестве морального авторитета; роман Рози и Раджу оправдывается тем, что между Рози и Марко в последнее время не было сексуальных отношений. Раджу был влюблен в Рози, но ничто не указывает на то, что их отношения с Рози напоминают супружеские. Основная идея романа Нарайяна состояла в том, чтобы показать: даже обыкновенный человек, не придерживающийся строгих моральных принципов, при определенных обстоятельствах способен постепенно принять роль святого, готового к самопожертвованию.
Самое интересное в «Святом» — то, как используется и преображается в фильме выходящая за его рамки сомнительная мораль персонажей Дева Ананда в других лентах. В создании его имиджа существенную роль сыграли его роли в таких фильмах, как «Игра случая», «Черный рынок» («Kala Bazaar») и «Сети». Но повествование «Святого» движется скорее характером главного героя, чем социальным контекстом, и этот характер нельзя описать с точки зрения бэкграунда актера. Имидж Дева Ананда был создан городской средой 1950‐х, но в фильме он используется совсем по-другому. Таким образом, «Святой» не оставляет сомнений в том, что Раджу — человек совершенно другого рода.
Еще один аспект фильма, требующий комментария, — репрезентация танца и культа девадаси. Культ храмовых танцовщиц основан на том, что храмовые куртизанки долгое время официально считались в Индии хранительницами традиций классического танца и музыки. Сегодня общепризнано, что, когда танцевальная и музыкальная практика в начале XX века стала респектабельной, охрана традиций сразу перешла в руки брахманов, а девадаси оказались лишенными своей привилегии. В сегодняшней городской индийской среде профессия классической танцовщицы или музыкантши очень уважаема, но в массовом кино она продолжает репрезентироваться в соответствии со старыми представлениями. В массовых фильмах женщины постоянно танцуют и поют, но очень немногие из них показываются как профессионалы. Когда в «Святом» Рози начинает танцевать, возникает ощущение, что она выступает для похотливых мужчин, и это соответствует порокам Раджу — его приверженности к азартным играм и пьянству. То, что она так и не стала женой Раджу, соответствует ее статусу куртизанки, хотя мы ни разу не видели ее рядом с другими мужчинами. В результате Раджу делается «менеджером» куртизанки, что в конце концов привносит иронию в его «святость».
Главный упрек фильму заключается в том, что он фокусируется на фигуре экскурсовода, являясь, таким образом, товарной версией «национальной культуры»[84]. Раджу и Рози веселятся на фоне туристских достопримечательностей Индии, что делает оправданным этот упрек. Дополнительной краской в этом плане может служить и то, что Раджу достигает успеха, одеваясь как государственный деятель и показывая Рози сластолюбивым зрителям-мужчинам. Он довольно льстиво общается с ними в качестве менеджера Рози, что соответствует его действиям в качестве гида, предоставляющего свои услуги туристам, «продавая» «национальную культуру». Дискурс фильма не является однозначно и прямолинейно «туристским», он многослоен. Здесь важен тот факт, что «туристский» мотив сопровождается предположением, что сам дом стал нестабильным. Раджу живет в доме с матерью, но чаще он бывает не там, а на вокзале. Мы впервые видим его дом, только когда он в спешке покидает его, и во второй раз, когда туда приходит Рози. Можно сказать, что именно Рози привносит нестабильность в его «домашность», потому что мать Раджу не желает ее там видеть, о чем обстоятельно рассказывается дальше. При том, что мать в индийском кино обычно ассоциируется с домом и дом символизирует ее сакральный статус, уход матери из собственного дома тоже служит знаком упомянутой нестабильности.
Но «Святой» не относится к категории роуд-муви (для сравнения вспомним хотя бы фильм «Беспечный ездок», 1969). Роуд-муви обычно ассоциируется с инакомыслием, поскольку типичный странник в этом жанре пребывает в поисках земли или культуры вне пределов страны или народа. Раджу в «Святом» — скорее странник, чем турист, и его бездомность появляется тогда, когда символическая привлекательность национального государства утратила свою силу после поражения в войне с Китаем, положившего конец эпохе национального оптимизма.
ПАЦИФИЗМ БЕЗ НАЗИДАТЕЛЬНОСТИ
«Гупи поет, Багха танцует» («Goopy Gyne Bagha Byne», бенгальский), 1968. Сценарист, композитор и режиссер: Сатьяджит Рей. 118 минут. Черно-белый. Продюсеры: Непал Дутта, Ашим Дутта. Производство: «Purnila Pictures». По рассказу Упендры Кишора Рейчоудхури. Оператор: Суменду Рой. В ролях: Тапан Чаттерджи, Роби Гхош, Аджой Банерджи, Сантош Дутта, Джафар Рой, Санти Чаттерджи, Хариндранатх Чаттопадхяй, Чинмой Рой, Дургадас Баннерджи.
В индийском кино чрезвычайно немногочисленны примеры успешных детских фильмов; однако то, что обычно числится под маркой «для детей», на самом деле предназначено взрослым как серьезный назидательный урок. Фильм Сатьяджита Рея — исключение; при том, что главные герои — два взрослых человека, мир, в котором они живут и действуют, — поистине детский. В основу картины лег рассказ деда режиссера Упендры Кишора Рейчоудхури, больше известного своими абсурдистскими стихами в духе Льюиса Кэрролла.
Герои фильма Рея — два на редкость бесталанных музыканта — Гупи и Багха. Гупи (Тапан Чаттерджи) за то, что он беспокоил своей какофонией правителя, посадили задом наперед на осла и выпроводили из королевства. Он был посмешищем в деревне, а теперь должен начинать новую жизнь. По пути он встретил барабанщика Багху (Роби Гхош), который тоже был изгнан из родной деревни уже другим правителем за свой громкий и бестолковый барабанный бой. Изгнанники наткнулись на армию призраков, и повелитель этой армии наделил их тремя волшебными дарами: иметь вдоволь еды и одежды, с помощью волшебных туфель переноситься куда угодно и, наконец, главное — музыкальным талантом.
Гупи и Багха узнают, что во дворце королевства Шунди состоится музыкальный турнир, и после нескольких неудачных попыток волшебные туфли доставляют их туда. Шунди — счастливое королевство, где живут мирные люди, но они почему-то разучились разговаривать. Сам король Шунди очень дружелюбен и говорлив; от него Гупи и Багха узнают, что, когда он отбыл на поклонение, его подданных поразила загадочная хворь, от которой те и онемели. Узнают герои и о том, что соседнее королевство Халла, которым как будто правит брат Шунди, на самом деле находится в руках коварного премьер-министра и злого волшебника. Король Халлы пребывает под воздействием волшебных чар, которые сделали его жестоким кровопийцей. Хуже того: Халла собирается напасть на королевство Шунди.
Гупи и Багха попали во дворец как раз в тот момент, когда король получил от соседей послание с объявлением войны. Король Шунди предлагает руку своей дочери, принцессы, тому, кто остановит войну. Багха всегда мечтал жениться на принцессе, и вот они с Гупи отправляются в Халлу, где видят народ, обремененный налогами и задавленный страхом перед наказаниями. Гупи и Багха узнают всю правду об этом королевстве и понимают, что злой волшебник простер свои чары и на народ Шунди. И хотя их музыка повергала людей в экстаз, их схватили и бросили в темницу.