Консультантом сценария был первый секретарь Компартии Белоруссии Петр Машеров, кандидат в члены Политбюро ЦК. То время он знал не понаслышке. В 1942 году оккупанты повесили за сотрудничество с партизанами его мать. Звание Героя Советского Союза он заслужил за участие в партизанском движении.
С Климовым он летал по республике, показывал места боев, где он, командир партизанского отряда, и сам сражался.
В том же 1977-м Лариса Шепитько, жена Элема, сдает начальству фильм «Восхождение». Война, Белоруссия, партизаны…
Лариса, по совету своей подруги Натальи Рязанцевой, предложила написать сценарий Юрию Клепикову. Он не отказался, но, занятый другим сценарием, просил отложить работу над «Восхождением» хотя бы на неделю. Шепитько требовала начать работу немедленно.
Клепиков «не устоял против энергии тайфуна, имя которому – Лариса» и взялся за переработку литературной основы, по его словам, «обжигающе философскую притчу, которая сталкивала высокое духовное начало человека с его понятным стремлением сохранить тело как вместилище духа».
Впоследствии фильм о двух белорусских партизанах, попавших в руки полицаев, получил несколько призов, а на Международном кинофестивале в Берлине в 1977 году, став первым советским фильмом, удостоенным высшей награды фестиваля – «Золотой медведь».
Но это «впоследствии», а поначалу все складывалось совсем не так удачно…
Шансы на то, что картина отправится «на полку», были очень велики, и Элем Климов решился на отчаянный шаг… В обход «Мосфильма», он приглашает Машерова на специальный просмотр «Восхождения».
Пленку привезли в Минск прямо из лаборатории, почти мокрую. Лариса Шепитько сама села за микшерный пульт. Машеров был настроен скептически, ожидая увидеть «бабью режиссуру». Через 20–30 минут после начала просмотра Машеров уже не мог оторваться от экрана, а к середине фильма – плакал, не стесняясь присутствовавшего в зале руководства республики. По окончании фильма Машеров вопреки традициям (обычно на таких премьерах мнения заслушивались сначала от нижних чинов и потом уже от высших) вышел на сцену и говорил около сорока минут. По свидетельству Элема Климова, эта взволнованная речь была одна из лучших, когда-либо слышанных им в адрес своей жены. Белорусский писатель и ветеран Великой Отечественной войны Алесь Адамович, присутствовавший на показе, описал Машерова как человека, вопрошающего: «Откуда эта девочка, которая, конечно же, ничего такого не пережила, знает обо всем этом, как она могла так рассказать»?
Через несколько дней «Восхождение» было официально принято без единой поправки[148].
Увы, подобные «хеппи-энды» редки. Да и таких, как Петр Машеров, погибший в 1980 году в автомобильной катастрофе, больше не было.
«Советское кино успешно решает задачу развития национальных кинематографий в процессе их сближения на основе идейно-эстетической и социальной общности, сближения, не разрушающего национального своеобразия, но открывающего дорогу для взаимодействия, взаимообогащения. Взаимная помощь, основанная на идейно-эстетической общности, способствует “выравниванию” кинематографического фронта. В советской кинематографии широко практикуется перевод (дубляж) фильмов с одного языка на другой, делающий фильмы, создаваемые в республиках, достоянием всесоюзной киноаудитории»[149].
Каждый раз вздрагиваю, когда слышу или читаю что-то вроде: «Докладчик озвучил новые перспективы…»
Этот термин «озвучить», как-то незаметно занесенный из нашего обычного кинематографического обихода, в основном поменял свое первоначальное родное значение. Стал сейчас постоянным в официальном и неофициальном обращении, незаслуженно пробрался в разговорную речь и даже в диалог на экране.
Озвучание в кино, или «озвучка», довольно разнообразный и сложный в технологическом отношении процесс. Включает запись музыки, шумов, актерской речи, закадрового текста. Очень существенная его «составляющая», конечно, дубляж.
«В 1956 г. в Ленфильме открылся дубляжный цех, сотрудники которого занимались дублированием на русский язык как зарубежных фильмов, так и фильмов союзных республик, снятых на национальных языках. За Ленфильмом последовали Мосфильм и ряд других кинокомпаний. Тем не менее флагманом советского дубляжа оставалась Киностудия им. Горького. Советская школа дубляжа считалась одной из лучших в мире, благодаря работе укладчиков текста, добивавшихся поразительно четкой синхронизации слоговой артикуляции»[150].
И это уже не столько технология, сколько подлинное искусство. Отличались в нем очень часто знаменитые, большие актеры. Иногда это было даже внешнее, типовое соответствие, даже совпадение. Но не это было обязательным, а проникновение в суть образа, сыгранного другим актером. Не равнодушная имитация, а встреча индивидуальностей во имя того, чтобы зритель, забыв в темноте зала о «чужом» голосе, абсолютно верил в правду образа и радовался актерской игре.
Чаще всего зритель воспринимает «чужой» голос настоящего мастера, как совершенно естественный. И даже не понимает разницы между «дубляжом» и «озвучкой», которая может быть закадровым комментарием. Тогда как дубляж – это всегда замена по тем или иным причинам «съемочного» голоса другим.
Актеры дубляжа и артисты закадрового комментария ценились всегда.
Ефим Копелян (справа) в фильме «Даурия»
1971
[ГЦМК]
Зиновий Гердт
Фотограф А. Лыскин
1974
[РИА Новости]
«Ефим Копелян. Народный артист СССР прославился закадровым текстом к “Семнадцать мгновений весны”. За что его называли даже некоторые Ефимом Закадровичем.
Зиновий Гердт. Озвучил примерно столько же, сколько сыграл. Это и замечательный закадровый текст в таких работах как “12 Стульев”, “Фанфан-Тюльпан”, “Карьера Димы Горина”, “Зигзаг удачи”, “Приключения Тома Сойера и Гекльберри Финна” и еще более чем в 50 картинах. А еще Гердт является голосом Врунгеля и Айболита в культовых мультфильмах.
Почти 100 фильмов озвучил прекрасный актер – Александр Белявский, специалист по озвучанию и дубляжу.
Также хорош в озвучании всегда был Игорь Ясулович. Ведь это не только голос Арамиса в “Д’Артаньян и три мушкетера”, а еще более 100 фильмов и мультфильмов. У Армена Джигарханяна более 350 фильмов, в которых он снимался и более 100 фильмов дубляжа и переозвучивания.
Прекрасным актером озвучивания и дубляжа был и Александр Демьяненко. Именно его голосом говорил в “Мертвом сезоне” разведчик Ладейников в исполнении Донатаса Баниониса.
Во втором фильме сериала “Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона” роль профессора Мориарти, исполненную Виктором Евграфовым, озвучивает Олег Даль.
В этом же сериале инспектора Лестрейда играет Борислав Брондуков, а из-за сильного украинского выговора его озвучивает ленфильмовский актер Игорь Ефимов…» [151]
О Ефимове стоит вспомнить особо. Это был уникальный мастер, которого знали на всех студиях. И если все же «дублеры», так или иначе, но говорили своими голосами, Ефимов полностью перевоплощался. Но это не было опять же имитацией, скорее, каким-то духовным преображением в другого человека. Когда Василий Шукшин, игравший в фильме Глеба Панфилова «Прошу слова», умер, не успев озвучить свой последний эпизод, режиссер позвал Игоря Ефимова. Это он говорит. И зритель это не заметил. А ведь голос у Василия Макаровича особенный, шукшинский…
Дубляж, конечно, необходим в современном кино. Но язык кино – именно «язык», стилистика, образность, а не содержание, не сюжет – перевода не требует. Нам одинаково понятны образы Куросавы, как и образы Феллини и Тарковского. Отключите звук, и мы поймем – почувствуем – эти «образы» без слов.
На студиях может меняться начальство, репертуар, но у каждой есть что-то такое, что отличает ее от других. Потому что студия – это не начальство и даже не репертуар. Студия – это режиссеры.
Здесь уже мы вспоминали «золотой» период «Беларусьфильма», когда в 60-е годы вместе с московским вгиковским профессором Сергеем Степановичем Скворцовым на студию буквально высадился десант молодых жаждущих работы и славы режиссеров. Да еще и сценарист был с ними – Шпаликов.
Этот феномен мог бы повториться и в 80-е годы. Правда, времена уже были другие. И все же – имена! Продолжает снимать Виктор Туров: «Люди на болоте», «Дыхание грозы»…
Снимают и те, кто моложе, но уже известны.
Вячеслав Никифоров: «Отцы и дети», «Государственная граница. Год сорок первый», «Благородный разбойник Владимир Дубровский».
Михаил Пташук: «Возьму твою боль», «Знак беды»… В 2000 году он поставит «В августе 1944…» по знаменитому роману Владимира Богомолова.
У каждой национальной кинематографии была своя особенность. Свой голос, своя главная идея. Для Белоруссии, пережившей ужасы оккупации и отвагу партизанского движения, главной идеей в кино оставалась война.
Здесь уже говорилось о фильме Элема Климова «Иди и смотри»…
«Вышедший к сорокалетию Победы фильм был отмечен наградами на нескольких кинофестивалях и занял шестое место в советском кинопрокате 1986 года: его просмотрели 29,8 млн зрителей. По результатам опроса читателей “Советского экрана” признан лучшим фильмом 1986 года»[152].
Валерий Рыбарев
1987
[РИА Новости]
В том же 1985 году на «Беларусьфильме» выходит двухсерийный телефильм «Свидетель» по мотивам повести Виктора Козько «Судный день». Режиссер Валерий Рыбарев, авторы сценария П. Финн, В. Рыбарев.
Послевоенный детский дом. Здесь живет Коля Летечка – жертва «киндерхайма», концлагеря, где фашисты проводили над детьми свои «научные» исследования и эксперименты. Наш герой Коля – свидетель. На суде, который идет над предателями, служившими в зондеркомандах.