Георгий Данелия, окончивший режиссерские Курсы еще когда они были при «Мосфильме», еще как бы прообраз будущих, был архитектором, два года работал в Институте проектирования городов (Гипрогор).
А через много лет ВКСР было присвоено его имя.
Глава 12Заключительная
Кажется, так говорил бессмертный Козьма Прутков: «Нельзя объять необъятное и постичь непостижимое».
Могу ответственно на это сослаться, подойдя, наконец, к заключительной главе данного сочинения. Поэтому прошу простить дилетанту в области киноведения, что упомянуты не все имена и не все названия.
Недаром эпиграфом выбраны знаменитые стихи поэта Левитанского:
То, что вижу, с тем, что видел, я в одно сложить хочу.
То, что видел, с тем, что знаю, помоги связать в одно,
жизнь моя, кинематограф, черно-белое кино!
То, что видел, кого видел, что знаю…
Не всех, конечно, и не все, но часто то, что не знает «рядовой» зритель. Экран скрывает от него драматические, или, наоборот, комические подробности «биографий» любимых фильмов.
Нельзя объять необъятное, но пытаться можно. В этих попытках мне даже сны стали сниться на эту тему. Например, такой сон. Про Сталина. Как он смотрит кино. Как будто сейчас смотрит в своем кремлевском кинозале. То, что уже без него без страха наснимали.
Про что? Про революцию и войну гражданскую?
Например, показывают ему «Служили два товарища», «Свадьба в Малиновке», «Белое солнце пустыни»…
Первую забраковал сразу. «Белогвардеец кончает с собой? Какой чувствительный! Не верю!» «“Свадьба в Малиновке”? Какая, оказывается, веселая гражданская война. Нравится! Но все-таки “Белое солнце” больше. Потому что на вестерн похоже. Да и вопрос национальной политики интересно решен. Правда в женском варианте…»
Про Великую Отечественную войну? «Проверка на дорогах». «Каких дорогах? Партизанских? Не было ничего такого, уж я бы знал…»
Какой странный сон!
Тут новый фильм во сне на кремлевском экране. «Вот хорошее название! “Они сражались за Родину”! Кто режиссер? Бондарчук? Не знаю такого режиссера. Актера знаю, хороший актер. Кто сценарий писал? Шолохов? Значит, хороший фильм! Что еще? “Освобождение”? Посмотрим! Ну и ну! Что-то товарища Сталина маловато, может, не он войну выиграл? Кстати! А что сейчас снимает Мишико Чиаурели? – добродушно. – Наверное, опять что-нибудь про товарища Сталина? У него это получается».
Михаил Чиаурели, советский режиссер кино, мультипликации, скульптор, педагог… В 1917 году вместе с поэтом-футуристом Ильей Зданевичем и художником Ладо Гудиашвили был в экспедиции по южным районам Грузии… Поставил 14 полнометражных фильмов, в четырех из них («Великое зарево», «Клятва», «Падение Берлина» и «Незабываемый 1919–й год») был создан образ Сталина. Народный артист СССР, лауреат шести Сталинских премий.
Вот что рассказывала дочь режиссера Софико Чиаурели в интервью:
«Когда к власти пришел Хрущев, папу из-за того, что к нему хорошо относился Сталин, сослали в Свердловск. Когда он смог вернуться в Грузию, его не допустили до кинематографа. Хотя был ли в те годы хоть один человек, который не посвящал Сталину книги, фильмы, музыку? Поскольку папа хорошо рисовал, он занялся мультипликацией. И все равно в 1969 году умудрился снять мультфильм, посвященный Сталину. “Как мыши кота хоронили” он назывался»[188].
Михаил Чиаурели
1951
[ГЦМК]
«Мультфильм в стиле русских сказок получился мрачным, зловещим, очень необычным и совсем не детским. Снят был по сказке В.А. Жуковского, который, в свою очередь, взял сюжет из лубка XVIII века “Мыши кота погребают”. Кот на лубках изображался не мертвым, а притворяющимся».
Почему-то Софико умолчала о том, что после возвращения в Грузию Чиаурели снял четыре полнометражных художественных фильма, которые тоже можно – хронологически – отнести к «послесталинскому» кино.
1957 – «Отарова вдова». О любви батрака к княжне в XIX веке.
1960 – «Повесть об одной девушке». Городская девушка, вчерашняя студентка, находит себя в условиях современной деревни.
1962 – «Генерал и маргаритки». О любви польских эмигрантов после Второй мировой войны.
1965 – «Иные нынче времена». 1861 год. Молодой ремесленник влюбляется в простую крестьянку, старый князь хочет взять ее себе в жены. Комедия.
Но в 1969 году Чиаурели все-таки не выдержал. Мультфильм про кота и мышей – это был «крик души». В Госкино сказку сочли рискованной аллегорией слишком памятных всем событий и не сразу выпустили. Однако все-таки выпустили. Да и «кот» ведь не всегда притворялся.
В августе 1972 года ЦК КПСС принимает специальное Постановление «О мерах по дальнейшему развитию советской кинематографии».
«На экране редко появляются герои, которые привлекали бы цельностью характера… преданностью коммунистическим идеалам. В то же время преувеличенное внимание уделяется персонажам, лишенным глубоких общественных интересов и твердых моральных устоев; не все делается для того, чтобы показать экономические, общественные, культурные преобразования, осуществляемые советским народом под руководством партии, запечатлеть важные социальные изменения, происходящие в жизни рабочего класса, колхозного крестьянства и интеллигенции… Вместо правдивого показа жизни с позиций ленинской партийности в произведениях дается поверхностное, одностороннее, а порой и неверное истолкование событий и фактов»[189].
Формулировки чеканные, но попробуйте понять, как можно превратить их в киноязык, в искусство, в образы, близкие зрителю, вызывающие сочувствие.
И все же вспомним, что за 15 лет до этого постановления на экране появился герой, который действительно привлекал «цельностью характера». Фильм «Коммунист» Юлия Райзмана и Евгения Габриловича. Настолько сильно был придуман ими и настолько мощно был сыгран образ Василия Губанова, что его «преданности коммунистическим идеалам» можно было доверять.
Исполнитель главной роли нашелся сам – студент школы-студии МХАТ Евгений Урбанский пришел на «Мосфильм» с просьбой поучаствовать в пробах. Евгений Габрилович вспоминал: «Помню, как Райзман срочно вызвал меня на студию: перед нами стоял Василий Губанов. Все было так, как мы о нем думали…» [190]
Это был 1957. Еще только год прошел после ХХ съезда партии. И этим во многом объяснялось появление такого фильма среди других, сделанных под явным впечатлением от изменений жизни и идеологических установок.
Например, таких, как «Высота» Зархи, «Дом, в котором я живу» Сегеля и Кулиджанова, «Дон Кихот» Козинцева по сценарию Шварца, и, конечно, «Летят журавли» Калатозова и Урусевского…
За следующие 15 «исторических» лет многое изменилось, наступила «эпоха застоя», или, как ее потом стали называть, «время стабильности». Общественное уныние и разочарование уже трудно было скрывать.
Посмотрим, для интереса, какие же фильмы этого времени, запущенные в производство и вышедшие на экраны в самом «пике» застоя, могли вызвать такие раздраженные и категорические выводы постановления.
При внимательном анализе репертуара, например, 1971 года находим только один фильм, где главный герой откровенно «не привлекает цельностью характера» и, пожалуй, «лишен глубоких общественных интересов». А именно фильм «Ты и я», поставленный Ларисой Шепитько по сценарию Геннадия Шпаликова.
Действительно, главная тема фильма, роднящая его с пьесой Александра Вампилова «Утиная охота», это «моральное беспокойство» главного героя, его неудовлетворенность своей «жизненной позицией».
На МКФ в Венеции 1972 года фильм получил Серебряный приз по разделу «Венеция – молодежь». Однако на родине зрители, хоть они постановление ЦК вряд ли читали, мнение венецианского жюри не поддержали. И набралось их в кинозалах лишь 4,8 миллиона.
Сравним эти цифры с показателями фильмов, запущенных в том же году и ставшими лидерами проката в 1972-м.
«Джентльмены удачи», комедия – 65,2 миллиона кинозрителей.
«Русское поле», мелодрама – 56,2 миллиона.
Не лидер проката, но все же 20,4 миллиона набирает режиссерский дебют замечательного актера Николая Губенко «Пришел солдат с фронта», который скорее тоже можно отнести к жанру мелодрамы.
Цифры весьма красноречивы и «работают» как раз на постановление. Если судить по ним, массовый зритель не хочет «морального беспокойства». Он хочет комедию и мелодраму!
Раднэр Муратов (слева), Георгий Вицин (второй слева) и Савелий Крамаров (третий слева) в фильме «Джентльмены удачи»
1971
[РИА Новости]
И не будем удивляться, что аналитики отдела культуры ЦК, готовившие постановление, под влиянием этих показателей не заметили – или не сочли нужным заметить – явные доказательства назревающего «движения воды» в советском кино и появления новых имен.
Выпускают в этом году полнометражные фильмы пока все еще начинающие режиссеры Илья Авербах («Драма из старинной жизни») и Сергей Соловьев («Егор Булычов и другие»). Конечно, они не «запечатлели важные социальные изменения», но «запечатлели» появление двух замечательных художников, которым многое еще предстояло впереди.
С первым «игровым» фильмом «Красный дипломат. Страницы жизни Леонида Красина» появляется на «Ленфильме» Семен Аранович. Это еще первый опыт, «проба пера». Как сильный и яркий режиссер он раскроется позже, когда снимет «Летнюю поездку к морю» и «Торпедоносцы».
Георгий Юматов (слева) в роли Алексея Трофимова, Василий Лановой в роли Ивана Вараввы в фильме «Офицеры»
Фотограф В. Комаров
1971
[РИА Новости]
Третий по счету, но первый очень заметный фильм «Лаутары», собравший много наград, снимает на студии «Молдова-фильм» Эмиль Лотяну. Уже работая на «Мосфильме», он прославится фильмом «Табор уходит в небо».